— Но, вообще-то, ситуация позволяет, — продолжил Адриан, поглаживая Ледибаг по спине. — Довольно глупо это всё, правда? Ты признавалась мне, я тебе, мы столько друг от друга бегали…
— Главное, что до вас, молодых идиотов, наконец дошло, — услышала Маринетт голос Плагга. — А теперь, милочка, будь добра, выпусти мою жену: мы тоже были бы не против предаться нежности.
Видя, что Ледибаг не реагирует, Плагг набрал побольше воздуха и рявкнул:
— Быстрее!
— Тикки, пятна прочь!
…какое счастье, что квами могли ограниченно менять состояние одежды подопечных, и штаны Маринетт висели, не снятые до конца, на одной ноге. Вместе с трусиками. Потому член Кота Нуара, — Адриана! — всё ещё был внутри.
Маринетт ощутила, как её лицо наливается жаром. И не только лицо.
Адриан это наверняка ощутил тоже: его губы изогнулись в дьявольски-привлекательной ухмылке, а Маринетт почувствовала, как его член увеличился во влагалище. Господи, она никогда не думала, что это вообще реально почувствовать!
Лёгкий толчок сопровождался до того неприличным чавканьем, что Маринетт покраснела до предела.
— Ну что, Принцесса… продолжим?
Что ей оставалось? Только кивнуть и надеяться, что она не умрёт от смущения или от удовольствия в процессе.
Секс с Адрианом был точно таким же, как секс с Котом Нуаром, хотя Маринетт отчего-то ожидала различий. Это было глупо, потому что Кот и был Адрианом; наоборот это тоже работало, как в математике. Адриан был громким, — это она помнила ещё в те моменты, когда помогала ему мастурбировать, — часто не сдерживал довольно пошлые комментарии, смотрел из-под ресниц и любил обращаться к ней.
По имени!
— Ну что, Маринетт, — немного буднично спрашивал он, пока не-Ледибаг двигалась на его члене, — тебе нравится?
Она могла только кивать и кусать губы. Ситуация вышла из-под контроля, но это, признаться, даже немного Маринетт нравилось: было приятно отпустить всё и просто получать удовольствие. К тому же, у неё были накаченные ноги, а поза сидящей наездницы, — Сезер заставила Маринетт выучить топ-20 идеальных позиций для секса, — позволяла прочувствовать тело Адриана ещё больше.
И не только тело. Точнее, совсем не тело.
В отместку Маринетт стянула с себя пиджак и футболку. Холодно ей не было: Адриан, в отличие от Кота, просто исходил жаром. Зато теперь его взгляд прочно приклеился к её груди, подпрыгивающей при каждом движении.
Наверное, эта картина стала для него началом конца.
Со стоном Адриан схватил Маринетт и опрокинул её на пол. Толчки стали быстрыми, ритм — рваным. Она схватила Агреста за плечи и прильнула к нему; была её очередь целоваться, когда он не мог управлять собой.
Его удовольствие было таким ярким и откровенным, что Маринетт даже стало не по себе. Это она? Правда, она? Она заставляет лицо Адриана искажаться в гримасе?
Потрясающе.
Кончив, он опустился на неё. Маринетт сразу обхватила Адриана руками и ногами, — мой, не отдам, только мой, от сего дня и до конца мира, — и ткнулась носом в мокрый висок.
— Я люблю тебя, Кот Нуар.
Адриан фыркнул ей на ухо.
— Я люблю тебя, Маринетт.
— А я люблю сыр. Но я же не занимаюсь с ним непотребством прямо в пепле Катаклизма!
— Плагг, прекрати немедленно!
Маринетт тихонько рассмеялась. О, она обожала, когда Тикки была чем-то возмущена. У неё так забавно подскакивал голос!
Адриан смущённо откашлялся и извинительно улыбнулся.
— В чём-то Плагг прав, Принцесса. Как насчёт душа? Пепел надо смыть.