Она боялась идти на интервью, впервые в жизни. Раньше она нервничала перед журналистами, — и тем более перед Надьей, потому что та была ей знакома, — но страха не испытывала. Теперь же… к противному кислому вкусу ужаса добавлялась горечь от осознания убийства.
Она не хотела убивать. Ей жаль. Но если она вновь попадёт в такую ситуацию, то, наверное, поступит так же, как с акумой-электриком.
— Букашечка? Ты чего на пекарне сидишь, проголодалась?
Ледибаг вздохнула и поднялась на ноги. Слишком задумалась, даже от дома не отошла, так и сидела на собственной крыше, мысленно пребывая в депрессии. Вот и не заметила приближения генерала Котландии.
— Привет, Нуар, — Ледибаг махнула рукой и склонила голову набок, — ты какими судьбами?
Кот выглядел, как всегда: насмешливый, уверенный в себе, с лёгкой полуулыбкой на тонких губах и очень-очень зелёными глазами. Прекрасное разнообразие для монохромного мира.
Они шагнули друг другу навстречу одновременно. Ледибаг упала в тёплые сильные объятия и впервые за утро почувствовала, как нервозность немного отступает. Права была Тикки, рядом с Нуаром было намного легче.
Кот потёрся щекой о макушку напарницы и довольно вздохнул:
— Знаю, что момент совсем неподходящий, но я тебя люблю, Ледибаг.
Маринетт фыркнула.
— На удивление, Кот, момент просто отличный. Мне важно знать, что твои чувства остались прежними, несмотря на произошедшее.
— Я буду любить тебя всегда, миледи, в этой жизни и в следующих!
Она рассмеялась и несильно ткнула Нуара в бок.
— Слишком много пафоса, котёнок.
— Ну, это же я, — беспечно пожал плечами Кот. — А теперь, миледи, догони меня!
Он высвободился из её рук с той же лёгкостью, с которой вода вытекает из ладоней. Ледибаг даже не сразу поняла, что Нуар уже не в её объятиях, а стоит на краю крыши, так быстро и аккуратно это произошло. Кот нашёлся чуть поодаль, вертел в руках свой жезл и приглашающей улыбался, демонстрируя острые клыки.
— Ну, миледи? Бежим?
Вместо ответа она прыгнула вперёд, пытаясь ухватить Нуара за руку или хотя бы за хвост. Безрезультатно: Кот отпрыгнул ещё в самом начале её движения, игриво подвигав бровями.
— Нет-нет, миледи, это совершенно не годится! — протянул этот прохвост, широко ухмыляясь. — Попробуешь ещё раз?
Конечно же она попробовала. И снова, и снова, и опять, и всё без результата: Нуар утекал из её рук, уворачивался от бросков, уходил от взгляда и просто летел, даже не касаясь крыш подошвами ботинок. Он слишком хорошо управлялся с шестом, и Ледибаг знала, что при желании Нуар может пересечь весь город, ни разу не наступив на землю.
Не то чтобы это умение родилось в спокойное время, совсем нет. Просто как-то у них была акума, которая превратила весь асфальт Парижа в раскалённую магму. Чтобы победить этого одержимого, — а тот, между прочим, был в центре площади перед Лувром, окружённый красными горячими потоками, — Коту пришлось добираться до него на одном шесте. Тот не плавился, в отличие от нуаровских ботинок.
К счастью, закончилось всё хорошо. Кот напрыгнул на акуму, выбил у того из рук огнетушитель и даже не расплавился сам. Чудесное Исцеление вернуло Парижу исконный вид, а пара небольших ожогов, оставшихся на коже Маринетт, сошли сами за пару недель. Неприятно, но терпимо.
Сейчас же Кот вовсю пользовался этим своим умением и не давал Ледибаг поймать себя. Только героиня подбиралась ближе к напарнику, как его шест резко выдвигался, и Кот перемахивал на другую крышу или же и вовсе летел куда глаза глядят. Пока Ледибаг цеплялась йо-йо за выступы на зданиях и пыталась нагнать Нуара, тот умудрялся убраться настолько далеко, что девушка едва его видела.
Ветер, скорость, подначки Нуара и потрясающий вид на город сверху помогли. Маринетт всё ещё боялась идти на интервью и ощущала дрожь в коленях при мысли о том, что придётся что-то говорить Шамак, но уже не так остро. Нуар будет рядом, а значит всё нормально.
Ледибаг остановилась на одной из крыш и помахала Коту. Нуар, будто только этого и ждал, тотчас завершил их игру и прискакал обратно к напарнице. Он позволил взять себя за когтистые руки и улыбнулся в ответ на несмелую усмешку Ледибаг.
— Если у нас сегодня всё будет нормально, то я хотела бы провести время с тобой, — сказала она.
— Без проблем, миледи. Я буду молиться, чтобы всё прошло, как ты хочешь.
Ледибаг достала йо-йо и проверила время. Почти половина двенадцатого. Можно было идти в студию и сдаваться врагам.
Кот, поняв напарницу без слов, игриво подмигнул и направился в сторону телестудии. Ту было видно издалека: голубые стёкла высотки отражали яркое почти-полуденное солнце и играли бликами, когда кто-то из работников открывал окна. Для Ледибаг телестудия, в которой она была уже не один раз, казалась эшафотом.
Но делать в любом случае было нечего: Ледибаг ждала Надья, ждал Кот, ждал Париж и парижане. Так что Маринетт, собрав волю в кулак, поднесла ладони к лицу и мягко коснулась маски кончиками пальцев. Она героиня. Волшебная, чудесная Ледибаг. И она с этим справится.