«Мой дорогой, старинный, но вечно молодой друг, Давид Бурлюк!». Письма художников к Д.Д. Бурлюку: читать начало книги онлайн

[приписка рукой Д.Д. Бурлюка:]

отв. 2 March 1930

2. Ф. 372. К. 24. Ед. хр. 54. Л. 2−3

[7 августа 1930, Москва]

Многоуважаемый Давид Давидович, посылаю Вам одновременно с этим письмом 10 экз. каталога выставки «13ти»[142] и последние №№ «Искусства в массы». Очень Вам благодарен за присылку Вашего «Энтелехизма»[143] и № The Arts.

Наша группа предполагает к осени издать нечто вроде альманаха «13^ти» и мы хотим привлечь к участию и наших зарубежных друзей идейно нам близких по пластическим задачам. Нам было бы очень приятно видеть в нашем альманахе и Ваши строки. Пришлите небольшую заметку – напр., о молодом искусстве Америки или Ваши впечатления от Америки, желательно с маленькими рисунками (пером, типа «набросков в письме к приятелю») – мы их воспроизведём[144].

Сообщите, можем ли мы на Вас рассчитывать?

Привет от «13^ти»

Открытие выставки группы «13». 1929

Николай Кузьмин. Москворецкий затон. 1929

Б.Д. Григорьев[145]

Борис Григорьев с женой и сыном. Париж, 1929

1. Ф. 372. К. 10. Ед. хр. 67. Л. 11−12

[12 октября 1925][146]

Ты[147], Додя, и не прислал мне «заложников». А я не сержусь, ибо ты верный человек и верный новатор, ты служишь верою духу времени, как и я. И сколько бы я не пытался тебя свернуть с пути истины, ты – непоколебим. Да и я таков же. Будущее покажет, что мы с тобой правы, а мы с тобой займём место вместо всяких черносотенцев в жизни и в искусстве.

Сейчас я делаю мою большую выставку в Париже, в одной из лучших и богатейших галерей[148]. Трепещу.

Остальные работы привезу скоро в New-York сам, на этот раз у меня есть вещи хорошие.

3-го дня предполагается большой успех, о последствиях выставки сообщу тебе. Посылаю пока приглашение и каталог.

Привет жене, детям.

Только что развесил работы.

Наконец, к открытию прибыла комиссия Люксембургского музея и наметила к приобретению три вещи, в том числе – мою La misйre (Бедность – женщина, кормящая ребёнка из оловянной ложки)[149]. Весь вопрос о деньгах, ибо не могу такую вещь продешевить.

2. Ф. 372. К. 10. Ед. хр. 67. Л. 1−2 об., л. 3

[12 марта 1928][150]

Дорогой Додя, твоё письмо меня порадовало.

Рад за твои успехи, за твои выставки, я верю, что ты скоро разбогатеешь, что слава у тебя большая, а талант твой много ещё больше!

Не попал я, как видишь, в N-Y в этом году, ну приеду осенью, в октябре уж, наверное. Коплю небольшие красивые вещи – пейзажи, Nature morte (особенно удачные). Скоро поеду в Париж, 7 мая моя вставка у Bernheim-Jeune[151], надеюсь очень, ибо всё ухлопал и вложил в дом Borisell’у[152] (см. письмо).

Чтоб не забыть, я в Париже также меняю свой адрес, запиши: 100, rue de la Tour (XVI), всегда и всю весну до июля мы в Париже, летом и зимой – тут.

Ничего не написал о моём Горьком – значит, не понравился тебе мой правдивый портрет. Слушай, Додя, ты добрый, знаю, и тебе будет подходить моя простота, но думаю, что и ты на этом деле заработаешь. Давай вместе. Возьми вещи у Мальянова[153] к себе, у тебя ведь квартира, поставь их где-нибудь под кроватью. А кто придёт – покажи и продай их по 100–150 $, кроме вещей жанровых, ты сам знаешь, с модели долго писать, да и трудно. Ну эти вещи хоть по 300 $ продавай. А то я тут влез в долги и деньги нужны до зарезу, а осенью надо собираться в Америку, опять надо денег. Может, что и продашь, ну а я тоже, будет время, буду тебе полезен. А с проданных вещей удержи себе 25% за расходы и хлопоты, если это тебя не обижает, если обидишься, то возьми пару вещей, а остальные продай. Есть же у нас с тобой ещё поклонники! Не совсем же нас заели разные помпье[154] да ловкачи! Прилагаю тебе список вещей моих, что у Мальянова, и письмо к нему, если он не даст тебе всего, значит какую-то продал, а денег не шлёт. Ох, жулики! Тогда мы ему адвоката пошлём и осрамим перед художниками. Хочешь так?

Первая страница письма Б.Д. Григорьева к Д.Д. Бурлюку от 12 марта 1928 года

[142] Художественное объединение «13» было организовано в конце 1928 г. группой художников (Н.В. Кузьмин, В.А. Милашевский, Т.А. Маврина, Б.Ф. Рыб ченков и др.), пропагандировавших искусство быстрого натурного рисунка пером и акварелью. Первая выставка прошла в Доме печати в феврале 1929 г. В письме упоминаются каталоги второй выставки объединения, которая была намечена на лето 1930 г., но так и не состоялась.

[143] Бурлюк Д. Энтелехизм. Теория. Критика. Стихи. Картины (1907−1930). Н.-Й.: Изд. М.Н. Бурлюк, 1930.

[144] Пять рисунков Бурлюка были показаны на последней выставке группы «13» в апреле 1931 г. Один из них был воспроизведён в каталоге выставки.

[145] Знакомство Бурлюка с Борисом Дмитриевичем Григорьевым (1886, Москва – 1939, Кань-сюр-Мер) состоялось в 1908–1909 гг. в Петербурге. Бурлюк даже считал, что «большой цикл рисунков японской тушью», который был исполнен им в то время, оказал влияние на становление творческой манеры Григорьева. В эмиграции художники вновь увидели друг друга в октяб ре 1923 г., во время приезда Григорьева с женой в Нью-Йорк. С этого времени отношения между ними и их семьями переросли в дружбу, которая продолжилась и после смерти Григорьева в 1939 г. Бурлюки не оставляли своим вниманием жену художника, Елизавету Георгиевну, помогая ей материально, особенно в первые послевоенные годы. В архиве Бурлюка сохранилось 15 писем от Е.Г. Григорьевой.

[146] Письмо написано на фирменной бумаге бара Le Select (100 Paris, Champs Elysées).

[147] Далее два слова замараны.

[148] Выставка в галерее Ж. Шарпантье открылась 15 октября 1925 г.

[149] Картина находится в собр. галереи «Эрмитаж» (Москва). Хра ни тель музея Ш. Масон также намеревался приобрести с выставки порт рет Ф.И. Шаляпина (1923, частн. собр.). Об этом см. письмо Григорь ева к Бур-люку от 25 февраля 1931 г. (с. 113 наст. изд.).

[150] В верхней половине первой страницы письма – рисунок Б. Григорьева, вилла Borisella.

[151] Речь идёт о персональной выставке Григорьева, проходившей в парижской галерее Бернхейм-Жена 7–18 мая 1928 г.

[152] Вилла «Борисэлла» была построена Григорьевым в Кань-сюр-Мер в 1927 г. Название образовано от имён художника и его жены – Елизаветы (Эллы) Марии фон Браше (1883−1968).

[153] Николай Мальянов (1894–1929), нью-йоркский торговец картинами.

[154] От франц. pompier – пожарник, здесь – жаргонное обозначение художников академического направления.