Список меня не удивил. На первом месте красовался король Эрберт. Как же он мне надоел с его хобби жениться! Жаль, не все невесты знают, что жен у него полон гарем. И матушка та еще змеища.
– Подождите, он ведь то ли женился, то ли обручился с принцессой Изольдой?
– Принцесса заболела и не факт, что доживет до свадьбы, – поклонился советник.
Я хмыкнула. Кажется, принцесса тоже не горит желанием оказаться в гареме любвеобильного короля. Я бы на ее месте тоже заболела.
– Тобиас Деровер? Вы серьезно? Я знаю, что он внучатый племянник моего дедушки, но он же бастард! У него титула нет! Герб с перевязью, какой позор!
– Признанный бастард, Ваше величество, – мягко уточнил советник. – К тому же он прекрасно управляет землями герцога Варрона, отлично воспитан, образован, он не пустит казну по ветру.
– Вы на что намекаете? – нахмурилась я. – Что я начну совершать немыслимые траты на тряпки и украшения? Поясните, мы нанимаем грамотного управляющего или роль супруга будет чуть шире?
– Он одобрен еще вашим батюшкой. Был в списке женихов, когда вы были принцессой. Совет счел его достойным вашей руки.
– Полагаете, жених со стажем лучше всякого другого? Опытный, да? И до сих пор холостой? Тогда, может, он и подходил, а сейчас… К тому же я уже была за ним замужем и повторять не планирую, – задумчиво сказала я, покусывая перо. – Дети страшненькие получатся!
– Простите? – советник сделал вид, что совершенно не в курсе событий пятилетней давности. Ну что ж, просвещать его – не моя задача. Не в курсе – значит, не в курсе. Кто у нас там дальше?
– Принц Илберт Эмерик Иллирийский? Вы в своем уме? Ему нет и шестнадцати! Он всего лишь третий сын! К тому же он с двух лет обручен с шандарской принцессой, если мне не изменяет память. Дочерью короля Эрберта от любимой наложницы, кажется.
– Ваше величество, осмелюсь напомнить, вам всего лишь двадцать два года! Разница не столь уж велика. Что ж делать, если два старших принца уже женаты.
Я смерила советника ироничным взглядом. Пятнадцать и двадцать два? Да я в глазах мальчика старуха, древняя старуха! Практически мумия.
– Я уже вдова и не подхожу для юноши, впервые вступающего в брак. – «И вообще, имею чересчур бурное прошлое», – едва не добавила я, но вовремя прикусила язык. – Все? Принцы, герцоги и маркизы кончились? Эти, высокомерные князья Озерного края тоже разобраны все? Что ж за дефицит такой у нас? Может быть, признать равнородными графов? У нас имеются неженатые графья приемлемого возраста? Или в Иллирии? Султан или шах никакой в Шардане не завалялся? А на островах? Так же всегда принцев было, как собак нерезаных.
– Есть, ваше величество. Не женат Граф Ромео делла Хара, – почтительно доложил секретарь. Советник чуть слышно хрюкнул, но тут же сделал невозмутимое лицо.
– Его и выберем, – кивнула я.
Дверь кабинета открылась. Вошел граф Штернблум. Коротко поклонился и прошел к столу, где был разложен гербовник. Секретарь поспешно отошел назад, а глава Совета встретил графа прямым и неприязненным взглядом. «О, так значит, Совет-то у нас не совсем в кулаке у графа», – порадовалась я.
– Мне сообщили, что идет обсуждение кандидатур в супруги Вашего величества, – снова поклонился граф.
– Совет предложил варианты, – подчеркнул советник. – Ее величество выбрала.
– Не вижу в списке моего сына!
– Мы не обсуждали вариант морганатического брака7. Стране необходим наследник, права которого на престол не могут быть оспорены!
Советник и граф смерили друг друга пылающими взглядами.
– Лэрды, это уже не имеет никакого смысла. Я выбрала, – величаво встав и подхватив юбку, я вышла из кабинета. Надо найти Ромео и осчастливить его.
Глава 22
Прогуливаясь по парку, я обдумывала, что скажу министру финансов, решившему сэкономить на приютах и богадельнях. За два года финансирование сократилось в три раза! Пожалуй, я отправлю его престарелую матушку в богадельню на пару месяцев, а детей – в приют. А супругу – ухаживать за больными в госпиталь Святого Дунстана на ставку сиделки! Посмотрим, что скажет надменный лэрд, сокративший жалованье персоналу!
Ромео сидел на скамейке и при виде моей особы в сопровождении фрейлин, тут же поднялся и поклонился. Я снова залюбовалась его совершенной красотой. Красив, как бог. Как фантик от конфеты – яркий, с золотинкой, одним видом вызывающий слюноотделение. Впрочем, Жером разве лучше? Если хорош только фантик, будем собирать фантики. В детстве мы ими, помнится, с удовольствием играли. Не надо считать их деньгами или предвкушать вкусную начинку, и все будет в порядке.
Я села на скамейку, жестом показав фрейлинам, чтоб они отошли подальше. Нечего им подслушивать, как я разговариваю с Ромео – фамильярно и почти по-дружески.
– Могу тебя порадовать. Ты повезешь мой отказ королю Эрберту и скоро к нему вернешься.
– Как прикажете, моя королева. Однако делла Тарн не будет рад меня видеть, – Ромео отпустил голову. – Меня в Шардан не приглашали.
– Эрберт тебя выставил? Увлекся новой игрушкой? – прямо спросила я. – Сказал, что ваше встреча была ошибкой и теперь его сердце принадлежит другому человеку?
[7] Морганатический брак – неравнородный, дети от него не наследуют титул и привилегии отца, а супруг – не признается равным другому супругу.