Пять жизней на двоих, с надеждой на продолжение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Почти как всегда, для обобщения чего-либо или подведения итогов, я предлагаю читателям бросить на эту тему взгляд с верху. В данном случае наверное лучше будет сказать: попробуем еще раз коротко пробежаться по основным этапам жизни ДМД, оценивая их только с точки зрения моей гипотезы о судьбоносном влиянии Сущности на переломные моменты жизни тех людей, которых она уже выделила из общей массы для осуществления своих целей. Итак, начинаем.

Три года жизни Джерри в Индии и первый этап пребывания в Англии. Ребенок с детства априори обожает природу и живых существ, бредит зоопарком. Любознательность и неодолимая тяга к природе, любым живым существам выражены настолько ярко, что явно выделяет его на общем фоне.

Может быть, это и есть первый сигнал для Сущности? Есть некое основание – обратить внимание на данного конкретного нестандартного ребенка и включить его в круг потенциальных кандидатур для будущих проектов, связанных с природой, экологией и т. п.

У меня было практически идентичное поведение в детстве. Может быть, действительно, именно на этом этапе ей и принимается решение – присмотреться к данному индивидууму. Выделить из общей массы, поставить на учет и начать наблюдение. Вполне логичное допущение.

Мальчика перевозят в Англию. Интерес к природе не пропадает, наоборот, становится таким большим, что заслоняет все остальное. Больше ничем Джерри заниматься не хочет. Категорически отказывается ходить в школу и вообще изучать обязательные для всех дисциплины. Мама идет у него на поводу, не заботясь и не задумываясь о будущем любимого сына. Несет по течению и несет. В атмосфере его специфической семьи помочь развиваться ему в направлении куда тянет его натуру, некому. Учителей, которые могли бы заняться с ним естественными науками, рядом нет (вообще-то они где-то есть, но их просто никто не искал). Такое развитие событий начинает Сущность не устраивать.

Тогда и происходит первое чудо, вернее, сразу два, превращающиеся в судьбоносное явление определяющее становление Джеральда, как натуралиста-любителя. В результате его он:

а) попадает в природные условия, которые просто предназначены для начинающих натуралистов;

б) получает блестящую подготовку в области естественных наук и такую практику под руководством талантливого преподавателя-товарища, что лучше и быть не может. То что не сделала мама, сделала Сущность.

Дадим ему самому слово: «Если бы я обладал даром волшебника, я бы сделал каждому ребенку на земле два подарка: беззаботное детство, какое было у меня на острове Корфу, и дружбу с Теодором Стефанидесом». (Каждому, может, и не надо, интересы у всех разные, но я бы от такого подарка точно на седьмом небе был.)

Теодор – это его спутник в многочисленных походах, собеседник, друг и учитель. Местный врач, получивший энциклопедическое образование в Париже. Для Джеральда общение с ним стало курсом Оксфорда или Гарварда без промежуточных школ и колледжей.

Опять цитирую Джерри: «У меня было мало книг, которые могли бы дать ответы на мои вопросы. (Да и откуда им в этой семье взяться?) И Тео стал для меня чем-то вроде живой, говорящей, бородатой энциклопедии, откуда можно было почерпнуть самые разнообразные, точные и детальные сведения. Он родился до эпохи узкой специализации и знал очень много. Школьные уроки биологии были бы для меня закрытой книгой, а во время прогулок с Теодором мы говорили с ним обо всем: от жизни на Марсе до особенностей микроскопического жучка. Я стал понимать, что все это части единого целого, осознавать взаимосвязь всего в природе».

В течение их общения доктор Стефанидес ненавязчиво давал маленькому Джеральду знания по антропологии, этнографии, музыковедению, космологии, экологии, биологии, паразитологии, биохимии, медицине, истории и по множеству других наук. Он обладал уникальной способностью коллекционировать в своей памяти отдельные, не связанные между собой, факты и был настоящим эрудитом, умевшим связать события прошлого и настоящего, увидеть цельную картину, научно достоверную, но порой парящую в облаках фантазии.

Под его руководством Джеральд стал настоящим натуралистом в том смысле этого слова, какой в него вкладывали в девятнадцатом веке. Он не походил на прямолинейных запрограммированных по общей шкале зоологов, выходивших из британских университетов. Тео учил Джеральда не только тому, как и по каким законам живут и развиваются биологические организмы, но и объяснял ему роль человека в земной экологической системе.

Из воспоминаний ДМД: «Немногим молодым натуралистам посчастливилось сделать первые шаги под руководством такого всеведущего, доброжелательного и веселого греческого бога, обладающего самыми лучшими качествами натуралиста. Его интерес к миру был безграничен. Он умел оживить любую тему собственными наблюдениями и размышлениями».

Как это все так удачно получилось? Вы только над этим задумайтесь. В этом греческом захолустье – природном раю Джеральда – ему «случайно» попался, вернее, его уже как бы дожидался учитель-наставник, единственно подходящий для его разностороннего развития и становления в нужном направлении. Ходячая энциклопедия, присутствующая в Греции в одном единственном экземпляре и вдруг оказавшаяся на Корфу. В нужном месте и в нужное время. Просто так вот все взяло и совпало? Что это было судьбоносно, сомнений у меня, да думаю и у ни кого нет. И все случилось само собой – без вмешательства Сущности? Вы решайте сами, я для себя уже к выводу пришел.

Какая была сказочная жизнь для Джеральда на Корфу, но, увы – окончилась. Война. Вынужденный возврат в Англию. Непередаваемый контраст окружающей действительности по сравнению с прежним его миром. Цветное кино кончилось – началось черно-белое. Попытки найти отдушины для души. Детская попытка заняться самообразованием. Но заменить классическое образование бессистемным чтением не удалась (хотя потом она будет выдаваться ДМД за выбранный им сознательно особый путь развития). Привела его в итоге к тупику: возможности получить диплом об обязательном школьном образовании не предвидится, а без него – и любимой работы в Зоо. Хотя спорить не буду, самостоятельное чтение при великолепной памяти – это действительно один из способов развития интеллекта, но не выживания в обществе, придерживающегося четких правил и ограничений. Но может быть Сущность что то знала наперед и ничему не мешала?

Но затем наступают два года бессмысленного (с точки зрения достижения некой большой цели) времяпрепровождения в конной школе. При этом и про важность самообразования и про необходимость выполнения некой миссии в роли специально отобранного кандидата Сущности временно забыто. Неожиданно Джерри ведет себя как Лесли. Никакой разницы – плотские утехи и примитивные развлечения.

Что это – его юный мозг попросил передышку? Или юноша временно выпал из-под наблюдения «куратора»? Произошел некий сбой программы, а потом спохватились и за него опять взялись?

Внешне все выглядит именно так. Будто бы в его голове что-то щелкнуло и как только сроки альтернативной службы закончены, он немедленно становится прежним целеустремленным Джеральдом и принимает решение наверстать упущенное время. Но как? Выхода из сложившейся ситуации по-прежнему не видно. Продолжение своего самообразования в выбранном с детства направлении прежним способом хаотичного чтения никак не даст хотя бы продвинуться к поставленной цели. Тупик? От не сдается, хватаясь за соломинку – сочиняет послание директору Лондонского Зоо с просьбой сделать именно для него исключение и взять туда на работу, пусть на самую низкую должность – он заранее согласен. Логика железная – ему же это просто необходимо для получения практики – первой ступени в осуществлении его великих планов. Вероятность ответа (он сам оценивал) < 1 %. Положительного – даже не надеялся. Это был поступок отчаяния, крик в пустоту. И что в итоге?

Очередное Чудо. Он получает ответ на свое нахально-сумбурное письмо. Да еще какой! Приглашен на рандеву для индивидуального собеседования. Более того, по его итогу получает направление в самый современный (по организации содержания зверей) зоопарк Англии. Пусть он расположен в захолустье, пусть в роли мальчика на побегушках, «на позверушках» по его собственному определению. Для него – все эти сопутствующие факты не имеют никакого значения. Огромный шаг вперед сделан. Это что? Просто фарт и случайность? Только результат его нахальства или еще одно судьбоносное событие выданное свыше?

Там Джеральд впервые демонстрирует и характер, и силу воли: за гроши трудится без отдыха, действительно в роли мальчика на подхвате для смотрителей разных отделов Зоо. Затычки во всех дырках. А ведь он уже юноша, и знаний у него о разных питомцах иногда много больше, чем у тех же смотрителей. И воспитание иное, и пришелец он для них из чужой среды. Он такое отношение чувствует, иногда от него нешуточно страдает, но терпит их далеко не безобидные выходки и приколы. И учится, учится и еще раз учится, хотя и не знаком с этим заветом Ильича.

Это еще один Университет (после школы Стефанидеса), и не только по практическому уходу за животными. Он познает, как преодолеть себя, и знакомится с понятием: «надо, Джерри, надо». А ведь молодой человек до этого ни трудолюбием, ни терпением особо не отличался. Откуда что взялось?

Так продолжается до совершеннолетия и получения отцовского наследства. Вчерашний мамочкин нахлебник стал самостоятельной (в финансовом плане) личностью. Работу в Зоо оставляет и тут же берется за осуществление практически никак не обоснованного и экономически не оправданного плана (зато самостоятельно придуманного) – отправиться в Африку ловить зверей. С целью получения и накопления нового опыта, который бы потом позволил ему накопить (а сначала – заработать) нужное количество средств на собственный зоопарк. Каким образом? По его плану работая на ловцов-профессионалов в этой области. План, не имеющий ни одного шанса на успех, ибо ни малейшего представления об их заработках у него не было.

Первая экспедиция, после которой он про свои благие намерение обратиться к профи забывает. Или, поняв его неосуществимость, просто выбрасывает из головы вместе с идеей собственного зоопарка. Но поскольку само путешествие ему понравилось, а деньги у него еще есть, он предпринимает еще два. Вошел во вкус, но, как и следовало ожидать, остался вообще без денег.

Зато в промежутках между поездками успел нажить врага в лице нового, очень влиятельного директора Лондонского Зоопарка, а значит и Зоологического общества Англии. И теперь ни один Зоо Британского Сообщества не хочет брать его на работу. Чтобы хоть как-то зарабатывать на жизнь, продолжая при этом общение с дикими животными, Джеральд готов податься хоть в Судан, хоть в Уганду. Он ведь еще и женился, да еще и со скандалом. Приданного супруга не получила. И теперь ему семью не на что содержать. Очередной тупик и ситуация, которая называется «прощай, мечта навсегда» (но не для Сущности).

Потому как в его жизни уже произошел очередной судьбоносно-переломный момент. Случайно в маленькой частной гостинице Манчестера он увидел дочку хозяина – Жаклин. Честно говоря, ничего особенного в ней не было: не высокая, не приметная, худенькая брюнетка. Совсем не в его типичном вкусе. Но Джеральд будто получает указание свыше – тебе надо жениться именно на этой девушке! И немедленно приступает к ее осаде, начав сразу со своей коронной фразы, в которой он меняет только имена: «Вы самая красивая (привлекательная и т. п.) девушка, которую я встречал в своей жизни!»

И продолжает настойчиво и методично охмурять (очень подходящий глагол) Джекки, естественно, когда бывает в Манчестере. И бомбардирует письмами издалека.

Это совсем не мешает ему крутить мимолетные романы и в борделе Бриджтауна (столица Британской Гвианы) с очаровательной мулаткой, и непосредственно в гостинице сестры Марго (где он за неимением средств получил номер) с молодой медичкой скандинавского типа (причем прямо за несколько дней до свадьбы, непосредственно перед переездом туда с молодой новобрачной). Как-то это в нем сочетается.

Два года такой обработки – и серьезная, практичная и деловая девушка, которой он поначалу совершенно не понравился, бросает семью (отца, сестер и братьев), перспективное обучение оперному вокалу и, как в омут головой, бросается к нему – в нищету и бесперспективность. Почему она это сделала? Джеки, которая потом (после развода) сама над этим долго думала, не нашла ничего лучшего, чтобы объяснить этот поступок их общей любовью к зверям. Смею вас уверить – это неправда, не было у нее никакой к ним особой любви.

Зато оказалось очень много терпения и такой запас позитивной энергии на двоих которого хватило лет так на 10 минимум. Все это время она была неоспоримым семейным лидером и тащила супруга через все преграды, как буксир тяжелую баржу. Буквально заставила его стать известным писателем. Во время напомнила ему про уже казалось бы окончательно отброшенную идею о собственном зоопарке. И показала единственную возможность, реально позволившую Джеральду реализовать свою детскую мечту и получить желанную игрушку – собственный Зоо (и, таким образом, сделать очень важный и необходимый шаг на пути к выполнению той миссии, которую по моему мнению Сущность на него и возложила).