Пять жизней на двоих, с надеждой на продолжение: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Что и приводит везде к неизбежному нарушению природного равновесия. И как вы думаете, долго ли она это будет терпеть? А, может, уже не терпит? Последнее предположение очень неплохо отражает существующую реальность.

Все больше сторонников (я имею в виду ученых) набирает идея о том, что наша планета Земля – разумна. И что она уже начала определенные действия по наведению порядка (который отвечает ее представлению о том, каким он должен быть для поддержания равновесия между всеми ее обитателями).

Все пессимистические прогнозы, которые были сделаны и продолжают делаться, не учитывают одного. Разумная планета, она же одна из сторон Сущности, уже устала ждать, пока человечество поумнеет, и похоже, что очень скоро сама займется устройством своего ближайшего будущего. И скорее всего, не через климатические катаклизмы, от которых и природа страдает, а не только люди. А через организацию различных эпидемий, пандемий и т. п. (такие ситуации все чаще начинают прокачиваться в литературе по альтернативной истории существующей Земли), причем, вполне возможно, организованных посредством самих же людей.

И той части человечества, которая в итоге выживет (если выживет), ничего другого не останется, как резко прозреть, раз и навсегда поняв свое место, и начать применять все наработки Даррелла, задействовав созданную и оставленную им структуру Всемирного Фонда по ее прямому назначению (вот ее членов, я думаю, Сущность точно не тронет). Еще недавно, до знакомства с биографией ДМД, и я тоже с ужасом и безысходностью только наблюдал за теми событиями, которые лавинообразно нарастают и угрожают всему существованию нашей планеты. Причины их – уже и повторять надоело, к сожалению, кроются в современной человеческой цивилизации и взращённом ею обществе.

Я думаю, что даже те из политиков, кто понимает весь ужас ситуации, свои частные проблемы будут решать в первую очередь и договориться между собой они никогда не смогут. Поэтому в отношении человечества мое мнение не изменилось, ничего позитивного от него ждать не стоит. Особенно от движения Греты и прочих «зеленых» ее собратьев: хотеть и мочь – разные вещи. Быть глупым идеалистом – это зачастую еще хуже, чем преступление.

Более того, теперь мне кажется, что кроме предлагаемого Сущностью выхода – варианта альтернативной истории (достижению которого и буде посвящена следующая книга), другого просто не существует. Я имею в виду нашу временную реальности (а для поиска его и был востребован ДМД, который сделал все, что смог). Но, к сожалению, искомого отклика должного масштаба у человечества не вызвал.

Но не смотря на это, его соратники и последователи продолжают свою безнадежную битву. Возьмем для примера почти сопоставимую с ним фигуру – сэра Дэвида Аттенборо. Да, его книги ("К югу от экватора" и "В поисках дракона" недавно переизданные у нас под новыми названиями) тоже интересны и познавательны, но по сравнению с даррелловскими – только суховатые дневники путешествий автора, не смотря на все его попытки пойти по пути своего старшего приятеля. Но зато фильмы – тут он с помощью прогресса оставил ДМД далеко позади. Аттенборо можно назвать одним из первопроходцев так любимого многими формата шоу (в хорошем смысле этого слова), когда на киноплёнку записано путешествие в какую-то экзотическую страну, и автор рассказывает о приключениях и интересных находках. Сэр Дэвид Аттенборо в поисках редких животных объехал весь мир. Множество книг, статей, очерков, сотни фильмов. А его сериал о дикой природе вошёл в список 100 самых блистательных эпизодов в истории телевидения. (Пользуюсь тем, что через два года после написания и издания, книгу переделывал, очень вас прошу: посмотрите хотя бы один из них – на 100 % посвященный именно этой теме. Начиная с «Жизни на нашей планете». Особенно один из последних «Extinction the Facts» от 2020 г. целенаправленно посвященный проблеме вымирания видов. Ну а кто еще совсем не бросил читать – хотя бы пробегитесь по его только что изданной книге с кричащим названием «Жизнь на нашей планете. Мое предупреждение миру на грани катастрофы». Это фактически его завещание, под которым мог бы ДМД подписаться.

Очень похоже, что автор тоже понимает бесперспективность своих усилий и от безысходности тоже бьется головой об стену. В свои 94 года он пытается сохранить остатки надежды. В заключении этой книги, фактически своего завещания человечеству, он пишет: «Мы еще можем внести поправки, мы еще можем управлять степенью нашего влияния, изменить вектор нашего развития – были бы воля и желание» И предупреждает: «Ближайшее десятилетие даст последний шанс создать устойчивый дом для нас самих и восстановить богатый, здоровый и чудесный мир, который достался нам в наследство от далеких предков. На кону – наше будущее на планете, единственном месте, где насколько мне известно существует жизнь». Ну а дальше просто заклинает человечество: «Нам нельзя терять надежду. Homo sapiens, разумное человеческое существо, должно наконец извлечь урок из своих ошибок и жить оправдывая свое название. Перед нами стоит громадная задача сделать так, чтобы наш вид продолжал существовать». Предлагает конкретные способы ее решения – почитайте. Но похоже и он теряет остатки оптимизма. Иначе бы не написал:

«Возьмем зоопарки Лондона, являющиеся домом для более чем 20 тыс животных, многие из которых находятся под угрозой исчезновения в дикой природе, от крошечных лягушек-дротиков до величественных тигров и всего, что между ними. Даже они, как и Зоологическое общество Лондона сейчас сталкиваются с самой сложной проблемой – а если сказать правду: сами находятся под угрозой исчезновения». Уж ему ли не знать.

И очень возможно, что за жесткий вариант изведения человечества возьмется (а скорее уже взялась) наша разумная Планета, одна из проявлений все той же Сущности. Он будет сопровождаться массовой гибелью подавляющей части населения, но если Земля так решит или решила, то ей виднее. И никто этому не сможет помешать, а никакие представители «золотого миллиарда» спастись не смогут.

Люди сами виноваты, нельзя было доводить ситуацию до нынешнего состояния. У некоторых еще остается очень и очень слабая надежда, что ситуация все-таки сможет измениться, но не у меня. Я не представляю, на чем она может базироваться. Даже Аттенборо отводит на ее решение не больше 10 лет. Но у меня по-прежнему не укладывается в голове, с какой стати, с какого такого переполоху (как говорила моя мудрая бабушка) понимание того, что сохранение животного и растительного мира Земли, всего биоразнообразия природы нашей планеты вдруг станет первоочередной и доминирующей задачей теперешнего человечества. Вы в это можете поверить? Но если даже подобное допустить, понимание каким-то образом пришло. Но это одно, а вот его претворение в жизнь – пока не стало совсем поздно – это совсем другое. Вот последнее мне кажется абсолютно нереальным.

Французская поговорка «Qui vivra – verra», очень подходит к нашей ситуации в переводе: «Кто доживет – увидит!» Только боюсь, что он увидит вариант Чернобыля, хотя и ядерной катастрофы не потребуется, человеческой глупости вполне хватит. И что нам делать? На данном этапе моей жизни, для себя я уже выбрал вариант – буду придерживаться афоризма от Левши: «Делай, что должен, чтобы делать, что хочешь». А я хочу жить на здоровой и счастливой Земле, пусть она и будет только альтернативой нынешней.

Ну, а как я надеюсь к этому прийти, уже вам станет совсем ясно после выхода третьей книги этой серии, переделанной в ходе ее написания в двухтомник: «Два шага назад и в светлое будущее! Но вместе с императорами» И для этого придется очень активно поработать, чтобы все усилия ДМД, поддерживаемые так эффективно Сущностью даром не пропали. И вместе с ним их продолжить, но уже со счастливым концом.

P. S. В данном разделе книги активно использованы фрагменты из русских переводов книги Дугласа Боттинга «Джеральд Даррелл. Путешествие в Эдвенчер» («Эксмо-Пресс», 2002 г.) и произведений самого Джеральда Даррелла: «Перегруженный ковчег», «Гончие Бафута», «Моя семья и другие звери», «Поместье-зверинец», «Звери в моей жизни», «Ай-ай и я». «Натуралист-любитель» и «Даррелл в России» (последние две в любительских переводах). А также последней книги Дэвида Аттенборо «Жизнь на нашей планете. Мое предупреждение миру на грани катастрофы», только недавно у нас переведенной и некоторых его статей.

Часть 2. Влияние творчества ДМД на мою жизнь в СССР и России

Советская действительность, отраженная в одной отдельно взятой отрасли

Тому, кто не пожил во времена Советского Союза, будет нелегко понять проблемы, которые у нас являлись повседневными. Особенно той, на которой я хочу остановиться подробнее. Дефицит продуктов питания, одежды – Бог с ним. Наверное, были объективные проблемы, вернее, недостатки эффективности системы. Я не экономист и не специалист, мне не интересно вникать в эти нюансы. С голоду, действительно, никто не умирал и раздетым не ходил.

Но дефицит книг? Он, конечно, был и до 1975 г., но в относительно небольших масштабах. Страна то на самом деле была самая читающая в мире. И когда мне еще в школе захотелось приобрести собрание сочинений Джека Лондона, я оставил заявку в магазине «Букинист» и в итоге довольно быстро его купил по более-менее разумной цене (установление хороших отношений с продавщицами и их некое поощрение на фоне того, что вскоре началось, было просто детским лепетом).

А вот потом этот дефицит превратился в монстра. В середине 80-х гг. стартовал эксперимент по «обмену» макулатуры на книги. Мне было бы очень интересно узнать, кто его придумал. Наверное, как всегда, сначала тоже хотели, как лучше. Казалось бы – все просто. Надо было набрать 20 кг старой бумаги, сдать и в обменном пункте получить талон, который в специальном отделе книжного позволял приобрести «книгу». Но только ту, которая у них была сейчас (естественно выпущенная в рамках этой программы). А то, что она могла быть тебе заведомо не нужна, никого не волновало. Это были твои проблемы. Потом, правда, правила слегка изменили, давая теоретическую возможность приобретения некой конкретной книги (первые сданные 5 кг давали право на абонемент с названием произведения, который потом до 20 кг надо было дополнить и терпеливо ждать его появления). Теоретически: сколько талонов было продано, столько и соответствующих книг должны были напечатать. Но это теоретически… Оставалось желаемое выловить – не во все магазины оно приходило, и очень часто по дороге до магазина часть его испарялась.

Поэтому очень скоро талоны стали некой суррогатной валютой. Приемщики жульничали при взвешивании – и через посредников сбывали сэкономленные на этом талоны, которые можно было тут же за углом пункта купить (конечно, не за 40 коп.). И всяких типов хватало, крутящихся около книжного чтобы продать талоны прямо у места покупки остро жаждущим и денежным клиентам. С ними боролись, но в общем то смотрели сквозь пальцы. По сравнению с фарцовщиками и валютчиками это не считалось уж совсем уголовным нарушением закона. Так, мелкие шалости.

Книги, приобретенные таким методом, далеко не всегда были нужны тому, кто их ухватить успевал. Их тоже можно было обменять или продать по спекулятивной цене. Буквально в каждом крупном городе очень быстро возник книжный черный рынок, на котором все эти операции и проворачивались. Макулатурные книги в зависимости от качества печати и оформления (в первую очередь), ну а уж потом автора и содержания скоро стали делиться по категориям. И их цена не имела ничего общего с государственной, иногда даже присутствующей на обложке.

Самое интересное было в том, что основное количество тех, кто такие книги приобретал, их не читали. Просто ставили в гостиной на стенку и все. Для престижа. Но, конечно, желательно только первой категории, чтобы было красивее. Мода такая была – причем всеобъемлющая. Такая показательная библиотека была неким символом успешности, способности ее хозяев «доставать» дефицит. Наряду с хрусталем (желательно чешским). Ну и обязательно стенкой (югославской), на которую книги ставились. Была страна читающая, стала – «хапающая». Процитирую Аркадия Северного:

А чтобы вы понимали масштабы заработков посредников, то, например, цена серии Дюма (12 штук, но обязательно в красном переплете, то есть первой категории) начиналась от 3,5 тыс. руб. (на всякий случай напомню, что мой оклад младшего научного сотрудника, кандидата наук, в то время был равен 120 руб.)

Я довольно близко знал людей, активно работающих на книжном рынке Ярославля. Они без проблем могли позволить себе комфортное путешествие в одиночной каюте на пароходе по Волге (вверх и/или вниз), а дефицитные книги местных издательств, приобретаемые ими на остановках, естественно тоже через знакомы, позволяли сделать такое путешествие не только рентабельным, но и высоко прибыльным (за счет последующей реализации приобретенного товара: частично в родном городе, но самый ценняк, сливки, уходили в Москву).

Мне кажется, что у меня был и есть здравый смысл, но тут он не работает. Не могу понять – кому в нашем руководстве это было надо? Я и тогда еще прикидывал, что если бы книги, действительно пользующиеся спросом у нормальных читателей и ненормальных хапуг, издавали тиражом, например, 100–200 тыс. экземпляров (для читающей страны в 250 млн – абсолютно нормально, даже мало; были и миллионные тиражи) и по цене, допустим, 3 рубля (из которых две трети – чистая прибыль), то 200–400 тыс. прибыли с каждого тиража разве бы не пригодились государству? А для ценителей красивых обложек и престижных переплетов – кто мешал продавать их за любую цену? Хоть за 50 рублей. Все равно бы возник его величество ДЕФИЦИТ, но хоть с некой пользой. Нехватка бумаги или типографских мощностей? Не думаю – книжные магазины были завалены всяким барахлом. Соберите деньги по подписке заранее – скупите всё (разумеется, не политическое, а то неприятности начнутся сразу) в книжных, превратите в макулатуру и напечатайте подписчикам – настоящим любителям, можно в самых скромненьких переплетах. Одна тонна макулатуры хорошего качества – в среднем, 1000 новых книг. Что этому мешало тогда? Желание сознательного унижения простого населения? Не хочется про это думать. Создание искусственного дефицита во всем? Очень многие читающие жители СССР книжный дефицит воспринимали хуже колбасного. Поэтому у меня нет ответа.

Зато масса народа была при деле: собирали макулатуру, сдавали, меняли талоны и книги, договаривались с книжными жучками и радостно тащили домой хорошо еще, если Дюма или Хаггарда, а то вообще не пойми кого, типа Дрюона или Беркеши. Такой ситуацией пользовались не только местные книжные спекулянты: на ней зарабатывали дельцы из республиканских издательств с окраин СССР, издающие и переправляющие дефицит, иногда очень неплохой по содержанию (правда, на плохонькой бумаге) в центральные города СССР. Я довольно близко, хоть и случайно познакомился с одним таким деятелем из Молдавии – так там на одном «Мире приключений» издательства «Лумина» такие доходы имела… лучше рядовому кандидату наук в то время об этом было вообще и не думать.

А теперь от общих рассуждений перейдем к частности: книгам Даррелла в СССР и после (так как это был мой больной вопрос).

Книги ДМД и окружающая меня родная и неродная действительность

Когда Джеральда Даррелла не стало, мне еще и 23 не исполнилось. И я ничего не знал о нем. Вообще. (Кстати, серия документальных фильмов о его поездке по заповедникам России была показана на нашем ТВ только в 1986–88 гг., а его книга, посвященная этому путешествию, на русском появилась только в 2021 г. 224 стр. с фотографиями, дополненная воспоминаниями очевидцев. 1000 руб – но лучше уж так, чем просто так. Может и до появления его последнего труда с Ли удастся дожить).

Первой мне попалась «Моя семья и другие звери». Я ее увидел и сразу купил у моей благодетельницы – маминой знакомой. Как раз в тот период жизни, когда с тоской и раздраем в душе заканчивал Политехнический институт в Ярославле. А тут – бабах! – такой глоток прекрасного юмора и на такую близкую мне тему – жизнь юного натуралиста, практически в природном раю. С детства я буквально проглатывал все книги на эту тему. «Лесную газету» Виталия Бианки чуть наизусть не выучил. И постоянно продолжал выискивать, читать и покупать подобную тематику. Думал, что знаю всех авторов, пишущих на тему природы.