— Я перенесу нас обоих обратно, не беспокойся.
— Да, разумеется, но перед этим… я выболтаю тебе тайны. Любые, какие захочешь, — он игриво хихикнул.
— Например, как зовут твою хозяйку?
Шутка получилась неудачной. Асато разом протрезвел.
— Что ты имеешь в виду? — напряжённо спросил он.
Мне ничего не оставалось, как сказать ему то, что я узнал.
— Настоящее имя Эшфорд-сан — Коноэ Ририка. Тебе об этом что-нибудь известно?
Асато шумно отодвинул от себя пустой бокал. Пошарил в кармане и положил деньги на столик. Кивнул на прощание Окада-сан. Потом вышел на улицу, утягивая меня за собой в первую попавшуюся тень.
Миг телепортации, и мы снова оказались в моей гостиной.
— Запомни, Сейитиро, — от его беспечного веселья не осталось следа, — даже если она призналась тебе в чём-то, забудь всё!
— Почему?
— Какой бы сильной Лилиан-сама ни казалась, ей, как и любой женщине, нужен кто-то, на кого можно опереться. Она поделилась с тобой самым сокровенным в минуту слабости, решив, что тебе можно доверять, но ты не должен никому говорить. И ей тоже. Она не помнит. Око опять забрало у неё эти воспоминания.
— Но ты-то помнишь!
— Чужая память доступна мне, в отличие от моей собственной.
— Почему ты не расскажешь ей? Что-то другое можно забыть без сожалений, но не имя, данное при рождении! Я считаю, она имеет право знать! — с горячностью убеждал его я.
— Что такое имя? — вздохнул Асато. — Одно, другое… По сути, никакой разницы. Если настоящее имя заставляло её страдать, я предпочту согласиться с амулетом. Пусть забудет.
— Это трусость! Тени вернули ей память, чтобы она обрела себя.
— А Око забрало то, что причиняло ей невыносимую боль. Амулет защищает её. Моя госпожа забывает то, о чём думать для неё непереносимо. И ей не нужно, чтобы кто-то напоминал.
— Но это неправильно! Убегать от себя — неправильно!
— А как подчас поступаешь ты? И все мы — маги, люди и синигами?
— Не понимаю, — растерялся я.
— Каждый из нас убегает от того, что мешает ему жить. Очень трудно не создавать тени. Внутри каждого из нас живёт тьма, отвергнутая нами, терзая своих создателей, но правда иногда терзает больше… У Лилиан-сама нет выбора. Она пытается сохранить в целости собственный рассудок. Я её хранитель. Если она решит вернуть эти воспоминания, я соглашусь с её выбором, но не раньше. А до тех пор буду защищать её.
— Что ужасного в том, чтобы помнить своё настоящее имя? — не выдержал я.
— Сейитиро-кун, я не могу сказать тебе.
— Почему?!
— Как ты думаешь, это хорошо, когда кто-то знает о тебе больше, чем ты сам?
Осекшись, я смотрел на него и понимал, что возразить нечего.
— Давай попробуем оставшуюся часть ночи не вспоминать ни о чьих секретах, — он с нежностью провёл кончиками пальцев по моей щеке, и я сразу сдался. — Закрой глаза, Сейитиро-кун, и доверься мне. Я покажу тебе кое-что необыкновенное.
Свежий ветер бросил пригоршню снега в лицо, но холода я не ощутил. Мы стояли на краю покрытого льдом озера, окружённого пиками гор. Над нами простиралось небо, усыпанное звёздами, а над остроконечными вершинами и вдоль кромки замёрзшей воды сияли ярко-оранжевые огни.
— Что это за место? — ахнул я, ибо более удивительного зрелища на земле, где магия отсутствует, я не встречал.