В 1913 году Комарову предложили возглавить экспедицию переселенческого управления на юге Уссурийского края. Предстояло изыскивать земли, пригодные для задуманного переселения крестьян из Европейской России. Экспедиция обследовала обширнейший район — пространство от Северного побережья залива Петра Великого до озера Ханка. Каждый год приносил все более интересные результаты. Исследования флоры Дальнего Востока находят отражение в его работах, рисующих красочную картину природы и перспектив дальнейшего заселения и освоения края.
В 1914 году по представлению нескольких академиков— в их числе был и И. П. Павлов — физико-математическое отделение Академии наук избрало В. Л. Комарова членом-корреспондентом.
Комаров публикует статьи «Приморская область. Южно-Уссурийский край (Ханкайская экспедиция)», «Что сделано в России в 1915 году по культуре лекарственных растений». С 1915 по 1917 год ученый выпускает три издания справочника «Сбор, сушка и разведение лекарственных растений в России», который постоянно перерабатывает и улучшает. Труды Владимира Леонтьевича вновь отмечены Географическим обществом! в 1916 году ему присуждают медаль Ф. П. Литке.
Однако подлинно всенародное признание труды Комарова получили только после Великой Октябрьской социалистической революции. Суровое время потребовало настоящей самоотверженности от каждого истинного патриота. Комаров был таким патриотом, — он безоговорочно встал на сторону молодой Советской республики.
В 1918 году Географическое общество избрало Комарова своим ученым секретарем. На этой должности ученый оставался в течение тринадцати лет. В том же году он стал редактором «Известий Географического общества», а в Ботаническом саду был избран заместителем директора по научной части. Владимир Леонтьевич блестяще справился со всеми этими обязанностями. Никто доподлинно не знал, где и как в эти годы разрухи он доставал топливо, чтобы обогревать оранжереи. Но многие драгоценные растения, привезенные сюда из разных стран света, были сохранены.
Спустя два года академики И. П. Павлов, И. П. Бородин и Н. В. Насонов представили «Записку об ученых трудах Владимира Леонтьевича Комарова». В ней был обзор путешествий и опубликованных работ ученого. Она заканчивалась словами: «В. Л. Комаров может считаться одним из деятельнейших, талантливейших и широко образованнейших в естественноисторическом отношении ботаников наших вообще, и бесспорно является первым авторитетом по флоре Азии». В. Л. Комаров был избран действительным членом Академии наук СССР.
Даже в самые трудные годы гражданской войны Владимир Леонтьевич не оставлял мечты продолжить свои исследования в Приморье. Он всей душой рвался туда, но этот благодатный живописный край был в то время занят контрреволюционными бандами и войсками японо-американских интервентов.
И все же Комаров нашел способ продолжить изучение Приморья. Только «отправился» он туда весьма своеобразно: стал детально изучать ботанические сборы Н. М. Пржевальского, сделанные знаменитым путешественником в Уссурийском крае во время его экспедиции в 1867–1869 годах. Книга «Ботанические маршруты Н. М. Пржевальского» вышла в 1920 году. Спустя восемь лет появилась еще одна подобная — «Ботанические маршруты Г. Н. Потанина». Пришлось перенести маршруты Пржевальского и Потанина на карты, разобраться в их дневниках, связать дневниковые записи с этикетками, точно определить каждое растение… Такое было под силу только неустанному труженику, который не боялся никакой «черной» работы.
В 1925 году увидел свет «Малый определитель растений Дальневосточного края», подготовленный Комаровым вместе с его ученицей Е. Н. Клобуковой-Алисовой. Этот определитель оказал огромную помощь лесоводам, агрономам, работникам изыскательских переселенческих партий, а также студентам — будущим агрономам и лесоводам — всем, кто занимался освоением этого богатого края. Н. Е. Кабанов, известный ботаник, который в то время был студентом, вспоминает: «Почти все мы приобрели это важное для нас пособие. Сколько было «удач», когда с помощью его и других пособий мы могли определить растение, а если не удавалось, то стремились отправить его в Ленинград, и никому другому, как самому В. Л. Комарову».
Маститый ученый охотно отвечал на все вопросы, ибо по-доброму, по-отечески относился к молодежи. Давал он свои рекомендации и при подготовке все новых и новых экспедиций, которые отправлялись во все концы страны. Один из современников рассказывал: «Когда я приезжал в Петроград для подготовки экспедиции в Монголию, я в первый раз гостил некоторое время у В. Л. Комарова. С В. Л. Комаровым я виделся ежедневно утром, перед уходом на лекции или в гербарий, затем за обедом и дольше всего вечером, когда он отдыхал после трудового дня. В особенности в это время разговором с ним можно было поистине наслаждаться. Его шуткам, неожиданным сравнениям и интереснейшим воспоминаниям буквально не было конца. Но беседовать с ним вообще нелегко, ибо он требовал, чтобы его собеседник ловил его мысли на лету. Владимир Леонтьевич обладал необыкновенным остроумием и, кроме того, талантом о самых сложных вещах рассказывать чрезвычайно ясно и просто. Нередко за чаем, просматривая какой-нибудь привезенный с собой толстый научный журнал, он в двух-трех фразах общепонятно излагал содержание напечатанной в нем чрезвычайно трудной в теоретическом отношении статьи. От него, например, я впервые услышал о теории относительности А. Эйнштейна, причем излагал он ее настолько понятно, что и мне, не имевшему никакого отношения к физике, слушать было чрезвычайно интересно».
Уже в первые годы Советской власти Комаров сумел организовать ботаническое исследование Якутии — мало изученного края, который имел большое значение для развития многих отраслей народного хозяйства. В связи с этим важную роль приобретало знание его растительности. Комаров засел за изучение литературных и коллекционных материалов по якутской флоре. И подготовил новую работу: «Введение в изучение растительности Якутии». Она была опубликована в 1926 году.
В том же году он, как большой знаток Дальнего Востока, по поручению Академии наук СССР возглавил делегацию нашей страны на III Тихоокеанском конгрессе в Токио. В эту делегацию входили такие советские ученые, как Л. С. Берг, П. Ю. Шмидт и другие. В Японии советские ученые увидели изданные на японском языке тома капитальной работы Комарова «Флора Маньчжурии». Участие в этом конгрессе видных ученых России сыграло важную роль для упрочения авторитета советской науки за рубежом.
Владимир Леонтьевич постоянно выступал как пропагандист передовых знаний. Вот лишь один пример такого выступления: «Темой моего доклада, — говорил Комаров 23 декабря 1928 года на открытом заседании естественнонаучной секции научного общества марксистов, — является теория Дарвина. В текущем году ей минет 70 лет; человек, ее создавший, умер; люди, родившиеся в одном с нею году (1859), состарились, волосы их поседели и ноги дрожат, а теория по-прежнему молода. В чем же заключается ее привлекательность и сила, которые заставили всех нас бросить свои дела, свои занятия и прийти сюда? Не в совокупности приводимых ею фактов, ибо за 70 лет наука накопила много нового; сильна теория Дарвина тем, что в свое время совершила одну из замечательнейших культурных революций в науке, повернула ее так, что наука приобрела новые динамические свойства. Наука, главным образом сводившаяся к описанию факторов, к изображению природы, приобрела свою теорию и научила людей понимать вещи не в неподвижности, а в их развитии и движении. С тех пор натуралисты стали людьми, которые мыслят природу в историческом аспекте».
Все ярче проявлялись и способности Комарова как ученого-организатора. В 1929 году Владимир Леонтьевич был избран непременным секретарем Академии наук СССР. В марте 1930 года он был выдвинут на пост вице-президента Академии наук. После смерти академика И. П. Бородина в 1930 году он возглавил Государственное ботаническое общество. Одновременно стал редактором «Журнала Русского ботанического общества» (позже — «Ботанический журнал СССР»). Трудно даже представить, как у этого уже немолодого человека хватало сил для работы такого объема!
Это были годы первых пятилеток. Начался новый важный этап развития Академии наук СССР. Из ее разросшегося отделения физико-математических и естественных наук выделилась группа биологических наук. Комаров был избран председателем этой группы. Одновременно он оставался председателем Тихоокеанского комитета, а также комиссий по изучению Якутии и Байкала, продолжал организовывать экспедиции. Они были совсем не похожи на те, в которых до революции участвовал сам Комаров. В основу их Владимир Леонтьевич положил идею комплексного изучения природы и хозяйства. В Уральской экспедиции, например, были объединены геологи, почвоведы, биологи, ботаники, химики, специалисты по сельскому хозяйству, экономисты. Все они впервые в истории страны одновременно исследовали самые разные аспекты проблемы. Изучали и геологические закономерности формирования Уральского хребта, которые определяют расположение месторождений полезных ископаемых; выявляли и пункты первоочередной разработки природных богатств, рудные и энергетические ресурсы. Все это пригодилось Родине в годы Великой Отечественной войны, когда промышленность перебазировалась на Урал.
По инициативе Комарова в тридцатые годы была организована Кольская экспедиция, которая выявила большие минеральные богатства. Были созданы также Туркменская экспедиция, которая дала толчок к освоению природных ресурсов, республики, и Байкальская, — она составила карту огромного района, сделала его геологическую съемку, обнаружила новые полезные ископаемые. Все эти начинания Комарова со временем сыграли важную роль при осуществлении таких крупных народнохозяйственных работ, как устройство развитой системы оросительных каналов, постройка Байкало-Амурской магистрали и т. д.
Из-под пера Комарова один за другим выходили все новые и новые труды, которые отвечали насущным требованиям дня. Вместе с Е. Н. Клобуковой-Алисовой он в 1931 году выпускает двухтомный «Определитель растений Дальневосточного края». Авторы включили в него 1966 видов растений. Здесь были приведены также прекрасно выполненные рисунки 330 видов растений. Все это давало возможность глубоко познакомиться с флорой Дальнего Востока.
Но все же главной в научных интересах ученого стала многотомная «Флора СССР». Инициатором этого грандиозного издания был известный советский ботаник Б. А. Федченко. Его проект «Флоры СССР» появился в печати еще в 1929 году. Владимир Леонтьевич Комаров стал во главе этого крупного научного начинания в 1931 году. С первого до последнего тома секретарем редакции был ближайший сотрудник Владимира Леонтьевича Е. Г. Бобров.
Вопрос о создании «Флоры СССР» был окончательно решен на геоботанической и флористической конференции в феврале 1931 года. Она проходила в Ботаническом саду Академии наук СССР в Ленинграде. Комаров выступил на конференции не только с докладом «Цели и задачи издания «Флоры СССР»», но и принял на себя обязанности главного редактора этого издания. Кроме того, он взялся организовать работу группы авторов — систематиков и флористов. Большинство авторов были учениками выдающегося ученого-исследователя.
Было выпущено 30 томов «Флоры СССР». Последний из них — в 1964 году, спустя девятнадцать лет после смерти Владимира Леонтьевича. Издание открывалось его предисловием. Он написал для «Флоры» много статей, был главным редактором девяти томов.
Кипучая творческая работа словно бы вливала в ученого новые силы. Он постоянно в поездках: отправляется то на Дальний Восток, то в Сибирь, то на Кавказ. Хочет лично убедиться, что работа в экспедициях идет успешно. И чувствует: необходима реорганизация сил. Ведь невозможно обеспечить длительные и планомерные научные работы на окраинах необъятного Советского Союза лишь сотрудниками самой Академии. В 1931 году он выступил с идеей организации местных баз и филиалов Академии наук.
В 1932 году были организованы Уральский, Дальневосточный и Закавказский филиалы Академии наук СССР, а также ее Казахстанская и Таджикская базы. Все эти филиалы и базы стали новыми центрами научных исследований на местах, сыграли огромную роль в развитии экономики и культуры окраинных районов страны.
В июле 1936 года умер академик А. П. Карпинский. Встал вопрос: кто станет президентом Академии наук СССР? Мнение академиков было единодушным — Владимир Леонтьевич Комаров. Ученый продолжал писать, несмотря на занятость и нездоровье. За свою жизнь он создал около четырехсот работ, многие из которых переиздавались по нескольку раз.
Важнейшей его общетеоретической работой стала монография «Учение о виде у растений», опубликованная в 1940 году. В ней он подвел итоги своим сорокалетним изысканиям. В 1941 году за эту работу ученый был удостоен Государственной премии СССР.
Президент Академии наук решительно поддерживал развитие тех теоретических исследований, которые прокладывают новые пути в науке и технике. Важнейшим принципом их организации он назвал коллективный характер крупных работ, четкое планирование, сочетание в научном коллективе старых опытных и молодых творческих кадров, выдвижение и поощрение талантливой научной молодежи. Он предложил и важную идею о необходимости международного сотрудничества передовых ученых. Президиум Академии наук стал как бы оперативным штабом науки. На его заседаниях регулярно слушались доклады о работе академических учреждений, намечались основные направления исследований.
Началась Великая Отечественная война. Советские ученые под руководством Комарова энергично перестраивали всю свою работу на службу фронту. «Участие в разгроме фашизма, — писал Комаров в газете «Правда» 28 сентября 1941 года, — самая благородная и великая задача, которая когда-либо стояла перед наукой, и этой задаче посвящены знания, сила и сама жизнь советских ученых».
Многие сотрудники Академии наук ушли на фронт. Те, кто остался в тылу, сосредоточили все свои усилия на разработке оборонной тематики. Временная оккупация важнейших в экономическом отношении западных и юго-западных областей СССР в первые месяцы войны привела к необходимости срочно изыскивать и самым энергичным образом осваивать природные ресурсы восточных районов.
…Позади большой и нелегкий жизненный путь. Долгие странствия, работа над многочисленными научными изданиями, бессонные ночи в раздумьях о том, как ускорить победу над ненавистным врагом, о будущем отечественной науки. Энергия Владимира Леонтьевича казалась неисчерпаемой. Он выступал по радио с патриотическими речами, публиковал на страницах «Правды» и других газет статьи, проникнутые глубокой верой в победу правого дела и неизбежность краха фашизма, по-юношески страстно мечтал о грандиозном будущем родной страны.
В сентябре 1943 года, выступая на открытии общего собрания Академии наук, Владимир Леонтьевич говорил: «Созыв общего собрания Академии наук СССР с выборами новых академиков, с постановкой ряда научных докладов в самый решающий период небывалой в истории человечества войны представляет собой факт совершенно исключительного значения». В том же году он сумел организовать еще один, Киргизский филиал Академии наук СССР. Он приветствовал его открытие словами: «Гром пушек не заглушит в нашей стране голоса науки, а напротив, он вдохновляет наших ученых выполнять свой патриотический долг служения социалистической Родине».
В октябре 1944 года научная общественность страны отмечала 75-летие со дня рождения Владимира Леонтьевича Комарова и 50-летие его творческой деятельности. За выдающиеся заслуги, в особенности в области ботаники, и важные заслуги в деле организации советских научных учреждений Президиум Верховного Совета СССР присвоил Комарову высокое звание Героя Социалистического Труда. На сессии общего собрания Академии с докладами о научно-педагогической деятельности Комарова выступили виднейшие ученые страны — Л. С. Берг, Н. А. Максимов, Л. А. Орбели, Н. В. Цицин.