И все же.
Кому-то в городе это выдуманное проклятие небезразлично, и он тщательно уничтожает любые упоминания о нем. Человек, написавший о нем заметку, подвергся унижениям и остракизму – и даже вынужден был уехать из города. Бумажная версия статьи уничтожена, и тот, кто за этим стоит, наверняка не пожалел времени и средств, чтобы точно так же «вырезать» упоминания о проклятии и из сети – своими силами или же с чужой, но очень щедрой помощью.
Вот только зачем?
Этот вопрос крутился у меня в голове, пока машина подскакивала на ухабах дороги, петлявшей через лес. На небе среди ярких звезд уже зажегся тонкий серп полумесяца.
Стоял страшный холод – таких холодных вечеров на побережье давно не было, – и я включила печку в салоне сразу же, как двигатель немного разогрелся. Теперь же окна немного запотели, и это, конечно, не внушало никакой радости, учитывая, что и так видимость в темном лесу оставляла желать лучшего. Я нажала на кнопку стеклообогревателя и включила «дворники».
И тут же ахнула.
Прежде чем щетки стерли с окна конденсат, я отчетливо увидела выведенные на стекле буквы: БЕРЕГИСЬ.
Но в лесу, кроме госпожи Стрэтмор, никого не было. Тут царила такая тишина, что я даже испугалась ее, когда только подъехала к домику. Мы были одни.
Или нет?
А сейчас? Неужели я не одна? Я задумчиво посмотрела в зеркало заднего вида и едва не съехала в кювет.
На заднем стекле белели две призрачные ноги, перепачканные грязью.
Я ударила по тормозам, и машину занесло в сторону. Я вцепилась в руль и выкрутила его, чтобы не влететь в дерево. Сердце бешено колотилось в груди.
Надо проверить заднее стекло. Надо во всем хорошенько разобраться. Надо выяснить, что произошло…
Наверняка же страшное видение уже рассеялось.
Я медленно открыла глаза и посмотрела в зеркало заднего вида. По шее сбежала струйка пота.
Да, ноги исчезли. Зато к заднему стеклу пристали две лозы – видимо, они упали, пока я разговаривала с Глайннис. Вот уж кто прирожденный рассказчик, раз после ее историй у меня начались самые настоящие галлюцинации!
Я глубоко вздохнула. Одна, посреди темного леса, с колотящимся у самого горла сердцем, я все никак не могла отделаться от ощущения, что за мной следят.
Страх тяжким бременем лег мне на плечи, а в голове вновь зазвучали слова Глайннис. Я включила фары на полную мощность, свернула обратно на дорогу и поспешила подальше от этого леса, в Хорсшу-Бэй.
По ощущениям путь домой занял куда больше времени, чем дорога к госпоже Стрэтмор. А ведь как правило бывает наоборот. Впрочем, обычно обходится и без удушливого мучительного чувства, будто за тобой следят, пока ты судорожно петляешь по дороге, которая раньше казалась знакомой, а теперь не сулит ничего доброго. Впереди появился указатель: «Добро пожаловать в Хорсшу-Бэй!», но при виде его я не испытала облегчения, а напротив, испуганно ахнула. Стоило мне свернуть на Главную улицу… и за мной вспыхнули чьи-то фары. Вроде бы это ничего не значило… если бы всего пару мгновений назад улицы города не были бы пугающе пусты. Настолько, что от этого даже мне сделалось не по себе.
Неужели я схожу с ума? Неужели это запоздалые последствия той недоистерики, которая случилась со мной на выезде из Стоун-Ридж? Мысль была не из приятных, что и говорить.
Я бросила беглый взгляд на боковое зеркало и резко свернула влево. Теперь придется сделать лишнюю петлю перед встречей с Паркером в «Когте», зато я оторвалась от возможных преследователей.
Но через мгновение я с ужасом заметила в зеркале знакомые фары. Теперь они горели чуть дальше, а таинственная машина неспешно скользила по дороге. Правый фонарь вдруг судорожно замигал, а потом вновь устремил на меня свой яркий свет на пару с левым.
Я сощурилась, стараясь не обращать внимания на мурашки, тут же побежавшие по рукам, а заодно и разглядеть номер автомобиля, но это было невозможно – слишком уж ярко горел свет. Перед моими глазами вновь пронеслись картины последних дней: обезображенный шкафчик Дейзи; мертвый ворон, вперивший в пустоту безжизненный взгляд; неумолчное хлопанье крыльев из моего кошмара.
Мертвенно-бледные ноги, едва заметно подрагивавшие на ветру.
Впереди, словно маяк, показалась вывеска «Когтя», и я с облегчением свернула вправо, на парковку. На ней тоже было непривычно пусто – казалось, Хорсшу-Бэй и его окрестности вознамерились свести меня с ума.
И получалось очень неплохо.
Дрожа с головы до ног, я припарковалась и выключила двигатель. Посмотреть в зеркало было страшно – я и представить не могла, что же там увижу.
И все же заставила себя поднять взгляд. В стекле по-прежнему отражался свет фар. Мой преследователь продолжал погоню. Вот только теперь я уже не убегала.
Я крепко зажмурилась, сама не своя от страха. А когда наконец открыла глаза, все вокруг было спокойно.
– Привет!