MoreKnig.org

Пока еще ярок свет… О моей жизни и утраченной родине: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Аносова Нина



Шрифт:

– Может быть, я, как всегда, справлюсь. Главное – начать, я постараюсь хорошо Вам служить, я смышленый, как никто другой.

И действительно, Карпов очень быстро приспособился к работе на заводе и, благодаря своему хорошему настроению и детской доброжелательности, создавая во всех мастерских благоприятный климат, стал необходимым доверенным лицом. На других заводах города у директоров и инженеров возникали серьезные недоразумения с рабочими, но на папином заводе было спокойно. Вероятно, отчасти благодаря Карпову и его здравому смыслу.

В сельской местности конфискации и поборы большевиков привели крестьян к крайней нищете. Закон, принятый при старом режиме, обязывал иметь в хранилищах зерно для страховки от возможного неурожая. Эти запасы также были конфискованы и проданы большевиками за границу.

Многие молодые люди покинули свои деревни и блуждали по дорогам, занимаясь разбоем, собираясь в банды, к которым присоединялись вооруженные дезертиры. Некоторые из этих банд объединялись. На Украине самыми значительными были банды Махно, которые причисляли себя к украинским социалистам Петлюры. Махно был малороссом, грубоватым, но хитрым. Бойцы звали его «батька Махно». Он знал, как использовать несколько ключевых идей, чтобы поднять и собрать вокруг себя массы. Его лозунгами были «Бей жидов, спасай Россию», «Смерть буржуям», «Долой Советы», «Земля – крестьянам». Махно выставлял себя освободителем русского народа от большевиков, немцев и союзников. Это был непримиримый противник Добровольческой армии, которую он ошибочно считал защитницей интересов международного империализма и русского дворянства.

Первое нападение группы Махно на наш город состоялось, когда мы еще жили в гостинице. Однажды рано утром мы проснулись от криков и выстрелов. По коридору бежали люди, крича: «Махно, Махно!» Мы едва успели одеться, как послышалась команда: «Все вниз, за неподчинение – расстрел». Вооруженные солдаты выталкивали всех на лестницу и заставляли спускаться; мы присоединились к другим постояльцам гостиницы. У некоторых не было времени одеться, и они были в домашних халатах.

Внизу за регистрационной стойкой был человек, застывший в странной позе, застрявший между креслом и столом. Я удивилась, почему он сидел в такой неудобной позе, и вдруг заметила на его лице струйки крови. Все закружилось перед глазами, я собралась с силами, чтобы не потерять сознание и идти прямо вперед. Папа держал меня за руку, и я, как автомат, не спотыкаясь, спустилась по узкой лестнице к большому подвалу гостиницы, куда нас заставили войти. Через вентиляционные окна проникал слабый свет, и в полумраке видны были люди, уже находившиеся там. Некоторые сидели на земле, другие стояли вдоль стен. Там была груда дров, и мы сели на нее. Затем мы услышали, как захлопнулась тяжелая дверь над лестницей и повернулся ключ в замке.

В подвале пахло угольной пылью и плесенью, было холодно. Мы боялись. Время шло медленно. Люди размышляли о том, что хотят сделать с нами солдаты Махно. Один человек сказал: «Не надо строить иллюзий, они разграбят гостиницу, а затем подожгут ее. Все мы поджаримся, как крысы». Папа утихомирил его, сказав, что сейчас не время еще больше пугать детей, которые там были.

Несколько человек начали снимать решетки с вентиляционных отдушин, чтобы попробовать убежать, но, разглядев солдатские сапоги на тротуаре перед гостиницей, отказались от попытки к бегству.

Наконец дверь подвала открылась. Несколько солдат спустились и стали шарить по карманам людей, ища деньги. Один солдат крикнул: «Это еврей, возьмите его». Рядом с нами стояла пара, мужчина сказал, что он потерял документы, одеваясь в спешке под давлением солдат. Его спросили: «Ты кто?» «Помещик», – ответил он. Этого не следовало говорить, потому что сторонники Махно наибольшую неприязнь испытывали к помещикам. Солдат сказал: «Возьмите его». Женщина, которая была рядом с ним, закричала: «Это мой муж, я пойду с ним». Человек пытался ее образумить: «Нет, останься, душенька, останься, это ничего, я вернусь». Но женщина вцепилась в него. Их взяли обоих. Теперь группа солдат приближалась к нам. Мое сердце билось так сильно, что, казалось, готово разорваться.

Наташа зарылась лицом в мамину юбку, и мама прижала к себе ее голову. Только бы она не начала плакать! Я нашла Наташину руку, она дрожала как осиновый лист. Солдаты осветили лицо папы электрическим фонариком, спрашивая: «Кто ты?» – «Конторский служащий». – «Твои документы», – сказал солдат, но в этот момент на улице началась беготня, сверху, на лестнице, послышались громкие крики: «Внимание, все на станцию». И солдаты побежали, оставив дверь открытой. Мы немного подождали, а потом начали выходить. Солдаты исчезли. За окнами видны были беспорядочно лежащие на тротуаре трупы расстрелянных.

Было очевидно, что город не охраняется и неожиданно могут появиться другие банды. Мои родители решили покинуть гостиницу как можно скорее. Взяв только самое необходимое, мы пошли к нашим друзьям, Розенбахам, просить приютить нас на несколько дней. На тротуаре перед гостиницей по-прежнему то здесь, то там лежали тела убитых. Я узнала жену помещика, она упала на мужа, раскинув руки, словно хотела защитить его своим телом.

Семья Розенбах жила в тихом переулке. Они слышали выстрелы, но не видели солдат. Нас приняли очень доброжелательно. Горячий кофе с молоком, которым нас угостили, вернул мне чувство действительности, и мало-помалу я утратила ощущение нереальности происходящего. Они предоставили нам две комнаты в своем доме. Мы обедали вместе с ними и четырьмя их сыновьями, двое старших из них были уже студентами. Во время одного из этих обедов произошел инцидент, объяснить который можно только всеобщим нервным переутомлением.

За столом говорили о русской литературе, сравнивая ее с немецкой. Розенбах-старший сказал, что русские писатели слишком мрачно изображали жизнь при царском режиме и аморальное поведение их героев не способствовало смягчению нравов, что привело к нынешней катастрофе. В качестве примера он привел известный роман Толстого «Анна Каренина». Розенбах восхвалял святость брака, супружеской верности и противопоставлял их развращенным нравам и эмансипации женщин. Сфера жизни женщины, сказал он, сводится к трем понятиям: дети, кухня, церковь. Это был конек его убеждений. Папа же хотел искренней любви и отказа от социальных ограничений. Он, который был так строг к «экзальтированности» моей натуры, горячился, когда дело касалось защиты идей гуманизма. Разговор принял бурный характер. Я видела, что мама и миссис Розенбах пытались повернуть разговор, но эти двое мужчин больше не контролировали себя и даже, казалось, утратили простую вежливость.

Когда мы вернулись в свои комнаты, мама упрекала папу за вызывающее поведение по отношению к людям, которые так любезно оказали нам гостеприимство, но папа возразил, что уважающий себя человек не может промолчать перед высказываниями, способными исказить мировоззрение молодых людей. «Ты, по крайней мере, поняла, что я говорил?» – спросил он меня. В то время я думала, что из уважения к себе всегда должна говорить правду, если спрашивают мое мнение. Я сказала, что мне очень понравились все романы Толстого, но я не люблю Анну Каренину, потому что она была плохой матерью; если бы у меня был ребенок, я никогда не покинула бы его ради красивого молодого человека. Конечно, это была только наивная точка зрения, и у меня не было никакого намерения оскорбить маму, которая оставила моего отца, чтобы второй раз выйти замуж, но инстинктивно я была солидарна с ребенком, потерявшим одного из своих родителей.

Последовал длинный выговор, который показался мне несправедливым, потому что я только искренне ответила на вопрос и, в конце концов, у меня было право на личное мнение. Я даже не слушала рассуждения папы, я следовала за своими мыслями, сама удивляясь их жестокости. Сегодня мне кажется странным, как между родственниками и друзьями, которые прошли через большие опасности и жили в мучительной неуверенности в завтрашнем дне, мог вспыхнуть такой конфликт во имя философии и морали.

Этот наш случай не был уникальным, такие конфликты возникали в самых любящих семьях и иногда даже приводили к разрывам. Ничто больше не было стабильным, любое разногласие раздражало, и многие связи распадались.

Спор об Анне Карениной никак не сказался на наших дружеских отношениях с Розенбахами, и мы еще несколько дней оставались у них дома.

Дом консула

В Екатеринославе оставался только один иностранный консул, но он тоже собирался уезжать. Узнав, что мы ищем жилье, он встретился с папой и предложил ему занять его квартиру до его возвращения. У него было много дорогой мебели, и он боялся, что его ограбят, если никто не будет там жить. Для нас это было нежданной удачей, и мы переселились к нему, на Полевую улицу, возле утеса, нависающего над Днепром. Квартира была роскошно обставлена. Стены гостиной обтянуты шелком цвета слоновой кости, а кресла покрыты золотисто-желтым атласом.

Я жила в одной комнате с Наташей. Свой стол я поставила около окна, откуда открывался широкий вид на другой берег Днепра. Вечером я не закрывала ставни и, увидев мерцание первых звезд и появившиеся огоньки на противоположном берегу, зажигала лампу, и мне нравилось думать, что ее видно издалека. Для меня это было знаком в ночи, знаком моего присутствия на этой земле, маленькой дружеской весточкой огромному миру: может быть, кто-то увидит его и утешится. В то время я была очень романтична и придавала поэтический смысл самым обыкновенным вещам повседневной жизни.

Однажды вечером я услышала громкий треск, окно разлетелось вдребезги, и позади меня на середину кровати упал камень. С этого дня мне запретили зажигать свет раньше, чем я закрою ставни.

Среди различных предметов, оставленных консулом, была небольшая стеклянная лупа, которая вращалась на штативе. Я ставила ее на стол и, всматриваясь в свое отражение в зеркале, проникала в тайну той незнакомки, которой была я сама. Что бы я ни делала, мои глаза время от времени обращались к этому маленькому стеклышку.

Я жила тогда в двух очень разных мирах. Один из них был связан с тревогой и страхом за следующий день, в нем жили и все окружающие; другой мир был моей тайной, моей внутренней жизнью, связанной с моими собственными мыслями, мечтами, чтением, моей дружбой со Сфирой.

Той осенью 1918 года Наташе было десять лет, а мне пятнадцать. Наташа занималась с учителем дома. Она была маленькой решительной личностью, сообразительной не по годам; она быстро выносила суждения и приспосабливалась к любым обстоятельствам. С такими же сине-голубыми глазами и длинными изогнутыми ресницами, она все больше и больше походила на маму.

Когда мы переехали в дом консула, я стала жить по соседству с одной из моих одноклассниц. Это была крупная и сильная девочка, простая и добрая. Ее звали Инна. Мы привыкли вместе ходить в школу и обратно. Утром я видела через окно свет в ее комнате, когда он гаснул, это означало, что Инна выходит, и я как раз успевала спуститься и присоединиться к ней.

Направляясь к Инне, я проходила через сад, потому что наша общая стена начала рушиться и было легко проскользнуть через пролом. У нас с Инной была еще одна подруга, Наточка. Она была миниатюрной круглолицей блондинкой, веселой, грациозной, всегда в хорошем настроении, покладистой и очень доброжелательной. Мы с Инной ее очень любили.

Жизнь шла своим чередом. Покидая Мариуполь, я расстраивалась, думая, что буду жить в полном одиночестве, но теперь я опять нашла новых подруг.

Вскоре после нападения банд Махно, как мы и опасались, город без боя был занят красными, но они были еще малочисленны.

Власти применяли бюрократические меры, часто абсурдные, и вводили бесконечные изменения. Например, жильцов заставляли убирать снег на тротуарах перед своими домами, они не имели права никого нанять для этой работы. Нас эта несправедливость не беспокоила, скорее это было физическим упражнением, но дворник, который прежде отвечал за уборку всей улицы, пошел узнавать, кто лишил его работы. Ему сказали, что это сделано по постановлению властей, и он удалился, ворча, что беднякам не дают заработать на жизнь.

На заводе то и дело требовалось составлять детальные отчеты по состоянию складов, производственных мощностей и т. д. Папа и Иван Иванович тратили много времени на составление этих отчетов, которые вместе с другими складывались в конторах и никем не читались.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
"Фантастика 2026-226". Компиляция. Книги 1-30
[Боевая фантастика / Попаданцы]
Очередной 226-й томик серии книг "Фантастика 2026", содержащий в себе законченные и полные циклы фантастических романов. В основе своей, романы включённые в эти сборники, есть эксклюзив, так как
0
Красные Пинкертоны
Красные Пинкертоны
[Шпионский детектив / Приключения: прочее]
Перед вами самая популярная книга 1925 года. Первый советский детектив, загадочный во всех отношениях. Книга, посвященная захватывающим приключениям красных Пинкертонов, вышла под псевдонимом С.
0
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
Отрицание реальности. Стратегия для Америки
[Публицистика / Государство и право / Документалистика]
Книга Элдриджа Колби, высокопоставленного военного эксперта Пентагона и экс-советника Дональда Трампа, – это не просто геополитический анализ, а отчаянный манифест человека, чья картина мира
0
Знай наших! Сила русского искусства
Знай наших! Сила русского искусства
[Биографии и Мемуары / Культурология / Документалистика / Театр]
В. И. Немирович-Данченко (1858-1943), крупнейший русский театральный режиссер, основатель Московского Художественного театра (вместе с К. С. Станиславским), в своей книге приводит такой эпизод. «На
0
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
Орден либералов. Как общество Мон Пелерин испортило жизнь всему миру
[Публицистика / Документалистика / Государство и право]
Эта книга – расследование деятельности одной из самых влиятельных и закрытых организации современности. Автор прослеживает путь общества Мон Пелерин от скромного интеллектуального кружка до кузницы
0
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
13 дней до Апокалипсиса. Хроника Карибского кризиса
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Документалистика]
Карнбский кризис («Кубинский ракетный кризис») в октябре 1962 года – самый опасный момент в отношениях США и СССР, который мог привести к глобальной ядерной войне. Кризис был вызван размещением
0
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
Божественная Лада Каменская. Автобиография, письма, воспоминания
[Биографии и Мемуары / Документалистика / Театр]
Нередко бывая в городах и весях нашей необъятной страны и знакомясь с театральной жизнью, актёрами, режиссерами театров иных городов, кроме Москвы и Петербурга, Александр Георгиевич Соколов – актер,
0
Измена. Второе дыхание сердца
Измена. Второе дыхание сердца
[Психология / Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Мам, — рыдаю, — я их видела! — Кого, дочка? — не понимает она. — Мужа и Милану! В магазине! Вместе! Мама молчит. — Мам, они покупали продукты, как семья. Он её обнимал, целовал прямо в очереди, у
0
Бабочка желаний
Бабочка желаний
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Проза]
Я потеряла голову от друга моего отца. Он был намного взрослее, и казался таким же далёким, как звезда на небосклоне. Я никому не рассказывала о своей любви, но мама знала всё. А накануне моего
0
Лучшая подруга главного героя книга первая
Лучшая подруга главного героя книга первая
[Любовные романы / Современная проза / Приключения]
Она попала в книгу. В тело второстепенного персонажа, которому по сюжету полагается умереть. Он должен был быть просто фоном для главного героя. Они оба отказались играть по правилам.
0
В царском кругу: воспоминания фрейлин дома Романовых
В царском кругу: воспоминания фрейлин дома Романовых
[Биографии и Мемуары / Документалистика]
Блеск балов, роскошные наряды и близость к императрице – такой представляли себе жизнь фрейлин. Но за фасадом этой сказки скрывался жестокий мир, где выживал лишь самый умный. Придворная служба была
0
Моя императрица. Воспоминания гофмейстерины о двадцати трех годах, проведенных в ближайшем кругу Александры Федоровны от ее свадьбы до дня ссылки
Моя императрица. Воспоминания гофмейстерины о двадцати трех годах, проведенных в ближайшем кругу Александры Федоровны от ее свадьбы до дня ссылки
[Биографии и Мемуары / Документалистика]
Рассказ гофмейстерины российской царицы о жизни монаршего двора охватывает более двух десятилетий. Она служила Александре Федоровне от ее замужества до дня ссылки. Обязанности выполняла далеко не
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
7
Граф поневоле. Книга вторая
Граф поневоле. Книга вторая
[Юмористическая фантастика / Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Умереть от пули киллера — обидно. Очнуться в 1827 году — странно. Обнаружить, что я теперь двадцатилетний граф, а моё имение разорено, — перебор. Хотя… Жив, молод, с титулом — уже хорошо. С
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4
Второй шанс для Лекаря. Том 9
Второй шанс для Лекаря. Том 9
[Альтернативная история / Попаданцы]
Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и приговором — прямо у хирургического
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
14
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
11
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
10
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Стигиец
Стигиец
[Городское фэнтези / Книги про волшебников / Попаданцы / Юмористическое фэнтези]
Верховный Жрец Сета и один из двенадцати владык Чёрного Круга Стигии умер на вершине могущества. Пронзённый проклятым мечом, он должен был рассыпаться в прах. Но очнулся в теле киргизского
3
Два тревожных дня майора Ковалева
Два тревожных дня майора Ковалева
[Полицейский детектив / Детективы]
В Рязани в один день совершены три тяжких преступления – два убийства в многолюдном центре города и захват заложников в одном из его районов. Таких потрясений здесь не знали давно. На борьбу с
0
Тег #СтавкаНаСебя
Тег #СтавкаНаСебя
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
У них было всё: деньги, статус, успех. А потом — один щелчок, и они снова студенты. Вот только прошлое, в которое они вернулись, оказалось слегка чужим. Студенческая пора позади. Впереди —
3
Второй шанс для мачехи
Второй шанс для мачехи
[Любовная фантастика]
Жизнь Альфидии закончилась печально, но перед смертью, как благословение, она получила прощение. И вернулась вновь в свою жизнь. За год до того, как начала ломать свою жизнь и жизни окружающих
19
Ресторан «Кумихо». Воплощение желаний
Ресторан «Кумихо». Воплощение желаний
[Городское фэнтези / Ужасы / Классическое фэнтези]
Старшеклассник О Сону случайно оказывается в кафе «Кумихо» и покупает старую записную книжку, которая должна воплотить в реальность его самое заветное желание. Чем ближе он к цели, тем явственнее
0
Демон Жадности. Книга 5
Демон Жадности. Книга 5
[Попаданцы / Боевое фэнтези / Книги про волшебников]
Месть свершена. Ну, почти. Все гештальты закрыты. В ставшем слишком маленькой для меня дивизии Коалиции мне больше нечего делать. Теперь мой путь лежит в высшую империю, полную новых возможностей
0
Предатели. Вам нет места в моей жизни
Предатели. Вам нет места в моей жизни
[Повесть / Современные любовные романы / Короткие любовные романы]
Всю жизнь я была опорой и защитой для своей младшей сестрёнки, которую отец, умирая, просил не бросать и защищать. Однако, мне придётся нарушить данное ему обещание, потому что именно она
1
Безсердечна
Безсердечна
[Любовная фантастика]
Вражаючий, захопливий роман для молоді від королеви ретелінгів! Лабіринти, двері й дзеркала, Чешир, Божевільний Капелюшник, Чирвовий Валет, пан Гусінь, Шалений Заєць, Жербельковт і, звісно, вона —
0
Последний источник
Последний источник
[Любовная фантастика / Самиздат]
Эта история - дополнение к "Наследнице по мужской линии". Только главные герои теперь - Хети и Рэй. История про то, что если ведьма любит, то это навсегда.‍‍И никакие интриги, проблемы и противники 
2
Помещик
Помещик
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Увидеть Париж и умереть... а потом оказаться в теле молодого хлыща в 1840 году. Красота же! Вот только никакого булкохруста вокруг не наблюдается а вместо него долги и перспектива получить
3
Генеральный попаданец 4
Генеральный попаданец 4
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Время окончательно изменилось, вызвав череду кризисов. Так что теперь только сам или с помощью команды. Сможет ли Ильич в ближайшие годы дать стране хорошего пинка?
0
Товарищество на вере. Памяти Инны Натановны Соловьевой
Товарищество на вере. Памяти Инны Натановны Соловьевой
[Биографии и Мемуары]
Книга Анатолия Смелянского посвящена его давнему другу и соратнику, выдающемуся театральному писателю и критику – Инне Натановне Соловьевой (1927–2024). В первой части автор предпринимает попытку
0