Ринка не представляла, какой силы была эта вспышка. У них получилось то, что не вышло у обессиленных Всадников, в отчаянии покидавших Тартар: они утащили за собой огромную зверюгу, взбешенно ревущую. Рядом раздалось приглушенное бормотание на архидемонском — заклинание, выговариваемое скороговоркой, — и Ринка стремительно обернулась. Но это был не Рыжий, а Нииран, чарующий нечто сложное, громоздкое.
— Он ворвался в те двери! — прокричал Нииран. Он широко развел руки, держа заклинание — словно молнии в охапке. — Смог пробиться! Мы едва укрылись от обломков ворот, как все завертелось… Я сразу понял, что это портал, но… Мне кажется, дракон стал сильнее! Что-то его напитало магией, поэтому!.. — он проглотил несколько слов. — Вирен, ты цел? Дай осмотрю…
— Я в порядке! — отмахнулся Вирен. — Что нам делать?! У вас есть план?!
Все было ужасно. Просто отвратительно. Сквозь зубы выматерившись, Ринка оглядывалась, вертелась, замечая, как зажигаются окна в спящих домах. Как потревоженные демоны выглядывают из окон, перевешиваются через рамы и перекликиваются, пытаясь разузнать… Как сходит с ума дракон, заметивший их возню, звуки, проблеск янтарных окошек внизу. Он разрушил несколько домов и не хотел останавливаться. Оттуда бежали демоны — улицы наводнили перепуганные местные, видящие, что нигде не безопасно. Они привели чудовище в город, полный спящих демонов! Ринка схватилась за голову и на мгновение забыла о Рыжем.
— Нииран, поднять тревогу! — командовал Волк, бешено размахивая руками. Рядом выстроились гвардейцы. Они наблюдали, как дракон подобрался для резкого рывка вниз, складывая крылья, и напряженно пялились на него поверх прикладов ружей, но не могли стрелять: он был слишком высоко. — Вторая десятка, в оружейную, живо! — ревел он, указывая куда-то в сторону губернаторского дома. — Нам нужна артиллерия!
Послышались крики — к ним спешили дежурящие рядом легионеры. Слишком медленно. Дракон нырнул, как хищная птица, заприметившая дичь. Сердце оборвалось, когда он камнем рухнул, распахивая перепончатые крылья. Впился в чью-то крышу и сорвал ее одним движением…
— Огонь! — завопил кто-то рядом с Ринкой, и она увидела обезумевшего Вахзу и его потрепанных наемников, которые, как и гвардейцы, палили по огромному зверю. Их приняли, перекинули несколько запасных патронташей, что носили солдаты из Роты. Бой был общим; время вопросов настанет потом.
Они выбрались, где бы ни были. Амонея кинулась к Вирену, но тот грубовато отмахнулся от нее: он внимательно слушал командиров. В отблесках фонарей и заклинаний его лицо казалось каким-то сложным, взрослым.
Заклинание Ниирана взмыло в небо и разорвалось тысячами брызг, как праздничный фейерверк. Ночь превратилась в день, и даже у Ринки заныли глаза, а дракон и вовсе обезумел. Он надрывался, вопил, кидаясь на дома, и весь мир Ринки сузился до истошных криков дракона и грохота зданий, на которые он обрушивался. К ним подтягивались демоны: как Ринка поняла, местные легионеры. Они отличались от сосредоточенных гвардейцев, были перепуганы: они впервые столкнулись с ожившей страшной сказкой.
— Он на нашей территории! — подбадривал солдат Волк. — Здесь у нас есть преимущество! Рассредоточиться! Чтобы он не кинулся на всех! — Он перешел на резкие жесты, приказывая солдатам, и Ринка перестала что-либо понимать. Мир заканчивался на ее глазах. Второй раз за сегодня. Гвардейцы пережили Последнюю Войну с ангелами и гражданскую тоже, а она не была готова…
Она обернулась, потому что к ним вылетел растрепанный демон, на ходу вытягивающий из ножен саблю. С изумлением Ринка узнала в нем обычно собранного и холодного Высшего, управляющего Девятым. Забыв обо всех приличиях, он отпихнул с дороги какого-то наемника и прорвался к Волку, безошибочно различив его среди испуганных военных.
— Эл, нужна помощь всех ваших, кто может держать оружие! — радостно накинулся на него Нииран, подтаскивая Высшего поближе. — У вас же должно быть ополчение?
Издали раздался грохот выстрелов. Глухой, страшный звук, словно взрыв. На улицу выволокли пушки и, высоко задрав, пытались попасть из них в дракона. Ринка еще с прошлого раза помнила, какой он ловкий и вертлявый. Дракон увернулся, а ядро свалилось где-то в соседнем районе, словно комета…
— Нужно вывести гражданских! — сипло рявкнул Эл; он дрожал, что было совсем недостойно губернатора самого опасного города, но ему было все равно на чужое мнение. — Мы не можем… оставить их здесь! Эта хуйня рушит наши дома! Многих придавило! Оно ест нас! — в отчаянии проорал он, потрясая ярко вспыхивающим связным амулетом, по которому ему передавали новости из разрушенных районов. — Что вы притащили? Какого?..
— Мы не успеем с эвакуацией! — поспешил к нему Вирен, оттаскивая в сторону. — Бой уже идет! Командуйте легионерами, пусть постараются… отвлечь его! У него глаз не видит! Один! Надо подойти со слепой зоны! Пожалуйста! Нам нужно разделиться!
— Вирен? — растерялся Эл, приглядевшись. Это сбило его, как-то привело в чувство. — Малыш, что ты здесь?..
— Сражаюсь! — выплюнул Вирен. — Ну, не стойте столбом! Живее!
Лишь изумление не позволило Элу возмутиться, но он сделал именно так, как приказал ему этот отчаянный мальчишка. Ринке стало куда легче на душе, что Вирена так волнуют жизни демонов, в мир которых они принесли горе и смерть.
Их оборвал скрежещущий звук сверху. Пронзительный, громкий, словно скрип несмазанных петель. Испуганные солдаты целились, палили без команды — беспорядочно. Ринка различила, что теней как будто стало больше… Вирен замер, уставился в небо и кинулся к Волку, крепко вцепляясь в его рукав:
— Стойте! Остановитесь! Там гарпии! Они хотят помочь!
— Сынок, ты точно ударился… — медленно проговорил лейтенант, как беседуют с безумными. — Как бы они тут оказались?
Но Ринка тоже увидела крупное белое пятно — это была главная гарпия, вожак приютившей их стаи. Она и мелкие темные силуэты, в которых можно было угадать крылатых птицеженщин, облепляли дракона, мешая ему двигаться, лезли к его голове, заслоняя со стороны единственного зрячего глаза…
— Не может быть… Откуда им знать о чести? — пробормотал Нииран, растерянный и удивленный. — Они бросили нас. Неужели внезапно проснулась совесть? А вдруг это ловушка и они заодно с драконом…
— Когда-то они были людьми.
Может быть, они захотели отплатить Гвардии за их жертвы; однажды гарпии бросили их в одиночку справляться с чудовищем. Они видели всех их мертвецов. Цену, которую экспедиция заплатила в том ущелье — то, что до сих пор приходило Ринке по ночам, как она очнулась среди камней и тел, как сейчас. Ей хотелось верить, что они изменили что-то, чему-то научили гарпий…
Ринка мешалась под ногами, так что посторонилась. Часть легионеров потекла по боковым улочкам; на подходах к площади поставили пушки. Они пользовались передышкой, что им дали гарпии, прежде чем ненадолго отступить. Магией, выстрелами винтовок и криками дракона подманивали ближе, чтобы дать общий залп: не сможет же он увернуться сразу от всех ядер! Если они не убьют дракона, то отгонят от домов…
— Где Рыжий, ты видел его? — Ринка позвала Вирена; он всегда казался ей демоном, знающим все и про всех. Но сейчас друг беспомощно пожал плечами. — А если, — Ринка начала задыхаться, — если он решил остаться там? Это же он нас перекинул, мы никак не могли проследить…
Об этом говорил Рыжий в том… видении о Всадниках. Ринке показалось, что страшная идея не задержалась в его голове, однако теперь она корила себя за беспечность. Рыжий думал, что он опасен для них! Что ему стоило запереть себя в мертвом мире? Подумав, что это обезопасит остальных. Самопожертвование было не самым глупым, чему можно научиться у Гвардии.
— Ты внимательно осмотрела тела рядом с собой, когда очнулась? — прицепился Вирен.
Врать ему Ринка не могла; она затрясла головой, чувствуя, как по щекам текут слезы. Она побоялась обшарить всех, ведь страшнее всего было найти Рыжего убитым, бездыханным, с такими же жуткими царапинами, как на демонах Вахзы.