— Пока надежда есть, — подбодрил ее Вирен. — Он не бросил бы нас с драконом. Не наш Рыжий.
— Он попытался бы все исправить, — печально согласилась Ринка. — Нам нужно подобраться ближе!
Вирен важно кивнул и приказал ей держаться за спиной. Она испытала прилив спокойствия и благодарности за то, что Вирен не рискнул всучить ей винтовку, а уверенно загородил ее собой.
— Вот что: если дракон мечется и что-то ищет, значит, Рыжий здесь, — решил Вирен. — Потому что это его аура притягивает зверя. Точнее, аура Голода. Так что нам надо следовать за драконом! Он приведет нас к Рыжему!
Ринка про себя взмолилась провидению, чтобы ящер не успел раньше и не растерзал их друга. За ними никто не следил. Командование руководило артиллерией. Очередной залп не повредил дракону, оберегаемому магией, но вскоре на него накинулись гарпии, временно отпорхнувшие от него, заслонили взгляд, запутали, и заклинание настигло его и ударило по хребту.
— Бежим! — шепнул Вирен.
Они неслись по улицам, едва не сталкиваясь с солдатами. Там же мелькали обычные демоны, местные жители, вооруженные старомодными саблями и ружьями. Ринке стало и приятно, что город готов защищаться, и страшно за них всех… Извиняясь, Вирен проталкивался на передовую, и его пропускали — вот что самое удивительное!
— Дальше не позволю! — рыкнул какой-то легионерский капитан, демон рослый, широкоплечий, упрямый… — Приказано никого не пускать!
Вирен в отчаянии оглядывался, надеясь заметить где-нибудь поблизости знакомую огненно-рыжую шевелюру. Он мог рассчитывать на расположение гвардейцев, своих родных, но этот демон был ему чужим. Он ни за что не пропустил бы их, и Вирен напрягся, Ринка догадалась — для рывка… Объединившись против ужасающего дракона, никто не стал бы стрелять им в спины. Они могли пробежать мимо.
— Командор! — вдруг испуганно завизжал кто-то.
Ринка подумала, они призывают ее, как какое-то древнее божество, надеясь, что это подарит им удачу в бою, но с юга вдруг раздались грохочущие выстрелы — к ним спешило подкрепление. Оторвавшись от того отряда, крылатая тень взмыла вверх, жадными взмахами широких крыльев загребая воздух. Ринка с трудом могла рассмотреть, правда ли это Кара или любой другой Падший, рискнувший броситься на дракона, но солдаты верили в командора. И Ринка не отважилась поспорить с ними, хоть на мгновение усомниться.
Кара ввинтилась, ушла штопором. У Ринки захватило дух, когда она всего лишь посмотрела на нее. Что-то поразительно было в этом — вера, надежда, внушенная смазанной фигурой; она не понимала, как это работает.
Вирен дернул ее за руку и потащил прочь, пока остальные благоговейно глазели на битву в небе. Спохватились они слишком поздно: Вирен и Ринка отбивали ноги, так торопились, в конце улицы.
— Там твои родители! На крыше! — крикнула Ринка, приглядевшись.
Башня возвышалась над городом. Фигурки на ней появились во вспышке света, и Ринка не видела их лиц, но кто еще это мог быть? Оттолкнутая порывом от взмаха огромного крыла, Кара приземлилась, а дракон ухнул вниз, его челюсти клацнули там, где должна была оказаться командор…
— Меняй! — взвизгнула она, и ее голос громко разнесся в наэлектризованном от магии воздухе.
На ее место метнулись две быстрые тени. Запела сталь, прогремело несколько выстрелов. Они двигались слаженно, как отражения на водной глади, так что Ринке, наблюдавшей за ними в блеске огней, даже показалось, что у нее в глазах двоится. Она почувствовала облегчение: рядом был кто-то, кто умел сражаться. Кто справлялся с невозможным. Боролся с тем, перед чем остальные робели. Но нельзя положиться на них, нужно драться самим…
Ринке стало совестно, что она не может поднять оружие даже против огромного чешуйчатого чудовища. Что-то в ней сопротивлялось. Дергало нити ее души. Или это Рыжий пытался их найти?
— Мы должны убить дракона, — пробормотал Вирен, рассеянно оглядываясь. Возможно, ему казалось, что он спит.
Ринка ожидала, что он скажет «я должен», но это было бы так не по-гвардейски…
— Где твой меч? — ахнула она вдруг. — Вирен, ты его потерял?
Вирен изумленно поглядел на свои руки. Сжал ладонь так, как обхватывал рукоять… Он словно еще чувствовал вес оружия Всадника, но клинок бесследно испарился в тот момент, когда Вирен вдарил им по узлу. Ринке хотелось думать, что даже зачарованная сталь не выдержала такого всплеска энергии и разлетелась на мелкие осколки…
— Рыжий… Он его забрал! — ахнул Вирен. — Это он хочет победить дракона! Нет, не позволю! — ошеломленно выкрикнул он. — Ни за что! Рина, думай! Он…
— Он не умеет летать, — выдавила Ринка. — Ему тоже надо забраться повыше. Куда бы…
Они оглянулись, и Ринка указала на вторую башню с кристаллом наверху, стоящую дальше, на востоке. Обыкновенно такие вышки использовали для телепортации между кругами, но сейчас они просто торчали над городом, как пики. Вдалеке что-то чадило; Ринка надеялась, пожар не разгорится так ярко и зло. Столб поднимался в небо. Посмотрев на него, Вирен заметно вздрогнул и нервно дернул воротник. Дракон наседал, первая башня рушилась, а там на него нападали Трое. Ринка задумалась: кто Четвертый? Тот из них, кто выживет сегодня?
Что-то тащило их наверх, будто они точно знали, что Рыжий там. Закрывая глаза, Ринка видела только его. И дракон, словно заметив их, повернулся к безмолвной башне, как ни налетали на него Кара и гарпии. Тартарские птицеженщины остервенело вцеплялись в его спину, словно хотели увлечь его вниз тяжестью своих тел, а Кара порхала у морды, размахивая двумя саблями, тускло сверкавшими во тьме. С крыши за ее спиной кто-то стрелял — метко, дробно, тратя время на прицеливание. Наверняка — из такой же винтовки, что и Амонея. Но дракона охраняла какая-то сильная магия…
— Давай, по ступенькам! — охнул Вирен, врываясь в башню. Здесь должны были быть дежурные стражники, однако все они помогали Роте Смерти на площади. Башня осталась пустой, мертвой.
У Ринки подкашивались ноги, но она заставила себя бежать по винтовой лестнице, поднимающейся к самой крыше. Вирен обгонял ее на пару шагов, но тоже несся из последних сил. Ринке казалось, они пробежали полгорода, но грохот орудий слышался так близко… Или это Ленвис был до того мал?
Поддержав ее, Вирен помог не свалиться на последнем повороте. На запертую дверь, ведущую на крышу, он накинулся яростно, как на злейшего врага, и Ринка решила, что Рыжего тут быть на может, они зря пробежали так далеко и потратили время, надо вернуться… Но в два удара, врезаясь в дверь плечом, Вирен вышиб ее и выскочил на крышу — по лицу Ринку хлестнуло холодным ветром.
Рыжий был там. Стоял на краю, держал меч в безвольно опущенной руке. Они прервали какие-то раздумья; он не сразу обернулся. Вирен замешкался. Он, как и Ринка, не думал, что будет говорить Рыжему: они могли размышлять лишь о его спасении. Когда друг глянул на них, Ринка вздрогнула: один его глаз по-прежнему светился янтарным огнем.