MoreKnig.org

Київ-86: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Камиш Маркіян



Шрифт:

Вони стережуть нас: можуть лишити когось у траві — в засідці. А інші — заведуть тачку і звалять, вдаючи, ніби поїхали. Я не знав, де знайти Наокі, я не знав, як заспокоїти Ікумі, але знав, що нас бачили і пасуть. Знав, що під пам’ятником Іллічу може сидіти мужик і чекати, поки хтось визирне у вікно. Знав. Вони там зараз бігають дворами, або вилізли на дахи сусідніх будинків — хрест-навхрест прострілювати площу. І найгірша ідея зараз — висовуватися.

Птахи вмовкли, повітря загусло, лось затих і передсмертними хр-р-р-риками не трусив більше тишу. За ці хвилини ми стислися до розміру горошини, і як колотий горох нашого страху сипонути на підлогу — поглухнути від торохкоту можна.

У такі моменти боїшся жувати, і повернутися боїшся, а як дощовик зашурхотить — галас ніби на півсвіту. В такі моменти хтось постійно крутиться. Трохи необережно, але сторожко. І навіть «т-с-с-с» і «ш-ш-ш» не кажуть — просто припікають поглядом і все без слів зрозуміло — не рипатись.

Я так і не допетрав, куди подівся Наокі. Не зауважив, коли клацання його нікона стихло. Так часто з нами бувало: ми гуляли довго, губилися в нетрях кинутих шкіл, розбрідалися і коли зустрічалися раптом за пару годин — не казали одне одному «привіт», продовжуючи розмову з тієї фрази, на якій вона обірвалася.

Це тяглість часу так впливає, це сонце натягує нас під спекою, наче пожовану жвачку, яку тягнеш врізнобіч, пробуючи розвести руки якомога ширше і знаєш — вона ось-ось розірветься. Більше ти її не жуватимеш. Час тут плине інакше і за пару днів у Місті сприймаєш його плином теплої ріки і струнами розтягнутої жуйки.

Квартира… типова для Міста: шпалери осіли безформною купою на розбухлому паркеті, вкритому шаром тиньку. Він осипається зі стелі з кожною весною дедалі рясніше. Шафа подерта кігтями і ця картина до болю знайома: вовки іноді заходять всередину, в кинуті коробки пустки, на м’яких лапах піднімаються східмайданчиками, топчучи мохи і бите скло, аби знайти прихисток або просто померти, а протяг — раптом візьме і заклацне за ними двері. Деякі так і лишаються всередині. І помирають. Шкрябають лаковані дверцята угорських сервантів, поки не падають без сили і духу. Роками розкладаючись.

Перевернуті газові плити на кухні, висаджені вхідні двері, важезний сервант з переламаними ногами і ластівка, яку ми сполохали. Крики її пташенят, які так і лишилися в гнізді, все наґнітали і наґнітали, ніби мало відбутися щось страшне і невідворотне. Дійсно.

Увесь цей час я втичив у настінний годинник: крізь білосніжний циферблат проступили зморшки іржі і значок „ГОСТ“ вже не розібрати. Я завис разом з ним і втичив на розтріскану небесну фарбу стіни, яка щоріч обвалюється все сильніше. Я знав — час зупинився. Коли приходиш сюди — перестаєш поспішати. Дорогою до Міста можеш хекати і бігти щодуху, та приходиш, вирубаєшся на провислих матрацах, прокидаєшся, довго заварюєш свою каву на туристичній пальничці, стариґанським темпом човгаєш на дах, аби у вранішніх променях сонця глянути на Місто і залити в себе чорні смоли гарячого трунку, аби залити в свої сонні нутра пальне. І коли вже закінчуються продукти — просто губишся у днях, плутаєш суботу і середу. Днями не дивишся на годинник і перелаштовуєшся під сонце-ритми та цикли світла-темряви. Ніч проминає миттєво, дні тягнуться нескінченно.

Та коли тебе стережуть стрьомні мужики, а поряд — труситься від переляку зарюмсана баба, яку вони поставлять раком і трахатимуть в зад по черзі рвучкими рухами, тобі якось не до тяглости часу. Вона так скиглила і, дякувати Богові, я не розумію місячної мови, я би здурів тут за дві хвилини. Вона так дивилася на мене благально, що я не витримав і висунувся, аби скоріше переконатися, що там нема нікого і скорше звідси втекти. Висунувся.

Ну все.

Присів і за пару секунд стрельнули. Не зрозумійте неправильно: у мене хороша реакція. Роками в Місті вчишся реагувати миттєво, і якщо японцям треба пару секунд, аби второпати: он їде машина і треба падати, то мені — пів секунди, а то й менше. Та справа не в тому, який я Рембо. Зараз з нами просто граються, заганяють здобич.

Той мужик стояв метрах у тридцяти. Вибір зробити не складно: можна забитися на техповерх і там пересидіти, поки цим козлам набридне і вони звалять кудись на своїх битих Нивах — ганяти лосів і косуль. А можна — збігти вниз, стрибнути з вікна першого поверху у внутрішній дворик і ломитися чагарями, що є духу. Так я і зробив. На першому поверсі ми і зустрілися. Там я в нього і стрельнув. Разів п’ять.

Це просто комікс: я, він, пістолет і гачок. Жодних дуелей і жодного кунґ-фу. Мені пощастило: я побачив його першим і стрельнув. Ще, ще і ще. Я ношу пістолет відтоді, як мене роздягли і кинули на поталу комашні, непритомного. Після зустрічі з тигром я з ним взагалі не розлучаюся. Сподівався — ніколи не знадобиться. Сподівався, ніколи не повторюватиму в барі, з горя наваляний: «Толік, я заїбашив чувака, я заїбашив чувака...».

Я вже вбивав колись. Мені було п’ять, шість і сім. Це був час, коли вбиваєш безтурботно, коли купуєш сірники за копійку і гасаєш густими палісадниками у пошуках мурашиних нірок, аби плавити порожні пластикові пляшки, які батько привіз з Олімпіади в Москві. Підпалити і пролити на мурах вогняний дощ плавленого пластику. В дитинстві вбиваєш навпопічки — гасиш напалмом мурашники, смалиш під лупою жуків і відриваєш крильця мухам.

Цей тип, він ніби мураха — безликий для мене і навряд я визнаю його за людину колись, бо якщо визнаю — Харон мене приб'є. Приколотить, поки везтиме на інший берег Стіксу цього козла. Спочатку ніби не звертатиме уваги, мурмотітиме пісеньки собі під носа, рахувалки і скоромовки шепотітиме, молитиме тихо-шепотом прощення всім заблукалим і проситиме за упокій усіх мерців, потоплих у Київському морі. Він спокійний буде, ніби темний ельф у плетеній суеґаса, а потім так пильно гляне на мене: згадає цього васю, якого я замочив. Якого йому довелося везти.

Згадає, як він розхитував човен і все роззирався навсібіч, пробуючи розгледіти в густому тумані щось схоже на чормет. Згадає, як довго жалівся на мене, ніби вони з мужиками побачили гавриків в Місті і нічого такого собі навіть не думали, що просто хотіли подурогонити, ну стріляли над головами, але по прикольчику, а тепер он як вийшло, і братка, ну поверни лодку! Ну братка, ну поверни!

Зрештою, тепер мені просто не можна помирати на самоті. Мені обрости ватагою дітей-онуків потрібно, які покладуть не по монетці на очі, які вивалять мені в рота цілий мішок тих монет. Стрьомно помирати — я за цього дятла Харону тепер торчу стільки, що мене доведеться ховати в туристичних штанях, в яких завжди купа кишень і в які усе може вміститися, хоч і негарно випиратиме.

Треба звідси звалювати. Дарма я не послухався Толіка, він попереджав. Дарма не влаштував японцям екскурсію покинутими селами, в яких десятки років не бувало людей. Для себе я вже вирішив, якщо знайдемо Наокі — треба звалити з Міста на пару днів: деінде пересидіти, показати їм провінцію, зрештою. Поки все не вляжеться.

Це цікава прогулянка буде. Як проминаєш малі містечка одне за одним — сидиш потім, зачарований важким поступом кинутого. Ти десь в іншому світі, у паралельному вимірі, де ніхто окрім тебе не живе. Там вже давно не їздять мародери, лиш іноді покидьки ховаються по підвалах, забиваються у нори, та тікають світ за очі, ген здалеку нас побачивши. На крилах янгольських.

А ми ж могли бути людьми: не вилазити з хати з верандою, зламати на багаття всі паркани і втичити в ліс на довгих дрьомах LSD. Могли топити на ніч піч, тягати воду з колодязя і мішати теплі херсонські спирти, підпалювати душі і спопеляти ними наші схололі серця. Могли смалити туристичні пальнички у півтемряві, гуляти лісництвами, які не нанесено на топографічні мапи, і фотографувати зупинки світового часу, могли засинати щовечора під потріскування палаючих стільців. Могли облазити з десяток сіл і флешка Наокі була би так само забита фотками. Але ми вибрали Місто. І от.

Ікумі дивилася на мене запитально і розпачливо: «Що далі робити?». Ну, як що? Уйобувати.

Аби вийти з кімнати, доведеться переступити це. Цей тип, цей труп, цей типаж. Достатньо раз глянути. З тих, від кого за кілометр тхне бухлом і проблемами. Засмальцьований камуфляж, який, заношуючись, стає на кілька тонів темніший, коли його місяцями не прати. Такий, як зараз.

Я не знаю, як він не сплавився в ньому у таку спеку... хоча ні, знаю! Він сплавився. То не я його вбив, він сам потік, ніби свічка, кинута у вогонь. В нього звивини у мізках розправилися, як у тих, хто нюхає клей, наливаючи його у п’ятикопійчані пакунки. Коли я стріляв, він був уже мертвий, як Константинополь у 1452-му.

У таких типів жовті, просмалені нікотиновими смоґами, зуби і зрубані під корінь нігті, під якими однаково примудряється збиратися бруд. У них прокурений голос, — навіть після смерті вони сидітимуть навпопічки в човні і хрипкими голосами стрілятимуть у Харона сиґарети, нависатимуть і травитимуть, як рознесли кабіну тим підарам вчора біля кафе «Інґулець» перед тим, як почалася пальба.

Зуби жовті наче унітаз, який сто років не чистили. Там ще, мабуть, срібні коронки, ну або золоті у кращому випадку, можна в ломбард на пару тисяч гривень наздавати. Трофейних.

Хто ти? Ким ти був? Ти мабуть з тих, що купують водяру «Хлібний удар» в «утюжках» по 1.75. З тих, які ласо смокчуть соску «Оболоні» в маршрутці, дригаючись під блатняк. З тих, які купують кілька пачок «Ватри» на день, ну або червоної «Магми». Чогось такого, від чого рот перетворюється на смолисту хрипучку і запросто можна стати непоганим ґроул-вокалістом. Це ти зрізав металеві двері на заброшках Радомишля, це з тобою ми гасилися, коли вийшли з Толіком з бару перекурити на вулицю, а ти підійшов, навис, не відвалив вчасно — і почалося. Це ти розбирав залізницю на метал, ти катав на газелі по Радомишлю і збирав каналізаційні люки, аби загнати їх на чормет по два п'ятдесят. Це ти, за попередньою змовою з групою осіб, зірвав вночі висячі замки магазину «Марія» і поцупив звідти два кіло шинки «Святкова», три літра горілки «Козацька рада» і патронну ленту товстих сардельок. Це ти поскручував все металеве навколо мого дому, це ти вириваєш дріт у мертвих хатах. Ти.

У тебе, мабуть, була якась сумна і нескінченно довга історія. Якийсь інтернат для глухонімих, автомийка у підлітковому віці, СТО, масло і бруд на руках у кілька шарів, бензинове амбре старого ганчір'я, побутове насилля, дружина з фінгалами, дитина з хворими зубами і пес зі стригучими лишаями.

Я підійшов ближче, пробував не дивитися на обличчя, лишити його десь на периферіях бічного зору, замружився, нахилився і висмикнув у нього з нагрудної кишені папірець, що стирчав і відсвічував білим на брудних камуфляжних смалях. Фото.

Жінка і чоловік збирають яблука. Важкі, стиглі плоди тягнуть вниз тоненькі гілки, вузловими точками переплітають простір у візерунок червоних горбинок на зеленому килимі. Він на знімку у цьому самому камуфлі, ніби іншого одягу не має. Такий трохи поважний навіть, та якби мене попросили знайти маніяка на гуртовому фото, я без роздумів показав би на нього.

Трохи не доїхав. А зараз міг би зі своїми друганами далі таритися мідними дротами, квасити самогон з пластикових пляшок і відкупорювати замотані у тонкий поліетилен судочки зі смердючим їдлом. Ви би потім якось примудрилися виїхати назад, пригнали б у Радомишль тачку, вантажену тоннами щастя, наздавали би металу на кілька десятків тисяч гривень, просцяли би трохи у барі, по дорозі додому ти би зайшов купити іграшку дитині, завалився б до цієї жінки з фото, накричав би на неї, розбудив би дитину і вирубився б до ранку. Але ти здох, падла. Так тобі і треба.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Книга сердца. Светлый источник любви. Боль в твоём сердце
Книга сердца. Светлый источник любви. Боль в твоём сердце
[Здоровье / Эзотерика, оккультизм, фэн-шуй, йога]
Лууле Виилма (1950–2002) – известная эстонская целительница и парапсихолог. Общаясь с пациентами, она поняла, что любая болезнь – результат обид и стрессов, которые мы порой копим в себе годами.
0
"Зарубежный детектив 2026-30". Компиляция. Книги 1-12
[Детективы / Криминальный детектив / Полицейский детектив / Триллер]
Настоящий томик зарубежного детектива содержит детективы разных жанров и и вполне сможет завоевать симпатии читателей детективами включёнными в сборник! Приятого чтения, уважаемый читатель!
0
Ночь, когда он исчез
Ночь, когда он исчез
[Детективы / Триллер]
Новинка от автора супербестселлера №1 The New York Times! Долгожданный роман Лоры Дейв – автора феномена «Последнее, что он сказал мне», покорившего мир и экранизированного Apple TV+! Иногда,
0
Чайная под солнцем Тосканы
Чайная под солнцем Тосканы
[О любви / Современные любовные романы]
В свои тридцать четыре Тилли привыкла жить осторожно: черно-белые фотографии, крепкий кофе и никаких лишних надежд. Но после пожара, уничтожившего ее галерею, и предательства любимого человека
0
Я не мертва
Я не мертва
[Полицейский детектив / Детективы / Триллер]
Три года детектив Джуди Фонтейн была изолирована от внешнего мира. Заключенная в подземной камере, она общалась только со своим садистом-похитителем, и чтение его мыслей по выражению лица стало
0
Рождество с подвохом
Рождество с подвохом
[Классический детектив / Детективы]
Идеальное уютное чтение для поклонников «Убийств и кексиков» Питера Боланда, «Опасной игры бабули» Кристен Перрин и «Рецепта убийства для настоящей лентяйки» М. С. Битон. Детективы Вероники Хэли
0
Гнездо кабана: Истории из заповедника
Гнездо кабана: Истории из заповедника
[Современная проза / Биология]
Книга «Гнездо кабана: Истории из заповедника» написана человеком, для которого кабаны – не просто объект исследования. По мнению автора, кабан – зверь выдающийся и достоин особого внимания. Надежда
0
Магия Мастера Сефирот: тайные знания предков. Практики, ритуалы, заклинания, Таро
Магия Мастера Сефирот: тайные знания предков. Практики, ритуалы, заклинания, Таро
[Эзотерика, оккультизм, фэн-шуй, йога]
Если вы мечтали обучаться магии у настоящего Мастера, узнать все тайны сильнейших заклинаний, то у вас в руках – исполнение вашей мечты. В книге собраны уникальные техники, которые сделают из вас
0
Американский Освенцим. История больницы Пенхёрст
Американский Освенцим. История больницы Пенхёрст
[Публицистика / Военная документалистика / Документалистика]
Психиатрическая больница Пенхёрст — кровавое пятно в истории Соединённых Штатов. С 1908 по 1987 год там проводились бесчеловечные опыты над больными, в том числе над детьми. Им делали лоботомию,
0
Американская глубинка. Реднеки, хиллбилли и трейлеры
Американская глубинка. Реднеки, хиллбилли и трейлеры
[Публицистика / Документалистика / Обществознание]
Книга рассказывает о жизни американской глубинки так называемого Deep South — Глубокого Юга или Диксиленда. Автор книги, после многолетних путешествий по Югу США, повествует о жизни хиллбилли (горцах
0
Лейтенант. Том 3
Лейтенант. Том 3
[Альтернативная история / Исторические приключения / Попаданцы / Самиздат]
Весна 1905-го. Артур выстоял, блокада прорвана, море — своё. Но война не кончена: через полсвета идёт Вторая эскадра, и в книгах, которые помнит капитан 2 ранга Андрей Маринин, её дорога кончается
0
Стример из иного мира. Том 2
Стример из иного мира. Том 2
[Книги про волшебников / РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Самиздат]
Пусть и не по своей воле, но я попал в иной мир. Здесь я, по сути, продолжаю заниматься тем же, что и раньше, — стримить для зрителей. Вот только теперь за мной следят так называемые Небожители, а
1

Самые популярные книги

Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
30
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
9
Хорошая, плохая, грешная 2
Хорошая, плохая, грешная 2
[Любовное фэнтези / Книги про волшебников / Попаданцы / Самиздат]
Новый Свет полон самых разных неожиданностей, как приятных, так и не очень. Новый Свет полон шикарных возможностей, только успевай их реализовывать. Новый Свет полон сильных мужчин и
6
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
6
Комдив
Комдив
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Комдив Алексей Турчин отправляется в Соединенные Штаты Америки для изучения военно-промышленного комплекса и перспективных образцов вооружения. Удастся ли ему подтолкнуть развитие Рабоче-Крестьянской
5
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Я попал в мужа любимой супергероини и теперь буду оберегать её от посягательств других суперов
Я попал в мужа любимой супергероини и теперь буду оберегать её от посягательств других суперов
[Попаданцы / Городское фэнтези / Юмористическое фэнтези / Самиздат]
Попытка создания пародии на попаданцев в комикс. Не фанфик, все герои и сюжет комикса, известные герою книги, выдуманы и не являются калькой с какого-то существующего произведения. Ну а главный
5
Мир без вуали
Мир без вуали
[Любовная фантастика / Самиздат]
Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.
4
Возлюбленная ишхасса
Возлюбленная ишхасса
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Когда рушатся все планы и надежды, что делать, если нет сил пойти и убивать врага? Что если все что у тебя есть только гостиница, работники и интриги конкурентов? Да ничего, жить дальше, разбираться
4
Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
4
Майор: Сорокапятка 3
Майор: Сорокапятка 3
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат]
Бобруйск. Минск. Брест. Висла. Одер. Красная армия наконец идёт туда, куда должна была идти с самого начала войны, — на запад. Так быстро, что карты не успевают за передовыми частями. А
4
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
5

Самые комментируемые

Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
13
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
23
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
9
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
12
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
17
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
3
Хорошая, плохая, грешная 2
Хорошая, плохая, грешная 2
[Любовное фэнтези / Книги про волшебников / Попаданцы / Самиздат]
Новый Свет полон самых разных неожиданностей, как приятных, так и не очень. Новый Свет полон шикарных возможностей, только успевай их реализовывать. Новый Свет полон сильных мужчин и
6
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
8
Регистрация
Регистрация
[Современная проза]
Может быть, если подождать, оно само рассосется. Надо только не думать про него: вот как оно туманом или тенью болтается где-то рядом, так пусть там и болтается. Имени ему не давать, не вызывать его.
15
Драконий брак, где всё не так
Драконий брак, где всё не так
[Любовная фантастика / Попаданцы]
Я оказалась в другом мире, у моего питомца тяжёлая психотравма, а всё из-за того, что один бестолковый дракон за сыном недосмотрел. И хоть бы извинился за своего драконёнка! Так нет, рычит,
2

Прямо сейчас читают

На распутье семи дорог
На распутье семи дорог
[Космическая фантастика]
Пелена темных туч закрыла будущее Земли, России и главного героя. Всему виной космические цивилизации, пришедшие на Землю со своими планами. Его путь пролег через учебку ЧВК и поля боя на окраинах
0
Некроманты пьют кофе со сливками
Некроманты пьют кофе со сливками
[Юмористическое фэнтези]
Хорошо быть некромантом! Ровно до того момента, как у тебя появляется назойливый поклонник с группой поддержки. А другой парень сбегает со свидания, стоит услышать о твоем призвании. Третий... Ну
0
Озверение
Озверение
[Боевое фэнтези / Книги про волшебников / Попаданцы]
Кажется, чем ближе столица, тем сложнее в неё попасть. Но зато скоро станет понятно, что именно не поделили Настоятель и глава Бурого Приората и почему им так нужны одарённые первушники. Первая мера
0
Где умирают хорошие девочки
Где умирают хорошие девочки
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
Зеркала и паутина
Зеркала и паутина
[Современная проза]
Андрей Аствацатуров – петербургский прозаик, филолог, эссеист, профессор СПбГУ. Автор романов «Люди в голом», «Скунскамера», «Осень в карманах», «Не кормите и не трогайте пеликанов» и книги эссе
0
Я есть Закон! Том 2
Я есть Закон! Том 2
[Попаданцы / Самиздат]
Раньше он выносил приговоры целым планетам, но волей судьбы оказался в теле заурядного юриста на Земле. Теперь его практика состоит из соседских разборок из-за кота, боёв за алименты и тяжб за
0
Попаданка в 1812: Любить и не сдаваться
Попаданка в 1812: Любить и не сдаваться
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Я попала в прошлое, в 1812 год. Самый разгар войны с Наполеоном. Моё имение разорено солдатами французской армии. Мои люди убиты. Однако война подарила мне дочь и встречу с мужчиной, которого я могла
4
Шанхай [litres]
Шанхай [litres]
[Проза / Историческая проза / Старинная литература: прочее]
Имя Риити Ёкомицу (1898–1947) не так хорошо известно отечественному читателю, как имена его знаменитых современников – Акутагава Рюноскэ, Дзюнъитиро Танидзаки, Ясунари Кавабата – а между тем в
0
Роковой обмен
Роковой обмен
[Любовная фантастика]
Он — ее враг. Тот, кто пытался убить ее. И кого она пыталась убить. Но только он сможет спасти ее от жестокого безумного отца. Но что ей ему предложить? Он равнодушен к красоте. Он жесток. Ему никто
1
Убийство в доме свиданий
Убийство в доме свиданий
[Исторический детектив / Триллер]
«Убитая проститутка была совсем нагой. Она лежала на спине в своей холодной доступности, и тело ее, уже успевшее пожелтеть, напоминало хорошо полированную кость мамонта. Из-под ее правой груди
0
Ванька 13
Ванька 13
[Попаданцы / Боевая фантастика / Альтернативная история / Самиздат]
Три войны, плен, каторга, пара революций, вообще непонятно что... Эй, а нормальная-то жизнь здесь будет? Нет? Не в то время попал? Понятно...
3
Слабейший из Сильнейших! Том 2
Слабейший из Сильнейших! Том 2
[Юмористическое фэнтези / Боевая фантастика / Самиздат]
Обман. Хитрость. Улыбка. Главное всё делать с широко открытыми глазами! Не повезло? Любая проблема лишь песчинка в пустыне! Отдельно каждая крупинка ничего из себя не представляет, но вместе —
0