Видя, что гибель неизбежна, он вскочил на ноги и поднял револьвер.
Но в ту же секунду начальник сыскного отделения выстрелом из револьвера уложил его на месте.
Покончив с этим, мы бросились на помощь к Холмсу.
Было как раз вовремя.
Несмотря на то, что ременное лассо чуть не удушило старика, он нашел в себе достаточно силы для того, чтобы выхватить из кармана нож, которым он, после долгих стараний, успел перерезать ремень.
Вскочив на ноги, он с быстротою молнии расстегнул на своей шее петлю и, выхватив револьвер, бросился на Холмса.
В ту же секунду подскочивший к нему неслышно сзади начальник сыскного отделения изо всей силы хватил его рукояткой револьвера по голове.
Раздался выстрел и пуля, направленная в Холмса, полетела в небо.
С глухим стоном старик повалился на землю, но тут же вновь оправился и снова поднял револьвер.
— Поздно! — задыхаясь, крикнул Холмс, отчаянным прыжком бросаясь ему на грудь и одним ударом выбивая у него из руки револьвер. — Борис Карцев, я долго искал тебя, но теперь ты не уйдешь от меня!
Потеряв револьвер, негодяй выхватил нож, но в ту же секунду мы все навалились на него, так что нож лишь скользнул по боку Холмса, оставив на нем кровавую царапину.
Через минуту преступник уже лежал, связанный по рукам и ногам.
— Ну-с, а теперь, я думаю, маскарадный костюм ваш ни к чему! — произнес насмешливо Холмс, срывая с Карцева седой парик и бороду.
— Мы еще посчитаемся с тобой! — яростно прошипел преступник.
— Вряд ли! — ответил Холмс.
— О, да! — со злобой крикнул преступник. — Ведь нас не двое. У меня достаточно товарищей, чтобы отправить тебя на тот свет!
Между тем, мы подняли труп убитого разбойника и подтащили его к шалашу.
После этого, войдя в шалаш, мы разгребли валежник, под которым нашли шкатулку.
Открыв ее отмычкой, мы вскрикнули от удивления.
Кроме похищенного у Хоменкова, в ней оказалась еще целая горсть крупных бриллиантов, похищенных в разное время в разных местах.
— Вы славно поработали на своем веку! — произнес Холмс, глядя на сокровища.
Карцев бросил на него взгляд, полный бешеной ненависти.
Между тем, начальник сыскного отделения внимательно разглядывал убитого.
— Так-так! — проговорил он наконец. — Наконец-то я вспомнил это лицо! Недавно я получил из московского сыскного отделения его фотографию. Это — знаменитый громила, Андрей Сирнягин, бегавший раз пять из острогов.
И, обернувшись к Холмсу, он горячо пожал ему руку.
— Сегодняшняя добыча — редкая добыча, и мы исключительно обязаны ею вам!
— Э, пустяки! — ответил Холмс. — Пойдемте-ка на сборный пункт, да понемногу и домой.
И, весело разговаривая, мы все вместе отправились назад, ведя за собою связанного Карцева, не перестававшего грозить Холмсу.
Черный ворон