MoreKnig.org

Русские: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Смит Хедрик



Шрифт:

Так же, как войска и ракеты, символом русского могущества для сибиряков являются плотины, воплощающие победу человека над природой и составляющие предмет коммунистического культа. Стремясь превратить Россию в современную страну, Ленин проповедовал: «Коммунизм есть советская власть плюс электрификация всей страны», и его апостолы поняли это настолько буквально, что ревностно принялись сооружать то, что поэт Евгений Евтушенко назвал «храмом киловатт». «Храмом», который вдохновил Евтушенко, была Братская высотная плотина, прославленная им в стихотворении «Ночь поэзии»:

Братск, этот новый советский Иерусалим, олицетворяет собой модель будущей Сибири: гигантская гидроэлектростанция, снабжающая электроэнергией предприятия новых отраслей промышленности, новый город, выросший на пространстве, отвоеванном у тайги близ ущелья бурной Ангары, в удаленном от цивилизации районе, расположенном на 1200 км севернее Монреаля.

Там я и встретил Александра Борисовича Гуревича, украинского еврея, типичного представителя касты правоверных почитателей Сибири. Широкоплечий, с квадратной челюстью, неукротимо энергичный Саша Гуревич в молодости по призыву коммунистической партии, обращенному к передовым комсомольцам, приехал сюда, чтобы, пренебрегая лишениями, строить самую мощную в мире плотину. Это был неисправимый романтик, и его утопическая вера в чудеса индустриализации тесно сочеталась с непотускневшей верой идеалистов XVIII века в возможность совершенствования человека. Может быть, это была только поза, но в соответствии со взглядами интеллектуального слоя, к которому принадлежал Саша Гуревич, он, казалось, игнорировал вызывающие тревогу откровения Фрейда и выводы, вытекающие из сталинского террора, излагая свой катехизис оптимизма, питаемый разными культурами. За утренним завтраком Саша, который практически все два дня, что мы с Энн были в Братске, провел с нами (кроме часов сна), восторженно восхищался «Зовом предков» Джека Лондона и Уолтом Уитмэном за его «любовь к человечеству». За ужином он развлекал нас, доведя до изнеможения, декламацией стихов, в том числе безупречным чтением по-английски и по-русски киплинговского «Если вы можете сохранить голову, когда все вокруг теряют свою и обвиняют в этом вас…» Кинофильмы, подобные «Андрею Рублеву», в котором, в частности, показано завоевание России монголами, выводили его из равновесия, так как эти фильмы рассказывали о страданиях России и мрачных сторонах ее истории. Два фильма, которые он неизменно предпочитал всем другим, были эйзенштейновский «Броненосец Потемкин» и «Чапаев» — две героические эпопеи, посвященные революции 1905 г. и легендарному командиру Красной армии времен гражданской войны Василию Чапаеву. Его раздражал образ жизни русской молодежи с ее жадным увлечением западной «рок»-музыкой, с ее страстным стремлением модно одеваться, с ее безразличием к политике и равнодушием к труду. «Что они вообще сделали по-настоящему значительного?» — спрашивал он. Сам он в молодости учился на журналиста, но поехал добровольцем в Братск, где стал бурильщиком, потому что не мог, как он говорил, не включиться в 54-тысячную армию строителей, воздвигавших жизненно важную для народа стройку. «Партия сказала: «Надо», комсомол ответил: «Есть», — с бурным энтузиазмом продекламировал Саша (когда, вернувшись в Москву, я повторил этот старый комсомольский лозунг в присутствии моих русских знакомых, многих передернуло). Саша был членом партии, преподавателем марксизма-ленинизма в местном педагогическом институте, пропагандистом, пытавшимся мне внушить, что все мы — часть международного пролетариата и что я должен сбросить шоры, мешающие мне это понять и заставляющие считать себя американцем среднего класса. Саша заявлял, что он не жалеет о том, что последовал внутреннему зову патриотизма и романтики и отправился в Братск. Строительство плотины он вспоминает, как лучшее время своей жизни. «Это был наш Октябрь», — говорил он с энтузиазмом, сравнивая тринадцатилетний (с 1954 по 1967 гг.) период сооружения Братской высотной плотины с Октябрьской революцией 1917 г.

Подобно Джею Гэтсби, который будто вновь слышит рев болельщиков, снова и снова просматривая старые ленты о студенческих футбольных матчах, Саша повел нас на кинофильм о строительстве Братской высотной плотины; картину показывали в клубе, директор которого, некогда такой же комсомолец-энтузиаст, а ныне человек средних лет с брюшком, с любовью говорил о плотине как «о памятнике нашей юности». С нежностью вспоминая прошлое, Саша заново переживал все самые напряженные моменты эпопеи строительства: мучительную перевозку оборудования вверх по замерзшей Ангаре в разгар зимы, взрывание породы в ущелье, сооружение перемычек первой очереди. Он смаковал воспоминания о каждой мучительной холодной ночи, когда еще не было электричества в первые годы строительства. «Поэтому у нас был тогда такой высокий показатель рождаемости. Электричества нет, темно, и делать больше нечего», — смеясь, рассказывал он. Он помнил о каждом комарином укусе. «Но самая страшная атака комаров приходилась на июнь, точь-в-точь как нападение гитлеровских армий. Мы так и называли их — фашистами», — продолжал он, ухмыляясь.

Братская высотная плотина — действительно впечатляющее сооружение по всем стандартам. Когда самолет уносил нас из Иркутска на север, в Братск, мы видели плотину с высоты птичьего полета — она казалась узкой полоской, сдерживающей широко раскинувшееся озеро, известное в тех местах под названием Братского моря. Вблизи же плотина просто завораживала: вода легко и изящно сбегала по водосбросам, а над нашими головами гудели и поскрипывали провода высоковольтных линий. И плотина — отвесная бетонная стена высотой в 120 и длиной в 800 м — невозмутимо возвышалась над водным простором, запирая скалистое Падунское ущелье и неся на гребне ветку транссибирской магистрали. Это не только исполинское сооружение, но и самое великолепное, самое современное, содержащееся лучше и чище всех советских промышленных объектов, которые мне когда-либо пришлось посетить.

Достаточно было Саше только взглянуть на плотину, чтобы он начал сыпать таким количеством эпитетов в превосходной степени, которое вряд ли произнесли когда-нибудь инженеры, построившие ее и управляющие ГЭС. «Самая большая в мире», — умилялся он. «Ладно, теперь уже не совсем», — остужал его пыл Лев Аблогин, коренастый краснолицый заместитель начальника ГЭС. — Она была самой большой, когда закончили ее строительство — в 1967 г., но теперь ее мощность (4,1 млн. кВт) перекрыта новой, более современной, Красноярской ГЭС (6 млн. кВт)». «Но по выработке энергии она все-таки на первом месте в мире», — со знанием дела настаивал на своем Саша, и Аблогин с гордостью согласился с тем, что в 1972 г. ни одна гидроэлектростанция в мире не производила такого количества энергии за год, как Братская. Аблогин любезно повел нас на плотину и показал диаграммы и карту всего комплекса. И снова Саша не мог сдержаться: «Братское море — самое большое искусственное озеро в мире», — заявил он. «Да, почти», — ответил Аблогин. Карибская плотина на реке Замбези в Африке позволила создать озеро больших размеров, но Аблогин считал, что Братское море все же занимает второе место. Он стал объяснять нам суть «новаторского фронтального метода» строительства плотин. Саша при этом поторопился вставить, что Братская высотная плотина «самая высокая в мире», построенная этим способом. И снова Аблогину пришлось умерить его пыл, заметив, что в Канаде этим методом была построена несколько более высокая плотина на водопаде Черчилль в Лабрадоре.

Необходимость каждый раз возражать Саше таким образом была неприятна Аблогину, но еще больше огорчался Саша, потому что, подобно многим сибирякам, он, как и вообще русские, начинал ликовать при словах «самый большой в мире», проявляя чувство национальной гордости по поводу грандиозности масштабов, которое, по-видимому, компенсирует глубокое унижение, испытываемое многими русскими из-за того, что в промышленном отношении Россия уступает Западу. Словно страдая острым, охватившим всю нацию, комплексом неполноценности, они цепляются за каждую возможность самоутверждения. В этом и состоит одна из причин преувеличения советских достижений столь многими официальными лицами при встречах с иностранцами. Аблогин с его профессиональной добросовестностью был в этом отношении скорее исключением, а Саша — наиболее типичным представителем советских патриотов. Для большинства русских «самый большой» означает «самый лучший». Мечта построить «самое большое» явилась стимулом, вдохновлявшим Сашу и его поколение, и Саше было больно думать, что его мечта поблекла. В его саркастическом пренебрежении к младшему поколению отражалась досада на то, что оно больше не стремится к тому, чтобы построить утопию, к тому, чтобы быть самыми великими и самыми первыми.

Не от Саши, разумеется, я узнал о том, что около половины из тех 54 тыс. строительных рабочих, которые в свое время работали в Братске, уехало на другие стройки или вернулось в европейскую часть России, оказавшись не в состоянии вынести условия жизни в Сибири. И не Саша рассказал мне о том, что такие советские экономисты, как Абель Аганбегян — директор института экономики в Новосибирске, — указали на Братск как на ярчайший пример беспорядочного «несбалансированного» развития, когда форсирование темпов строительства ГЭС привело к тому, что она начала давать энергию уже в 1961 г., в то время, как Братский алюминиевый завод — основной предполагаемый потребитель этой электроэнергии — был введен в эксплуатацию лишь в 1966 г., а окончательно достроен только несколько лет спустя.

Что касается повседневной жизни в Братске, то очень скоро мы поняли всю ее серость и уныние. В дни своей славы Братск был первоочередной стройкой страны, он получал специальное снабжение и продовольствием, и потребительскими товарами. Но теперь первоочередными были объекты, расположенные дальше на севере, — Усть-Илимская и другие стройки.

И сейчас, в марте, мы увидели, что полки продовольственных магазинов Братска были почти пустыми. Одна домохозяйка жаловалась на то, что в течение пяти самых тяжелых зимних месяцев свежих фруктов и овощей не найдешь в магазинах. Мы видели, что и мяса в них совсем мало, и люди рассказывали, что бывает оно редко. В детском магазине мне довелось стать свидетелем яростного сражения матерей за неожиданно поступившую в продажу партию трусиков для девочек. Одна женщина с образованием жаловалась на полное отсутствие культурной жизни в городе. «Я бы не могла вынести здешнюю жизнь, если бы не ездила каждое лето домой (в европейскую часть России)», — сетовала она. Но меня больше всего удручало голое оруэлловское однообразие рядов одинаковых серых блочных жилых домов во всех восьми микрорайонах Братска, официально называемых Братск-1, Братск-2, Братск-3 и т. д. Старый поселок Падун, где в свое время первых строителей поселили в деревянных домах, теперь заново выкрашенных, был единственным приятным жилым районом, сохранившим свой деревенский облик. Остальные жилые районы были построены на пространстве, так основательно расчищенном бульдозерами от леса, что от него остались лишь отдельные сосны. Мне говорили, что городскому начальству нагорело от Косыгина за мертвящее уныние архитектуры города и за полное отсутствие в нем зелени. Тем не менее, несмотря на эти, увиденные мной во многих местах, мрачные стороны развития Сибири, я был восхищен тем, что русские упорно продолжали возводить новые крупные жилые комплексы (в Братске 160 тыс. жителей) в этом суровом северном краю, бросая вызов стихиям и человеческой природе. Говоря о «темных сторонах» жизни Сибири, я имею в виду не заключенных (число которых оценивается здесь в один или два миллиона человек), работающих по приговору суда в сибирских исправительно-трудовых лагерях, а мучения обычных людей, платящих непомерно высокую цену за этот безалаберно организованный советской системой штурм Сибири. Некоторые советские специалисты предлагали строить в холодных северных районах лишь небольшие поселки, чтобы разрабатывать природные ресурсы края, доставляя сюда летом дополнительную рабочую силу для ведения строительных и других работ из более крупных постоянных поселений, расположенных южнее, в более благоприятных климатических условиях. Но до сих пор советские плановые органы смотрят на дело иначе.

Типичным доказательством этого является развитие таких городов, как Нижневартовск и Сургут, в районе западносибирских нефтяных месторождений. В середине 60-х годов это были две сонные деревни, насчитывавшие всего несколько тысяч душ. Нефтяной бум преобразил эти места. Теперь оба города, расположенные на той же широте, что и Анкоридж на Аляске (с населением 48 тыс. человек), насчитывают по 50 тыс. жителей, и советские планирующие органы призывают к увеличению их населения до 150 тыс. человек. Эти города намечено сделать базой для разработки месторождений нефти и природного газа, расположенных еще дальше на север. Оба одинаковых городка построены на замерзших болотах, превращающихся весной и летом в непролазную топь. Издержки на строительство дорог составляют здесь около 2 млн. долларов на одну милю. Река Обь — главная транспортная магистраль, по которой сюда доставляются все строительные материалы, — покрыта льдом с сентября по май, но зато в 1974 г. государство получило здесь 60 млн. т. нефти, добытых на феноменальном Самотлорском месторождении. А для того, чтобы убедить нас, что и простые люди получают от этого выгоду, местное начальство организовало встречу группы западных журналистов с бригадиром буровой в Самотлоре, дающей рекордные показатели. Этот человек рассказал, что зарабатывает, включая все премиальные и надбавки, около 1500 долларов в месяц, т. е. поистине астрономическую сумму по сравнению со средним заработком в промышленности, составляющим 187 долларов. Это действительно исключительно высокая зарплата, но и другие зарабатывали по 500–600 долларов в месяц, и руководители нефтяного треста утверждали, что при наборе рабочей силы они не испытывают никаких трудностей. Нижневартовск — классический советский город, созданный и управляемый одним крупным предприятием. Здесь — это местный нефтяной трест, который не только нанимает рабочих на все работы, руководит деятельностью речного порта, заказывает все виды товаров и оборудования, но и организует отпускные поездки, создав сеть автобусного транспорта, распоряжается построенными им детскими садами, школами, магазинами и обеспечивает жилье. Чиновники самоуверенно говорили нам, что дела с жильем и коммунальными услугами в городе обстоят великолепно, но сколько раз мы ни просили о том, чтобы нам позволили хотя бы бегло взглянуть на все это, ответ был неизменно одинаков: нам говорили, что в нашем расписании на это не отведено времени.

Официальная версия не совпадала с репортажами, публиковавшимися в самой же советской печати, или с тем, что нам приходилось слышать во время редких случайных встреч с — местным населением, из которых сразу же становилось ясно, что прежде всего начальство заботится о производстве, а рабочих считают пешками. Не успели мы вернуться в Москву, как в «Правде» была напечатана статья с резкой критикой положения именно в тех городах, которые мы посетили: статья упрекала местные власти за плохие жилищные условия и отсутствие необходимых услуг, за то, что заселяются дома, в которых нет ни отопления, ни воды, ни канализации, с плохой теплоизоляцией. В других публикациях, появившихся в печати позднее, сообщалось, что по всему нефтеносному району Западной Сибири план по жилищному строительству выполнен примерно на 40 %. В начале 1975 г. инженер из Нижневартовска жаловался в письме в редакцию на то, что в городе нет ни одного кинотеатра и что рабочие счастливы, если им удается достать билеты на старые кинофильмы, которые показывают в клубе нефтяников. Другой человек, работавший в Сургуте, писал, что строительство местного клуба нефтяников длится уже семь лет и до сих пор не завершено, а это свидетельствует о пренебрежении, с которым местные чиновники относятся к строительству столь необходимых объектов культурного отдыха и развлечений. Согласно публикациям советской Академии Наук, стоимость жизни в Сибири на 40–80 % выше, чем в остальных районах страны, и это поглощает большую часть надбавок. Еженедельник Союза писателей «Литературная газета» с сожалением писала о «чемоданном настроении» подавляющего большинства рабочих в Сибири, которые едут сюда по контрактам на короткий срок, зарабатывают много денег и уезжают. В статье, опубликованной в августе 1973 г., сообщалось о новом «неожиданном открытии», согласно которому «самой неустойчивой группой являются рабочие, получающие наиболее высокую среднюю заработную плату».

Яркой иллюстрацией трудностей жизни в Сибири явилась картина, представшая перед нами, когда мы приземлились в Сургуте во время начавшейся снежной бури. В аэропорту набилось человек двести; люди спали на своих узлах, на подоконниках, и их измученный вид ясно показывал, что ожидание было бесконечным. Опекавшие журналистов сотрудницы Агентства печати «Новости» быстро препроводили нас в комфортабельный зал ожидания «для важных персон», отделенный от общего зала. Я задержался у газетного киоска. Вдруг ко мне подошла раздраженная женщина с измученными глазами. Приняв меня за русского (очевидно, благодаря меховой шапке-ушанке и шубе из овчины), она неожиданно предложила пойти вместе пожаловаться в райком партии. Женщина рассказала, что она и ее семья — а потом я узнал, что и многие другие пассажиры, — застряли на шесть дней здесь, в аэропорту, где нет ни водопровода, ни помещений для сна, где в жалком маленьком буфете ничего нельзя купить, кроме бутербродов.

— Шесть дней? — спросил я недоверчиво.

— Шесть дней мы ждем в аэропорту самолета на Ханты-Мансийск (находящийся на расстоянии около 400 км), — повторила она. — Мы здесь живем, умываемся снегом на улице. Камера хранения слишком мала, и наши чемоданы не принимают, вот и приходится сидеть на них. Моим двум ребятам надо бы быть в школе. Мне нужно скорей к семье. Мы уже жаловались, но ничего не помогает. Давайте пойдем вместе в райком, может быть они там смогут что-нибудь сделать.

Как я узнал, дело было не в том, что отменили полеты, — самолеты летали, но места в них предоставлялись тем, кто летел по служебным делам, либо машины использовались для дальних, а не для местных рейсов, которых ждали моя собеседница и другие пассажиры. Какая-то женщина, сидевшая поблизости, поняла, что я иностранец и попыталась заставить замолчать обратившуюся ко мне женщину. «Вы знаете с кем вы разговариваете» — увещевала она. Но моя собеседница была в таком отчаянии, что никак не могла уняться: «Что значит, с кем я разговариваю? Не суйтесь не в свое дело!» Но в этот момент одна из женщин, опекавших нашу группу, вновь появилась, настойчиво потребовав, чтобы я присоединился к своим коллегам в специальном зале ожидания. Часа через два, когда погода прояснилась, мы улетели на другом самолете, а аэропорт был по-прежнему забит толпой ожидающих.

Обычно советские бюрократы объясняют все это тем, что новые сибирские города, в которых жизнь так же сурова, как и в Додж Сити в первые годы его существования, предназначаются для молодежи, готовой к тому, чтобы переносить трудности. Наступает лето, убеждают сибиряки-патриоты, и радость вольной охоты, рыбной ловли среди сибирских просторов, прибытие речных судов с припасами заставляют забыть о зимних невзгодах. Это до некоторой степени верно. «Большие города перенаселены, — сказал мне 23-летний заводской рабочий в Братске. — Люди там живут в постоянной толчее, а здесь спокойно и тихо. Летом я люблю ездить на охоту и кататься на своей моторке по Братскому морю». Однако именно в Братске Александр Семиусов, заместитель мэра города, довольно откровенно признал, что городские власти чрезвычайно озабочены преступностью (в том числе кражами машин, радиохулиганством) среди несовершеннолетних, этого беспокойного, лишенного целеустремленности молодого поколения. Это явление было симптомом более общих проблем. Идеализм раннего периода угас, как говорил Семиусов, и многие молодые люди обнаружили, что новая реальность мрачна и уныла. Их оказалось трудно стимулировать. «Когда говоришь о пуске лесопильного или алюминиевого завода, это звучит не так романтично, как наши былые призывы строить плотину и новый город», — признал он.

Иными словами, Братск, этот новый советский Иерусалим, оказался способным временно сплотить людей в пору строительства и связанного с ним энтузиазма чисто физического труда, но не стал утопическим образцом сложившегося общества города будущего.

XIV. ИНФОРМАЦИЯ

«Белый ТАСС» и письма в редакцию

В начале августа 1971 г. Москву окутала таинственная голубая мгла. Она неподвижно повисла над городом. На большом аэропорте Домодедово, к югу от Москвы, обслуживающем внутренние рейсы, все полеты были отменены из-за плохой видимости. Иногда по утрам из нашей квартиры на восьмом этаже было видно не далее, чем на 300 м. Москвичи кашляли, вытирая слезы. Троллейбусы и автомобили ехали с зажженными фарами. Люди были встревожены слухами о том, что пожары на торфяных полях вокруг Москвы угрожают населенным районам. Однако пресса молчала уже целую неделю. Наконец, в скупой заметке, помещенной на последней странице одной из газет, было сообщено, что в районе Шатуры (около 100 км к востоку от Москвы) горят торфяные болота. Спустя два дня еще одна газета отметила и без того очевидный факт, что дым достиг Москвы, но умолчала о том, представляет ли это опасность для города. Дым казался слишком плотным и стойким для того, чтобы его источник мог находиться на таком большом расстоянии от Москвы.

Я был знаком с ученым, человеком средних лет, жаждавшим узнать подробности и пытавшимся выведать хоть какие-нибудь сведения через московскую пожарную охрану. Прибегнув для этого к хитрости, он позвонил в пожарную охрану, представился врачом такой респектабельной организации, как Союз писателей, и заявил, что у него есть пациенты, больные пневмонией, и вдыхание дыма для них опасно. Он требовал, чтобы ему сообщили, следует ли их эвакуировать из города.

— Начальник на пожаре, — сказал диспетчер.

— Позовите заместителя, — попросил ученый.

— Он тоже на пожаре.

— Тогда позовите хоть кого-нибудь из начальства.

— Все на пожаре, — настойчиво отвечал диспетчер. — Я здесь один.

— Тогда скажите мне, насколько это серьезно и как долго, по вашему мнению, это будет продолжаться, — сказал ученый. — Я должен знать, предпринимаются ли необходимые меры?

— Не знаю, — сказал диспетчер, — Все на пожаре и пока что ничего не могут сделать.

Мой знакомый повесил трубку, испытывая еще большее беспокойство, чем до разговора. Однако через несколько дней дым рассеялся. Тогда, наконец, появилась еще одна статья, в которой объяснялось, что причиной пожаров явилась летняя засуха, и категорически запрещалось разбивать палатки, устраивать пикники и разжигать костры на территории высушенного как трут Подмосковья. Было очевидно, что о многом умалчивалось. Значительно позже нескольким пожарникам была вынесена благодарность за проявленный героизм, а на внутренней странице газеты был помещен некролог о смерти молодого человека. В конце концов, из всех этих обрывков информации стало ясно, что пожары вспыхнули в начале июля, за целый месяц до того, как печать впервые упомянула о них, и бушевали на площади в сотни гектаров. Более 1000 пожарников, летчиков, парашютистов, целые воинские подразделения участвовали в борьбе с пожаром. Оказалось, что несколько пожаров было потушено всего в 25–30 км от Кремля, т. е. очень близко от густонаселенных предместий Москвы. И, несмотря на все это, большая часть прессы почти ничего не сообщала, а газета «Правда», флагман партийной печати, не обмолвилась ни единым словом.

Такое отсутствие столь обычной и абсолютно необходимой информации — типичное для России явление. Русские считают вполне естественным тот факт, что большая часть информации, которая требуется в повседневной жизни, постоянно отсутствует в печати. Однажды вечером я беседовал с тем ученым, который звонил в пожарную охрану, Мы пошли погулять. В выражение «пойти погулять» русские вкладывают особый смысл, потому что обычно это — мера предосторожности, предпринимаемая людьми, которые хотят поговорить откровенно о щекотливых сторонах советской жизни вдали от всеслышащего уха телефона и подслушивающих устройств. Мы прогуливались неподалеку от Министерства иностранных дел, по старому Арбату, вдоль облупившихся домов XVIII–XIX в., украшенных аляповатой лепниной, с поблекшими фасадами в викторианском стиле (бывшего обиталища дворянства и таких представителей интеллигенции, как Гоголь, Герцен и Скрябин), превращенных либо в музеи, либо в коммунальные квартиры, где за кружевными занавесками окон виднелось кое-как развешанное белье. В тот октябрьский вечер дождь и опустевшие улицы создавали ощущение проникшей во все поры сырости и покинутости, напоминая Лондон. Я спросил своего собеседника, как влияет такая ограниченность информации на личную жизнь людей. Он рассказал трагическую историю одной девушки из Средней Азии, которая год тому назад летела из Караганды в Москву, чтобы держать вступительные экзамены в Московский университет. Она собиралась провести в Москве неделю. Прождав десять дней и не получив никаких известий ни от дочери, ни от друзей в Москве, родители девушки начали беспокоиться. Через две недели отец сам вылетел в Москву, чтобы разыскать ее. Придя в университет, он узнал, что его дочь не явилась на экзамен, и никто о ней ничего не знает. Отец отправился к друзьям, у которых она должна была остановиться, но и они не видели девушку. Тогда он обратился в милицию. В одном из отделений офицер посоветовал ему навести справки в милиции аэропорта; там, как и в других местах, несчастный отец умолял помочь разыскать дочь. И только тогда ему конфиденциально сообщили, попросив не предавать это огласке, что самолет, летевший из Караганды в Москву, разбился и все пассажиры, в том числе и его дочь, погибли. Человек был потрясен: впервые он и его друзья услышали об авиационной катастрофе с советским самолетом. Ведь об этом советская печать не сообщает, за исключением тех редких случаев, когда на борту самолета оказываются либо крупные советские ответственные работники, либо иностранцы, да и то — коротко, без подробностей. Поэтому простые люди не подготовлены к мысли о том, что кто-то из близких может погибнуть в авиационной катастрофе. Более того, как объяснил ученый, в аэропортах часто не записывают адресов ни пассажиров, ни их ближайших родственников. Поэтому в случае катастрофы Аэрофлот не знает, кого следует известить об этом. Вот почему этому несчастному человеку пришлось самому разыскивать пропавшую дочь и докапываться до происшедшего.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Павелителя. Дилогия
Павелителя. Дилогия
[Попаданцы]
Нюансы темной стороны: — Орки постоянно дерутся. — Огры жрут как не в себя. — Гоблины делают всё, кроме того что надо. Но, думаете это проблема? О-о-о! На самом деле проблема — переродиться не в
1
Танковый рейд
Танковый рейд
[Биографии и Мемуары / О войне / Советская классическая проза]
Теневой Капитал
Теневой Капитал
[РеалРПГ (RealRPG) / Городское фэнтези]
Меня зовут Денис, и я нашел идеальную подработку. График свободный, дресс-кода нет, платят столько, что депутаты бы обзавидовались. Нюанс всего один: рабочее место находится по ту сторону здравого
0
И пришёл охотник
И пришёл охотник
[Боевая фантастика / Героическая фантастика / Научная фантастика]
На фоне крупной военной операции разворачивается другое, неочевидное столкновение — тихое, невидимое, в котором участвуют силы, не похожие ни на государства, ни на армии. Писатель, волей случая
0
"Зарубежный детектив 2026-36". Компиляция. Книги 1-13
[Детективы / Криминальный детектив / Полицейский детектив / Триллер]
Настоящий томик зарубежного детектива содержит детективы разных жанров и и вполне сможет завоевать симпатии читателей детективами включёнными в сборник! Приятого чтения, уважаемый читатель
0
Спросите леди Энн
Спросите леди Энн
[Исторические любовные романы / Роман / Приключения / Исторические приключения]
Энн Тэлбот — исключительная представительница высшего общества, воплощение истинной английской леди. Она не просто образец для подражания, но и мудрая наставница молодых дебютанток, к которой
0
Добро пожаловать в Бездну Том 2
Добро пожаловать в Бездну Том 2
[Боевик / Приключения / Фантастика / ЛитРПГ (LitRPG)]
Японский студент Оримура Кейта неожиданно просыпается в странном месте похожем на его родной мир, но только разрушенный, наполненный чудовищами, магией и странными законами бытия, похожими на
0
Дневник, написанный задним числом
Дневник, написанный задним числом
[Биографии и Мемуары / Публицистика / Военное дело, спецслужбы / История]
Добро пожаловать в Бездну Том 1
Добро пожаловать в Бездну Том 1
[Фантастика / Фэнтези / Попаданцы / ЛитРПГ (LitRPG)]
Японский студент Оримура Кейта неожиданно просыпается в странном месте похожем на его родной мир, но только разрушенный, наполненный чудовищами, магией и странными законами бытия, похожими на
2
Шахты безумия
Шахты безумия
[Ужасы / Приключения / Фантастика / Фэнтези]
Категория: джен, Рейтинг: R, Размер: Макси, Саммари: Архимаг Адамус Ностр отправляет туда, откуда не вернулись лучшие солдаты и маги, небольшой отряд, который никто не назвал бы образцовым. Его цель
0
Только не с полукровкой (новая редакция)
Только не с полукровкой (новая редакция)
[Современные любовные романы / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Категория: гет, Рейтинг: NC-17, Размер: Макси, Саммари: Послевоенная история о помолвке Гарри и Дафны — но без магических контрактов, древних брачных соглашений и прочего в духе «Гарри никак не может
0
Узнавая друг друга
Узнавая друг друга
[Любовные романы / Современные любовные романы / Проза]
Категория: гет, Рейтинг: R, Размер: Миди, Саммари: Двенадцать раз, когда Гарри Поттер и Дафна Гринграсс так и не узнали друг друга, и один раз, когда все-таки узнали.Но кто вообще считает?Или
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
9
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Развод. Я тебе ничего не должна
Развод. Я тебе ничего не должна
[Современные любовные романы]
- Скорее раздевайся, Ириша. Я до спальни не дойду. Прямо тут тебя сейчас... Охрипший от возбуждения голос мужа звучит в тёмной гостиной оглушительно громко. Не так я планировала начало
6
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38
Двадцать два несчастья 15
Двадцать два несчастья 15
[Попаданцы / Приключения: прочее / Самиздат]
Вот и сказочке конец, а кто слушал — молодец! Когда история подходит к логическому концу, когда все враги строго наказаны, все друзья спасены, а родственники — хорошо устроены, так и хочется
2

Прямо сейчас читают

Крепкий Орешечко. Без фильтров. Сезон 1
Крепкий Орешечко. Без фильтров. Сезон 1
[Юмор: прочее]
Трудно же быть Никитой Орешечко! Соседка по парте и лучший друг Василиса твердит, что пора бы повзрослеть. Отец грозит забрать банковскую карту, если сын не станет «настоящим мужиком». Только мужиков
0
Под любым другим именем
Под любым другим именем
[Научная фантастика]
Сенсорная информация жизненно важна для выживания организма. Но если перегрузить сенсорные рецепторы избытком этой информации, то…
0
Развод в 57: Любовница в Моем Белье
Развод в 57: Любовница в Моем Белье
[Современные любовные романы]
???????? ПРОДЫ КАЖДЫЙ ДЕНЬ ДО ФИНАЛА ???????? Мне пятьдесят семь, и я умею посадить бельё на любое честное тело. Но я не знала, что однажды найду мужа в своей примерочной, а его любовницу в
1
Житейная история. Колымеевы
Житейная история. Колымеевы
[Современная проза]
Роман русского сибирского писателя лауреата литературной премии имени В.Г. Распутина Андрея Антипина посвящён людям старшего поколения. В основе книги лежит судьба супругов Колымеевых, их отношения
0
Бесстрашная
Бесстрашная
[Приключения: прочее / Современная проза / Классическое фэнтези]
В этом ярком, вдохновлённом филиппинским эпосом фэнтезийном романе девочке-подростку предстоит объединить два разрозненных мира, чтобы спасти свой народ. "Ничего не бойтесь, ибо Люди на вас
0
Перекрестки миров. Том 4
Перекрестки миров. Том 4
[Самиздат / Попаданцы]
Армейская рутина засасывает похлеще болота. Полигон, отчёты, вечный недосып. Старлей Алексей Корнев по прозвищу Барон давно забил на романтику. Просто командовал разведротой и ждал перевода. Пока в
1
Сияющая грань
Сияющая грань
[Любовная фантастика]
Слухи — это кровь Айдлвуда, штат Индиана. Местные шепчутся, что Де Лука — ведьмы, и что десятилетия назад они прокляли богатую семью Баррионов в отместку за любовь, обернувшуюся трагедией: теперь,
0
Заклятие истинной любви
Заклятие истинной любви
[Любовная фантастика]
Эванджелина мечтала попасть в сказку, но оказалась в ловушке: ее воспоминания стерты, а рядом с ней – принц Аполлон, чужой человек, которого все вокруг называют ее мужем. Принц убежден, что девушку
0
Диалектика художественной формы
Диалектика художественной формы
[Философия]
Настоящая небольшая работа пытается заполнить пробел, существующий в русской науке в области диалектического учения о художественной форме. Предлагаемая работа – часть большого труда по
0
Рожденный, чтобы жечь!
Рожденный, чтобы жечь!
[Попаданцы / Боевое фэнтези / Книги про волшебников / Самиздат]
Не знаю, как так вышло, но я осознал себя ещё в животе у матери. Только вот в этот момент её сжигали на костре. За что? Видимо потому что она не такая как все. И пыталась помочь другим… Я
2
Не принцесса для дракона. Магическая академия
Не принцесса для дракона. Магическая академия
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Попав в мир магии, я отправилась в академию, чтобы научиться управлять своей силой, а встретила свою судьбу. Он оказался драконом из пророчества, что может уничтожить этот мир и только я, его
0
"Фантастика 2024-198". Компиляция. Книги 1-25
[Боевая фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Очередной, 198-й томик "Фантастика 2024", содержит в себе законченные и полные циклы фантастических романов российских авторов. Приятного чтения, уважаемый читатель! Содержание: КОСМОДЕСЫ:
1