Византийская армия (IV — XII вв.): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Командира отдельного подразделения наши источники называют обычно трибуном. В IV столетии это — наиболее употребительный термин, использовавшийся для обозначения командиров легионов, ауксилий, когорт (ND, Or., XLII, 40, 41; Ос., XXVI, 14–20), схол (Amm., XXVI, 1, 4), вексилляций, отрядов, сформированных из варваров (ND, Ос., XXXIV, 24)[315], и даже управляющих государственных оружейных мастерских (Amm., XIV, 7, 18).

В тексте Аммиана звание трибуна очень часто заменяется на praefectus и praepositus. Для историка эти термины, судя по всему, синонимичны[316]. Звание praepositus для обозначения командира подразделения часто используется и в других наших источниках. Р. Гроссе, основываясь на том, что препозиты в статьях Кодекса Феодосия упоминаются после трибунов (CTh, VII, 1, 2; 1, 10; 4, 1; 9, 2), приходит к заключению, что рангом они были ниже последних[317]. Однако далеко не всегда препозиты упоминаются в Кодексе позади трибунов. Ряд статей, напротив, первыми называет именно препозитов (CTh, VI, 13, 1; VII, 12, 1; 21, 1)[318]. Таким образом, у нас нет никаких причин полагать, что составители статей Кодекса строго придерживались иерархического принципа. Препозиты командовали подразделениями того же типа, что и трибуны: схолами (CTh, VI, 13, 1), легионами и когортами (CTh, VII, 20, 10), а также осуществляли контроль за варварами-летами[319] (CTh, VII, 20, 10) и управляли оружейными мастерскими (Amm., XXIX, 3, 4). На этом основании В. И. Холмогоров делает вывод, что препозиты в сущности ничем не отличались от трибунов, и если они все-таки уступали последним в ранге, то чисто формально[320]. А. Х. М. Джонс считает, что препозит — это, строго говоря, обозначение поста, а не ранга: офицер мог быть трибуном и называться praepositus отряда[321]. Одна из статей Кодекса Феодосия (CTh, VII, 20, 10)[322] позволяет утверждать, что в данном случае прав А. Х. М. Джонс и препозит — это действительно обобщенное название для командиров воинских подразделений[323].

В воинской части должно было быть несколько трибунов, которые различались по рангу. Вегеций сообщает о существовании tribunus maior и tribunus minor (старшего и младшего трибунов); старший военный трибун назначался императорским указом (per epistolam sacram imperatoris), младший достигал своего положения по выслуге (per labore) (Veg., II, 7). Согласно Лактанцию, Константин имел звание tribunus ordinis primi (Lact., 18, 10). Другими сведениями об иерархии трибунских должностей мы не располагаем. Среди трибунов были и такие, которые временно не имели подразделений под своим командованием. Они назывались tribuni vacantes (трибуны, свободные от командования) (Amm., XV, 3, 10; XVI, 12, 63; XVIII, 2, 2; XXXI, 13, 18), служили обычно в штабах императора или военачальника и использовались для особых поручений, а во время сражения могли образовывать резервные отряды.

Офицерские и унтер-офицерские звания в различных подразделениях. В своем трактате Вегеций перечисляет в соответствии с существующими «табелям и о рангах», как он сам заявляет (Veg., II, 7)[324], различные легионные звания и должности. В принципе, они соответствуют тем, что были в I–II вв. Очевидно, это неслучайно. По мнению ряда специалистов, в старых воинских подразделениях, ведущих свое происхождение со времен принципата, продолжали сохраняться прежние звания, включая такие, как центурион в легионах или декурион в алах[325]. Характерным является тот факт, что некоторые звания, упомянутые Вегецием, не были им внесены в его легионную «табель о рангах». Это касается званий декана, цирцитора, кампидоктора, центенария, дуценария и викария. По мнению Ф. Ришардо, все эти звания, современные автору «Эпитомы», не попали в легионную «табель о рангах», потому что существовали только в новых подразделениях, появившихся во второй половине III–IV в. (auxilia, scholae, vexillationes)[326]. На основании свидетельств литературных, а также эпиграфических источников исследователи следующим образом восстанавливают перечень званий в воинских частях нового типа:

• викарий (vicarius) — выполнял обязанности заместителя трибуна и был по значимости вторым лицом в подразделении; О. Шмитт склонен даже полагать, что викарий чаще всего был de facto командующим подразделения[327], в случае гибели или болезни командира викарий должен был сам взять на себя командование отрядом; впрочем, не исключено, что vicarius — это не звание, а всего лишь должность; ее мог занимать, например, младший трибун (тогда как старший трибун был командиром подразделения);

• примицерий (primicerius) — офицер, на котором лежала обязанность проверять списки подразделений[328]; это звание, открывало путь к трибунату;

• сенатор (senator) — каковы были функции этого офицера, неизвестно;

• дуценарий (ducenarius) согласно Вегецию, соответствовал первому гастату (primus hastatus) времен принципата; впрочем, как отмечает Ф. Ришардо, Вегеций не определяет точное значение этого современного ему звания и ограничивается лишь этимологическим соответствием; возможно, в данном случае речь идет просто о командире отряда в 200 человек[329].

• центенарий (centenarius) — согласно Вегецию, так в позднеримский период стали называть центурионов (Veg., II, 7; 13); впрочем, и здесь, Вегеций допускает очевидную ошибку, используя метод этимологического сопоставления: имеющиеся в нашем распоряжении эпиграфические источники свидетельствуют, что это были два различных звания;

• биарх (biarchus) — офицер, который, возможно, отвечал за обеспечение подразделения продовольствием[330]; наиболее раннее упоминание этого звания относится к 324 или 327 г.[331]; Иоанн Лидиец утверждает, что дуценарии, центенарии, центурионы и биархи назывались promoti и составляли штаб при магистре кавалерии (Iohan. Lyd., I, 48);

• драконарий (draconarius) — знаменосец, носивший штандарт в виде дракона; впрочем, по всей видимости, это не звание, а должность; в подтверждение данного предположения О. Шмитт приводит одну из надписей, согласно которой драконарий имел звание биарха[332]. Можно вспомнить и о драконарии Корнутов Мавре, который, по утверждению Аммиана, имел звание гастата (Amm., ХХ, 4, 18);

• кампидоктор (campidoctor) — военный инструктор, отвечавший за упражнения на плацу и обучавший новобранцев владению оружием (Veg., II, 7); кампидокторы должны были также возглавлять движение колонны войск во время марша, предварительно изучать поле сражения и даже командовать небольшими отрядами во время боя; впервые это звание отмечено в источниках конца II в. у провинциальных equites singulares (ILS, 2416); в следующем столетии оно часто встречается у преторианцев[333]; сколько было кампидокторов в одном подразделении, точно неизвестно; в «Стратегиконе» допускается, чтобы по одному кампидуктору было в одном пехотном подразделении (арифме) численностью не более 256 человек (Maur., XII, 8); это позволяет предположить, что в IV–V вв. в каждой центурии подразделения был как минимум один кампидоктор (Veg., III, 8); кампидоктор был, очевидно, старшим среди военных инструкторов отряда; в частности, он контролировал арматуров (armaturae), отвечавших за упражнения солдат в полном вооружении, а также докторов (doctores), тренировавших солдат на начальной стадии обучения[334];

• цирцитор (circitor) — по Вегецию, назывался прежде циркумитор (circumitor) и был обходчиком сторожевых постов (Veg., III, 8); однако закон Константина от 326 г. предусматривает ситуацию, когда это звание получал даже новобранец (CTh, VII, 22, 2, 2), поэтому мы вряд ли должны согласиться с Вегецием относительно обязанностей цирцитора: такая ответственная миссия, как обход караулов, не могла быть доверена человеку, не имевшему достаточного опыта; в данном случае более вероятным представляется утверждение Иоанна Лидийца, согласно которому цирциторами назывались те, кто, не умея еще сражаться, должен был, объезжая бойцов, обеспечивать их оружием (Iohan. Lyd., I, 46); звание circitor встречается в основном в кавалерийских подразделениях;

• тубатор (tubator) — трубач;

• декан (decanus) — десятник, командир отделения (contubernium), состоявшего из 10 солдат, живших в одной палатке и располагавшихся в строю друг за другом.

• семиссал (semissalis) — унтер-офицер, получающий полторы анноны (Iohan. Lyd., III, 46; 52; ILS, 2800);

• пехотинец / всадник (pedes / eques) — рядовой[335];

• рекрут (tiro) — новобранец, не имеющий еще статуса солдата[336].

Иерархия званий, аналогичная приведенной Иеронимом, продолжала существовать и в VI столетии, доказательством чему служит указ в Кодексе Юстиниана, согласно которому в специальном корпусе agentes in rebus было 48 ducenarii, 200 centenarii, 250 biarchi, 300 circitores, 450 equites (CJ, XII, 20, 3).

Многие позднеримские звания пережили эпоху Юстиниана и засвидетельствованы уже в «Стратегиконе». Это касается комитов или трибунов, которые находятся во главе отрядов (тагмы, арифма или банды), кампидокторов (кампидукторов), драконариев (бандофоров) и букинаторов, которые числятся в каждом подразделении (Maur., XII В, 7). Некоторые прежние звания сохранились, однако, в виде кальки с латинского. Так, например, произошло со званием центенарий, которое прижилось в греческой форме гекатонтарх (Maur., I, 3), или орнитобор (Maur., XII В, 7), что представляет собой греческую кальку латинского аквилифер (орлоносец)[337].

5. УСЛОВИЯ ВОЕННОЙ СЛУЖБЫ

Требования, предъявляемые к физическим качествам новобранцев. В римской армии всегда существовали определенные критерии, по которым отбиралась годная для службы молодежь. Согласно закону 326 г., рекруты не могли быть моложе 20 лет и старше 25 лет (CTh, VII, 22, 2 pr.). В 353 г. призывной возраст был снижен до 19 лет; сыновья ветеранов, уклонявшиеся от службы, считались военнообязанными до 35-летнего возраста (CTh, VII, 13, 1; XII, 1, 35).

Особые требования предъявлялись в отношении роста новобранцев. По сообщению Вегеция, для всадников и для солдат первых когорт легиона хорошим считался рост в 6 футов (177,42 см) или по крайней мере в 5 10/12 фута (172,49 см) (Veg., I, 5).

Присяга. Поступив в армию, молодой человек некоторое время считался рекрутом (tiro)[338]. В это время он не имел полного жалованья солдата. Если подразделение получало рекрутов больше, чем это было необходимо, то такие новобранцы считались сверхштатными (supernumerarii) и выступали в качестве слуг у офицеров (Veg., II, 20). Они должны были вноситься в списки основного состава по мере его убыли в результате увольнений или смерти. Анонимный автор трактата «О военных делах» предлагает в каждое из подразделений добавить по 50 — 100 таких рекрутов (Anon., De reb. bell., 5, 8).

В течение трех или четырех месяцев новобранцы обучались различным военным упражнениям (Veg., II, 5). После этого им выжигались особые метки на коже, и они заносились в списки подразделения (Veg., II, 5). Далее следовало принесение военной присяги (sacramentum). Со времен Августа действовало правило, чтобы присяга, которая, согласно республиканской традиции, требовала от солдата повиновения приказам консула или своего командира, приносилась исключительно на имя императора и должна была повторяться ежегодно[339]. После принесения присяги, когда рекрут становился солдатом, он получал освобождение от налогов на себя лично. Прослужив 5 лет, комитатенсы получали освобождение также для своих отца, матери и жены (CTh, VII, 13, 7. 3); ripenses после пятилетней службы получали освобождение только для жены (CTh, VII, 13, 6 pr.; 7. 3).

Обучение новобранцев. Мы достаточно хорошо знаем, как проходило обучение солдата в период Ранней империи, однако нам практически ничего неизвестно о том, как готовили солдат в позднюю эпоху. Предложенная Т. Моммзеном схема, когда одна часть армии состоит из полукрестьянской милиции («пограничные войска»), а другая — из варваров, плохо поддающихся обучению военным приемам («полевая армия»), совершенно исказила представление последующих исследователей по многим вопросам, связанным с организацией армии Поздней империи. Это, в частности, касается и вопроса об обучении новобранцев воинским приемам. В. И. Холмогоров приходит к выводу, что военное обучение в смысле «строевой подготовки целых частей армии» в позднеримский период прекратило свое существование[340]. Среди должностей командного состава, по словам ученого, исчезли те, которые непосредственно были связаны с обучением солдат (очевидно, имеется в виду прежде всего должность центуриона). Все это привело к тому, что «рекрут в Поздней империи мало чем отличался от "старослуживого" солдата»[341], Я. Ле Боэк склоняется к тому же мнению и считает, что ухудшение профессиональных качеств рядового состава было вызвано упадком всей системы обучения и военной подготовки. Причиной того, что существовавшие прежде правила оказались забытыми, стали исчезновение из армии офицеров сенаторского происхождения и гибель большого числа опытных центурионов во время бурных событий III в.[342]

Следует ли согласиться со столь критическим мнением, высказанным различными исследователями? Военный кризис III в., несомненно, оказал сильнейшее влияние на процесс подготовки солдата. Однако это не означает, что в армии перестали обучать новобранцев и тренировать остальной личный состав. Такие занятия, несомненно, проводились. Для этого при каждом военном лагере существовал особый плац (campus) (Amm., XXI, 2, 1)[343]. Будущий император Юлиан должен был начать свою военную карьеру с того, что прошел курс обучения приемам владения оружием (Amm., XVI, 5, 10). Тренировки войск были ежедневными (Amm., XIV, 11, 3)[344]. Сравнивая римских солдат с аламаннами, Аммиан утверждает, что хотя германцы были выше и сильнее римлян, последние превосходили их своей опытностью (Amm., XVI, 12, 47)[345]. В другой раз он прямо говорит, что римляне были лучше обучены военному делу, нежели варвары, полагавшиеся исключительно на свою храбрость (Amm., XXVII, 10, 13)[346]. «Пирриху», о которой упоминает Аммиан Марцеллин, мы, очевидно, должны воспринимать не как особый военный танец, а как необходимый элемент строевого обучения, призванный научить солдат каждого отряда синхронным действиям в бою[347]. Аммиан обвиняет магистра Сабиниана в том, что накануне персидского вторжения тот «устраивал на кладбище города Эдессы пирриху под звуки музыки» (Amm., XVIII, 7, 7). Историк ошибочно полагает, что магистр проводил подобные представления, чтобы умилостивить мертвецов. Однако сам же Аммиан утверждает, что пирриху исполняли, чтобы обучиться «искусству более ритмичного движения» (Amm., XVI, 5, 9)[348]. В эпоху Империи пирриха — это уже не танец с оружием, а серия перестроений, совершаемых солдатами по определенной команде[349]. Важность этого упражнения была такова, что оно сохранялось в римской военной практике еще в VI столетии во времена Юстиниана I (Agath., II, 1).

Даже Вегеций, писавший несколько позже Аммиана и отразивший в своем труде состояние глубокого упадка современной ему военной системы, заявляет, что тренировки проводятся и в его время (Veg., I, 13), солдаты совершают упражнения на поле (campicursiones) (Veg., III, 4), а обучение их возложено на кампидокторов (Veg., II, 7). Слова Вегеция подтверждает Зосим, согласно которому Генерид, бывший в 408 г. магистром Далмации, постоянно заставлял свои войска заниматься боевой подготовкой (Zos., V, 46, 5).

В настоящее время получило распространение мнение, согласно которому те сложные тактические приемы, которые совершали позднеримские армии на полях сражений, недвусмысленно свидетельствуют о континуитете, античной военной теории в классический и поздний периоды, позволившем не только сохранить свои высокие профессиональные качества офицерскому корпусу, но и поддерживать на должном уровне систему обучения войск[350].

Состояние дисциплины. Различные источники, имеющиеся в нашем распоряжении, дают повод говорить об упадке воинской дисциплины в армии Поздней империи. Аммиан с горечью говорит о разнузданности солдат (intemperantia militis), об их склонности к возмущению и бунту (Amm., XVI, 12, 14). В его тексте, так же как и в других литературных источниках, можно найти множество примеров в подтверждение этого. Позднеримские армии часто страдали от своеволия солдат и их склонности к грабежам (Amm., XVIII, 2, 7). Вообще, как кажется, корысть стала одним из главных мотивов, заставлявших солдат нарушать свой долг (Amm., XXIII, 5, 21).

[315] «Tribunus gentis Marcomannorum».

[316] Vogler Ch. Les officiers… Р. 399.

[317] Grosse R. Römische Militärgeschichte… S. 144.

[318] CTh, VI, 13, 1: «Praepositos ас tribunos sholarum…»; CTh., VII, 12, 1: «Ne cui liceat praepositorum vel decurionum vel tribunorum cohortium…»; CTh. VII, 21, 1: «…Si qui ex protectoribus vel ex praepositis vel ex tribunis…»; в одной из статей (CTh., VII, 4, 36) трибуны названы впереди комитов: «Si quando tribuni sive comites vel praepositi numerorum».

[319] Леты образовывали особую категорию варваров-поселенцев, на которых лежала обязанность отправки в римские войска своей молодежи. На сегодняшний день не существует единого мнения относительно того, кем были леты и каков был их правовой статус. Т. Моммзен считает их побежденными варварами, насильственно поселенными в империи на правах крепостных. А. Х. М. Джонс находит, что леты были германцами, добровольно переселившимися в Галлию в поисках защиты (Jones А. H. M. The Later Roman Empire… Р. 620). По вопросу о летах см.: Schönfeld M. Laeti // RE. 1924. Bd. 12, Hbbd. 23. SP. 446–447; Demougeot E. Laeti et gentiles dans la Gaule romaine du IV siècle // Actes du Colloque d'Histoire Sociale de Université dе Besaçon 1970. Paris, 1972. Р. 101–112; Günter R. Einige neue Untersuchungen zu Laeten und Gentilien in Gallien in 4. Jahrundert und zu ihrer historischen Bedeutung // Klio. 1977. Bd. 59. Hft. 2. S. 311–321.

[320] Холмогоров В. И. Диоклетиано-константиновская военная реформа… С. 10.

[321] Jones А. H. M. The Later Roman Empire… Vol. II. P. 640. — Слово praepositus образовано от латинских prae и pono («ставлю над»). По-этому это, скорее всего, термин, обозначающий начальника, военного или штатского, поставленного во главе воинского подразделения или какого-либо ведомства.

[322] «Si praepositus romanae legionis vel cohortis gesserit tribunatum…» («Если препозит римского легиона или когорты занимает пост трибуна…»); таким образом, приходится предположить, что не всегда командир подразделения (включая легионы) должен был иметь звание трибуна.

[323] Впрочем, нельзя не отметить, что различие между трибунатом и препозитурой носило вполне официальный характер («ad tribunatus praepositurasque perveniunt») (CTh, VII, 20, 13).

[324] «Secundum praesentes matriculas».

[325] Jones А. H. M. The Later Roman Empire… P. 633. — Представление о том, как выглядел командный состав алы в позднеримскую эпоху, дает нам надпись ChLA, XVIII, 600, в которой перечислены офицеры и унтер-офицеры Третьей алы ассирийцев (ala III Assyriorum), Ала состояла из десяти турм. Во главе каждой турмы стоял декурион. Командиром алы был декурион первой турмы, который стал теперь называться princeps I turmae. Ступенью ниже декуриона стоял summus curator, отвечавший за обеспечение подразделения фуражом, и actuarius — интендант, ведавший продовольственным обеспечением. Еще ниже рангом был catafractarius и на самой нижней ступени должен был, очевидно, находиться eques. Подобная иерархия воинских должностей продолжала существовать в некоторых кавалерийских подразделениях еще в начале V в. (Zuckerman С. Le camp de Ψῶβθις / Sosteos et les catafractarii // ZPE. 1994. Bd. 100. S. 201.).

[326] Richardot Ph. Hiérarchie… Р. 422.

[327] Schmitt О. Stärke… S. 100.

[328] Le Bohec Y. L'armée Romaine sous le Bas-Empire. Р. 85, n. 114.

[329] Richardot Ph. Hiérarchie… Р. 422.

[330] Le Bohec Y. L'armée romaine d'Afrique de Dioclétien à Valentinien I // ARDV. Р. 255.

[331] Cosme P. L'évolution de la bureaucratic militaire romaine tardive: optiones, actuarii et opinatores // АRDV. Р. 400, n. 31, 32.

[332] Schmitt О. Stärke… S. 101.

[333] Janniard S. Campicursio, pyrrhique et campidoctores: entraînement aux mouvements collectif et instructeurs dans l'armée romaine tardive // MSMR. Р. 278–298.

[334] Ibid. Р. 279. — Звание доктор засвидетельствовано в эпиграфических источниках III в. Затем оно исчезает. Упоминание о нем встречается только у Вегеция. Предполагается, что в IV столетии функции doctores перешли к унтер-офицерам, носившим звание magistri (ibid. Р. 279, n. 21).

[335] Le Bohec Y. L'armée Romaine sous lе Bas-Empire. Р. 87.

[336] Richardot Ph. Hiérarchie… Р. 424.

[337] «Стратегикон» Маврикия. С. 207, примеч. 2.

[338] Согласно утверждению Иоанна Лидийца, рекрутами назывались те новобранцы, которые по причине бедности были вынуждены выполнять роль слуг у солдат во время начального периода своей службы (lohan. Lyd., I, 47, 3). Иоанн, по-видимому, допускает ошибку, путая рекрутов со сверхштатными.

[339] Cascarino G. L'esercito Romano… Р. 12.

[340] Холмогоров В. И. Диоклетиано-константиновская военная реформа… Гл. XII. С. 72.

[341] Там же.

[342] Le Bohec Y. L'armée Romaine sous le Bas-Empire. Р. 18.

[343] «…Scutum variis motibus exerceretur in campo…».

[344] «…Cotidiana proludia exercitus.».

[345] «…Milites usu nimio dociles…».

[346] «…Hinc arte belli doctior miles, inde licet feroces sed incauti barbari…».

[347] Janniard S. Campicursio, pyrrhique et campidoctores: entrainement aux mouvements collectif et instructeurs dans l'armée romaine tardive // MSMR. Р. 277.

[348] «…Artemque modulatius incedendi per pyrricham concinentibus disceret fistuIis».

[349] Janniard S. Campicursio… Р. 277.

[350] Ibid. Р. 275.