Школа смелых: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Калин пошел с Енчо. Один из вновь пришедших был железнодорожник, сухощавый старик с измученным лицом, другой — почтовый служащий, молодой, энергичный, с веселыми лучистыми глазами.

Пока они грелись у печки и пили чай, Стаменов расспрашивал их о стачке.

— Застряло. Ну ни в какую! — проворчал старик. — Правительство не идет на уступки.

Но молодой бодро хлопнул его по колену:

— Что ж из этого? Ну, сейчас проиграем, но будущее-то наше! Ведь это только начало. Рано или поздно мы победим. Разве вы не видите, что весь народ с нами, сочувствует нам?

— Да, это самое важное: завоевать народные сердца! — промолвил Стаменов.

Они повели гостей через рощу — в пастушью хижину, соседнюю с той, в которой прятались Илия с товарищем. Пастухи были свои люди, хорошие, надежные, и приняли их радушно.

— Ну, товарищи, как вы тут?

— Да не жалуемся, сено греет не хуже печи. И леса вдоволь. На нас смотрит.

До вечера ребята собрали не один мешок продуктов. Енчо Марков остался ночевать у Стаменовых. Этот вечер был один из самых счастливых в их доме. Даже Андрей и Зорка полночи не спали, не могли наслушаться. Сон одолевал, веки слипались, но оба, вытаращив глаза, сидели на топчане, закутанные по пояс в одеяло, и, разинув рот, слушали беседу взрослых. В конце концов Зорка слушала-слушала, да и клюнула носом в расшитую по краям розами, набитую лоскутом подушку. Она до того уморилась, что заснула, даже не сняв руку со спинки стула.

— Соня! Несмышленыш! — с презрением воскликнул Андрей, увидев, что большие над ней смеются, и подтянулся.

Но не надолго. Через несколько минут бедняга, сам того не заметив, повалился как подкошенный.

На другой день двое саней, до отказа набитых провизией, выехали в Берковицу. Кроме возниц, на санях ехали Енчо и Мирка. Неожиданный отъезд Мирки поразил Калина. Утром, перед тем как тронуться в путь, Енчо вдруг объявил:

— Мирке тоже придется поехать со мной в Берковицу.

Калин удивленно поглядел на него. Как он смеет так говорить: «Мирке придется»! Да отец не пустит ее.

— Зачем? Разве это так необходимо? — спросил Стаменов.

— Да, — коротко ответил Енчо и отвел его в сторону.

«Нам нужны сестры милосердия — ухаживать за ранеными товарищами, — расслышал Калин. — А она… Значит, она мобилизована…»

И Стаменов отпустил Мирку. Это еще больше удивило Калина. Кто ж это ее мобилизовал?

Мирка вернулась через четыре дня. Но сколько ни расспрашивал ее Калин, что она делала в Берковице, она ничего ему не сказала.

Забастовщики продержались еще несколько недель, но ничего не добились. Через два месяца упорной борьбы стачка окончилась безрезультатно. Правительство преследовало, арестовывало, расстреливало забастовщиков. Широкие социалисты и «земледельцы» из профсоюза изменили. Но борьба не прошла даром. Она закалила сотни новых борцов, и не случайно «Работнически вестник» писал об этой стачке, что она все же принесла большую пользу: научила рабочих бороться.

Вскоре после этого партийная группа в Бистрице единодушно приняла в партию Илию Лозанова. С почты его уволили, и ему пришлось вернуться в слесарную мастерскую. Но он был счастлив. Эта стачка дала ему очень много. Он связал свою жизнь с самой славной партией — коммунистической, вызвал восхищение своей дочери и окончательно завоевал ее сердце.

Глава двенадцатая.

Растет число пешеходов

Наступила весна. Гимназисты опять стали ходить в село пешком.

Обычно по субботам, после уроков, они собирались на площади перед почтой и вместе трогались в путь. В этот день с Миркой, Калином и Живко должна была пойти подруга Мирки Гинка, все еще работавшая в ученицах у портнихи и редко ходившая в село, да еще один ученик. Пока ребята дожидались своих спутников на площади, подкатил извозчик, на котором обычно ездили домой Симеон, Виктор и Боянка. Теперь в пролетке сидели только Симеон и Виктор. Боянки не было. Извозчик остановился у дороги на Бистрицу.

«Верно, Боянку ждут», — подумал Калин, не сводя глаз с пролётки. Он видел Боянку на переменах, но ему редко удавалось поговорить с ней. Она дружила с богатыми берковицкими девочками, с Симеоном и Виктором, а товарищами Калина были гимназисты из среды городской и сельской бедноты.

Наконец на улице, которая вела к вокзалу, показалась Боянка. Она несла в руке туго набитый ранец, на ногах у нее были коричневые спортивные ботинки. Но, к удивлению Калина, она направилась не к извозчику. Виктор, увидев ее, соскочил с сиденья и побежал ей навстречу:

— Садись, Боянка! Мы тебя заждались.

— Ведь я сказала, что не поеду с вами! Поезжайте одни, — сухо ответила она, не останавливаясь.

Только тут Калин заметил, что Боянка сердитая, невеселая и не хочет смотреть на Симеона Думанова.