— Он укусил тебя, — утвердительно произнес Скотт, до этого ни разу ни вмешивающийся в мой рассказ, и я только кивнула в ответ, взглянув на стоящего напротив юношу. Остальные молчали, рассматривая меня с разной степенью жалости, от которой буквально воротило, и я старательно пыталась не замечать этого, сосредоточившись на одной точке в пространстве перед собой.
— Я тяжело перенесла превращение, постоянно то теряла сознание, то приходила в себя, а кровь все никак не останавливалась, и мне было так больно! — волчица тоскливо завыла в груди, причиняя почти физическую боль. — Легче стало только спустя некоторое время, и очнулась я уже в чужом доме, в чужом теле и с этим на шее, — я в сердцах дернула ошейник, тихо звякнувший сломанным звеном толстой цепи, оставшимся после всего произошедшего. — Оборотень, сделавший это со мной, обо всем мне рассказал, он сообщил, кто он такой, и кем стала я. Убийство моей семьи, кажется, его совсем не волновало, но просто хотел заполучить волчицу в свою стаю, и разрушил всю мою жизнь только потому, что ему так захотелось. Все это время он держал меня в своем подвале на цепи, как собачонку, не выпускал на волю, прекрасно зная, что я сбегу при первой же возможности, пусть даже и не зная, куда. Хотя это все бесполезно, мне ведь и так не было, куда идти. Тем более, учитывая то, кем… — я на мгновение запнулась, подбирая правильные слова, — я стала.
— Но какой в этом смысл? — подала голос Лидия, до этого внимательно прислушивающаяся к моему рассказу. Переведя взгляд на девушку, я заметила, как она подалась вперед, испытывающе глядя на меня. — Убивать целую семью просто для того, чтобы запустить в кого-то зубы…
— Лидия, — оборвал рыжеволосую до этого молчавший Айзек, многозначительно покосившись на девушку. Та лишь недовольно фыркнула, однако в ответ просто пожала плечами, не собираясь спорить или извиняться за проскользнувшую в голосе грубость.
— Думаю, вы прекрасно понимаете, зачем оборотню нужна волчица, — громко фыркнула я, в упор уставившись на Лидию тем самым, давно привычным взглядом, который столь сильно злил альфу, и за который я обычно получала сильный удар, от которого звенело в ушах. Девушка нахмурилась, вновь откинувшись на спинку кресла, а мой взгляд скользнул по темнеющей на ее бедре татуировке. — Как минимум двое из вашей стаи уже встретили своих истинных и обрели способность полноценно обращаться в волка.
— Вообще-то, их чуть больше, — хмыкнул Айзек, лучезарно улыбнувшись, когда я вопросительно изогнула бровь, после чего приподнял футболку, демонстрируя свою татуировку, изображающую резной лук с натянутой тетивой, на которую была наложена вот-вот готовая сорваться стрела. Оперение чуть подрагивало при каждом вздохе оборотня, а заметив короткий взгляд, брошенный парнем на Эллисон, подпирающую плечом дверной косяк, я ни на мгновение не усомнилась в том, кто же его истинная.
Пусть даже и человек, неспособный видеть собственную метку — грозно рычащего волчонка, сверкающего расплавленным золотом глаз на левой ключице, прямо над сердцем.
— Это не то, о чем сейчас нам стоит думать, — привлек к себе внимание Скотт, заставив оглянуться на него. Подойдя ближе, парень присел на краешек дивана, склонившись ко мне и уставившись в глаза. — Этот психопат убил твою семью, — брюнет на мгновение замер, заметив, как я вздрогнула. — Извини.
— Все в порядке, — покачала я головой, опустив взгляд.
В конце концов, я давно уже свыклась с мыслью, что моя жизнь — непрекращающийся Ад, который день ото дня сводит меня с ума. За три года безумия воспоминания почти стерлись, словно смазанные ластиком, куда важнее для меня было выжить в том ненавистном подвале, куда важнее было справиться с гневом при виде полыхающих перед лицом алых глаз, куда важнее было не потерять саму себя в схватке с живущим в груди зверем. Я отчаянно цеплялась собственную личность, я бесконечно шептала свое имя, чтобы не забыть, и все остальное становилось абсолютно неважным.
Я пыталась выжить, и почему-то мне не было стыдно за то, что я очерствела и перестала чувствовать.
— Он превратил тебя, потому что знал, что иначе ты не останешься с ним, а без своей истинной у него не будет достаточно сил, чтобы обращаться, — рассуждал Скотт, подводя итог тому, что я успела рассказать. Лицо его постепенно мрачнело, а в глазах горел темный огонек, который мне ну никак не нравился. Волчица настороженно ворчала в груди, чувствуя исходящую от оборотня силу, и я ощущала себя как-то неловко.
Почему-то в голове вдруг вспыхнула мысль, что мне куда уютней было в холодном и сыром подвале, где было страшно, но где я большую часть времени была одна.
— У него их и так нет, — я отвлеклась от своих размышлений, вновь обведя взглядом находящихся здесь людей. Оглянулась на Стайлза, который на удивление молча слушал мой рассказ, время от времени что-то беззвучно шепча себе под нос и отчаянно хмурясь. На последних моих словах паренек вздрогнул от удивления, и покосился на меня совершенно недоверчиво, будто считал, что я шучу. — Я не его истинная, он ошибся.
— Тогда какого черта… — нахмурилась Лидия, вновь не удержавшись от едкого комментария. Покосившись на нее, я невольно задумалась о том, как же ее несносный характер выдерживает ее волк, которому оставалось только посочувствовать.
— Он некоторое время следил за мной, и думал, что я ему подойду, но моя метка… — я невольно коснулась подушечками пальцев мирно дремлющего волка на собственном запястье. От черных линий исходило тепло, но зверь по-прежнему спал, испещренный тонкими, но уже давно зажившими шрамами. Следы, оставленные острыми когтями альфы, заживали очень быстро, однако мой персональный кошмар наносил их вновь и вновь, и в какой-то момент шрамы просто перестали исчезать. — Связь не пробудилась, поэтому он пытался просто подавить ее, активировать силой, считал, что ему удастся заставить волка проснуться, и поэтому не отпускал. Он говорил, что когда-то кому –то это уже удавалось, хотел повторить тот опыт, пусть до конца и не был уверен в результате.
В комнате повисла тишина, прерываемая только хриплым дыханием, которое давило на чувствительный слух. Где-то на улице проехала, шурша шинами, машина, откуда-то издалека послышались незнакомые громкие голоса, а в соседнем доме громко залаяла собака. Нахмурившийся Скотт переглянулся с таким же удивленным Айзеком, а Лидия впервые за все время позволила себе проявить интерес, подавшись вперед и рассматривая меня внезапно вспыхнувшим взглядом. Стоящая у дверного проема Эллисон впервые за все это время подала голос, подойдя поближе и сведя брови к переносице:
— Я никогда не слышала о подобном, если честно. В семейных архивах об этом не упоминалось, — брюнетка покачала головой, глядя на меня с заметным скептицизмом.
— Питер может знать об этом, можно спросить его, — рыжеволосая пожала плечами, однако не стала куда-то бежать и кому-то звонить, просто сделала себе мысленную пометку вспомнить об этом, когда придет время.
Я поочередно взглянула на обеих самочек, после чего вновь опустила взгляд на кружку с давно остывшим чаем, которую Стайлз сунул мне в руки. Атмосфера в помещении вновь загустела, присутствующие здесь многозначительно переглядывались, словно ведя одним им известный мысленный диалог, а я невольно почувствовала себя в их компании совершенно чужой. В конце концов, передо мной сидела одна большая, сплоченная стая, члены которой были связаны узами, покрепче, нежели дружеские или семейные, и мои проблемы их совершенно не должны были касаться.
Я ведь была для них совершенно чужой, и мне, пусть и не демонстративно, однако давали это понять.
— Как тебе удалось сбежать? — спросил Стилински, резко повернувшись ко мне и заставив вздрогнуть от неожиданности. Подняв голову на парня, я поочередно посмотрела на остальных, а после пожала плечами, один за другим воспроизводя в памяти события трехдневной давности.
Сознание было исполнено лишь ярких вспышек света и болезненных воплей, премежающихся громоподобным рычанием, какофония шума давила на виски, и единственное, что я тогда чувствовала, это, пожалуй, искренний страх за свою собственную жизнь. Мне было абсолютно наплевать, что же происходит с другими, главной целью было сохранить собственную жизнь, и когда перед лицом замаячила возможность сбежать…
Я не раздумывала ни секунды.
— Одного из членов стаи выследили охотники, бета привела их прямо к логову, — эмоции, одолевавшие меня в тот день, вновь поспешили вернуться, и я, не справившись с ними, резко поднялась на ноги, пройдясь по комнате и сложив руки на груди. Зажившие ступни щекотал мягкий ворс ковра, впервые за долгое время я сумела согреться, с содроганием вспоминая ледяные объятия холода, царившего в моей импровизированной клетке, и сейчас я, как никогда, чувствовала себя в полнейшей безопасности.
Пусть и в компании других, совершенно незнакомых мне личностей, среди которых были оборотни, две подозрительные девицы и Стайлз. Я доверяла ему, а он доверял своим друзьям, и этого мне хватало, чтобы поделиться своей историей.
— Это произошло ночью, стая не была готова к нападению, а охотники застали нас врасплох. Альфы не было в логове, остальные растерялись, и за те несколько минут, пока они пытались сориентироваться в ситуации, погиб молодняк. Пятеро или шестеро волчат, точно не скажу, — подойдя к окну и уставившись на пустынную улицу, пожала я плечами. — Я только слышала вой и рычание. Завязалась драка, кто-то из охотников поджег дом. Мне бы не удалось выбраться самостоятельно, но в ту ночь, наверное, удача была на моей стороне. Схватка привела охотников в мой подвал, один из оборотней попытался помочь мне, но его подстрелили… Он успел только разорвать цепь, отвлек на себя охотников, а я… я просто воспользовалась хаосом и сбежала в лес, — выпрямившись, я резко повернулась к остальным и успела заметить, как хмуро переглянулись Скотт со Стайлзом. Кажется, мой рассказ им совсем не понравился, хотя уверенно сказать это я не могла. — Идти мне было некуда, у меня не было ни денег, ни даже нормальной одежды, только чертов ошейник и безумная история, за которую меня вполне могли упечь в психушку. Мне удалось выйти к дороге и найти указатель, а дальше я просто шла по лесу, надеясь, что иду правильно. Как видите, мне удалось найти дорогу домой.
Завершив свой рассказ робкой, натянутой улыбкой, я осторожно присела на подоконник, позволяя собравшимся в гостиной ребятам обдумать все услышанное. Признаться честно, с самого начала идея Стайлза созвать его стаю, как он называл своих друзей, мне совсем не понравилась, я не собиралась продолжать знакомство со сверхъестественным миром, хотела просто вернуться к себе домой, придумав красивую и красочную сказку для полиции, а после забыть все произошедшее, как страшный сон.
Я до сих пор не понимала, как Стилински удалось уболтать меня, как ему удалось перетянуть меня на свою сторону и доказать, что позвонить его «бро-оборотню» необходимо, однако факт оставался фактом — большое количество незнакомого народа собралось быстрее, чем я успела привести себя в порядок в маленькой ванной, куда Стайлз меня любезно сопроводил. В конце концов, если так подумать, я не теряла ничего, кроме времени. Стая узнала о том, что на их территории появился еще один заблудший оборотень, узнала о том, что на эту самую территорию я претендовать совсем не собираюсь, желая вернуться к прежней жизни, и, казалось бы, знакомство себя полностью исчерпало…
Только вот хмурые переглядывания Скотта с его друзьями меня немного напрягали.