Танец на волчьем берегу (СИ): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Еще раз дернувшись в бесполезной попытке освободиться, я распахнула слезящиеся глаза и безошибочно выхватила взглядом Киру, находящуюся в нескольких шагах от нас. Сидя на земле и баюкая сильно ушибленную руку, девушка с ужасом смотрела на меня, не зная, как помочь и словно не замечая, как темные волосы слиплись от крови. Кажется, у нее была разбита голова.Огонь в карих глазах погас, тень большой лисицы развеялась золотой дымкой, и теперь самочка вновь была такой же беззащитной и слабой, какой и казалась на первый взгляд. Заметила, что я смотрю на нее, а после абсолютно неслышно, беззвучно прошептала что-то, надеясь, что я пойму, что сумею прочитать по губам.

Стая…

Волчица приглушенно заворчала в груди, распахнув пасть, а я почувствовала, как забилось сильнее сердце, болезненно колотясь о ноющие ребра и перегоняя темную кровь. Горячее дыхание над ухом буквально сводило с ума, одна рука оборотня по-прежнему тянула ошейник, вторая с силой давила на бедро, грозясь вот-вот погрузить острые когти в мягкую плоть, и мне казалось, что я сейчас либо потеряю сознание, либо сойду с ума от страха. Хуже всего было от осознания того, что из-за меня пострадала Кира, что из-за меня она может умереть, и позволить этому случиться я просто не могла.

Не после того, что эта девушка сделала для меня.

В конце концов, она всего лишь на короткое мгновение подарила мне надежду, один крошечный шанс на то, что все еще можно исправить, что можно выйти из этой ситуации, которая сейчас складывалась — хуже некуда. Стоит лишь немножко постараться. Я ведь могу это сделать, правда? Я должна.

— Ты ошибся, — надсадно, срываясь на тихий хрип, произнесла я, и едва удержалась от позорного желания зареветь — горячее дыхание приблизилось почти к самому уху, я всем телом чувствовала тяжесть навалившегося на меня оборотня, и собственное положение казалось невероятно унизительным, от чего на последний план даже отступала боль. — Ошибся, когда решил, что я одна.

— Что ты… — мужчина на мгновение смешался, явно не ожидая подобного поворота событий, однако мне хватило и этой краткой доли секунды, чтобы попытаться перетянуть перевес на свою сторону.

Упираясь руками в асфальт, я дождалась, пока оборотень немного отстранится, а после резко рванулась вверх, чувствуя, как сводит судорогой тело. Затылок соприкоснулся с чужим подбородком, от чего по голове пошел гулять гул, над ухом громко зарычали, а хватка на ошейнике ослабла, давая мне свободу. Я дернулась всем телом, чувствуя, как наполняет легкие столь необходимый кислород, не глядя, пнула своего обидчика ногой, отбрасывая его от себя, а после, не желая вновь терять драгоценных мгновений, запрокинула голову к темнеющему небу, чувствуя, как вместе с громким воем, сорвавшимся с губ, рвется на свободу плененная в груди волчица.

По телу прокатилась горячая дрожь, нервы натянулись подобно струнам, а звериные инстинкты буквально взвыли, заставляя меня рвануться в сторону. Мгновением позже там, где находилась моя шея, пронеслась мужская рука, увенчанная острыми, как бритва, когтями, которые лишь разорвали на спине рубашку и выхватили клок светлых волос. Сердце грозилось выломать грудную клетку, острые клыки царапали искусанные в кровь губы, а от боли и запаха крови невероятно мутило.

С трудом поднявшись на дрожащие ноги и готовясь драться до последнего, я уставилась горящим взглядом на замершего напротив оборотня. Свое хорошее настроение он подрастерял, выглядел взъерошенным, а еще — необыкновенно злым, и я почему-то была уверена, что он с огромным удовольствием сейчас вцепится мне в горло. С острых когтей на холодный асфальт медленно капала вязкая кровь, хищный оскал будоражил инстинкты, и я могла лишь оскалиться в ответ, не желая уступать противнику.

Волчица в груди пригнулась, готовясь к броску, и я впервые за все эти три года, прошедшие с момента превращения, почувствовала, что мы с ней стали одним целым. К броску готовился не зверь внутри меня, к броску готовилась я сама.

— Гордон говорил, что ты нужна ему живой, — буквально выплюнул мой противник, гипнотизируя меня расплавленным золотом безумных глаз, и я застыла, услышав знакомое имя. На щеке мужчины кровью набухали несколько глубоких царапин, рубашка на груди так же была разорвана, и то очарование, на которое я купилась в первые несколько мгновений, сейчас испарилось без следа. — Видит бог, я очень постараюсь, чтобы до вашей встречи ты все еще дышала.

Вновь молниеносный бросок, вновь смазанные движения, и я даже не пыталась полагаться на собственное зрение, прислушиваясь к волчьим инстинктам, которые буквально орали где-то внутри, требуя не стоять на месте столбом. Отскочить в сторону, уйти от удара, пропустить над головой мужскую руку — я сама двигалась на пределе возможностей, чувствуя, что банально задыхаюсь, и былая уверенность, которая горела в груди всего пару мгновений назад, медленно сходила на нет. Давали о себе знать глубокие ранения, по-прежнему стекала на холодный асфальт вязкая кровь, и с каждым рваным движением тело все сильнее противилось следующему шагу. Уклоняться стало сложнее, отчаянным зверем завыла в груди волчица, предупреждая об опасности, а спустя мгновение голову неожиданно резко мотнуло от сильного удара.

Виски сдавило болью, в черепной коробке зазвенело, и на несколько кратких мгновений я просто выпала из реальности, не соображая, что вообще происходит. Этого времени оборотню хватило, чтобы, в два шага поравнявшись со мной, резко схватить меня за шею, приподнимая над землей. Горло перехватило спазмом, перед глазами потемнело, и я отчаянно пыталась дотянуться носочками до земли, чувствуя, как острые когти противника глубоко впиваются в мою шею.

— Ну, и где она? — мягко, почти ласково спросил мужчина, упиваясь моментом, и я не сдержалась от короткого всхлипа, распахнув глаза и сверху вниз глядя на ублюдка, который вновь широко улыбался, сжимая пальцы на шее все сильнее. — Где твоя стая, моя милая Тетти? Что-то я никого не вижу.

— А ты обернись, придурок! — послышался совершенно неожиданно звонкий, дрожащий от ярости голос, а в следующее мгновение события завертелись, словно в калейдоскопе.

По ушам ударило громкое рычание, где-то совсем рядом замелькали чьи-то тени, а рука, сжимающая мое горло, вдруг разжалась. Я вновь опустилась на землю, едва не упав и судорожно кашляя в отчаянной попытке заставить собственные легкие вновь работать. Кто-то бережно поддержал меня за плечи, не позволяя потерять равновесие, шум и рычание стали еще громче, превратившись в одну сплошную какофонию, а кровь шумела в ушах, не позволяя сосредоточиться на том, что происходит вокруг.

— Эй, держись, Тетти, слышишь? — сквозь плотный туман, клубящийся в сознании, ворвался чей-то знакомый, встревоженный голос, кажется, меня кто-то подхватил на руки, однако все это я замечала лишь на периферии, пребывая между сном и явью. Слабость, боль и страх, смешавшиеся в один плотный комок, наконец, меня одолели, и я сама себе больше напоминала труп, нежели живого человека. — Ну же, давай, регенерируй. Черт возьми, Тетти!

— Не смей отключаться! — еще один голос раздался неожиданно близко, а в следующее мгновение кто-то с силой ударил меня по лицу.

Волчица в груди зло щелкнула зубами в ответ, с губ сорвалось громкое рычание, и я распахнула полыхнувшие лазурью глаза, немигающе уставившись в лицо Эрики, нависшее прямо надо мной. Блеск желтых глаз привлек внимание, я шумно вздохнула, разглядев знакомые черты, а девушка, увидев, что я пришла в себя, резко отстранилась, тряхнув густой копной блестящих волос. Судя по тому, как она сильно хмурилась, приподняв верхнюю губу и оскалив клыки, самочка явно была не в лучшем расположении духа, глухо порыкивала в ответ на шум, раздающийся откуда-то из-за моей спины, однако во взгляде царила неподдельная тревога, и я почувствовала, как присмирела в груди моя волчица.

— Ты как, порядок? — уточнила она, внимательно осмотрев меня и подмечая каждое повреждение, однако ответить ей я просто не успела.

— Издеваешься?! Ее только что чуть не выпотрошили, как рождественскую индейку! — громкий голос Стайлза буквально ударил по ушам, полностью приводя меня в сознание, и я понемногу начала соображать, подметив, что нахожусь на руках встревоженного не на шутку Стилински, припавшего на одно колено, что рядом стоит перепуганная и невероятно бледная, но, кажется, весьма бодрая Кира, и что Эрика постоянно косится куда-то в сторону, то и дело порываясь броситься вперед.

Эта девушка напоминала мне дикое, неуправляемое пламя, однако рядом с ней почему-то все равно было спокойно.

— Вы… Вы услышали, — надсадно прохрипела я, чувствуя, как при каждом вздохе в горле что-то неприятно хрустит. Рану на животе буквально жгло огнем, плеча я почти не чувствовала, а окровавленная рубашка прилипла к телу и теперь неприятно стягивала кожу, отзываясь болью каждый раз, когда я неловко шевелилась. — Услышали, как я…

— Еще бы не услышали, — громко фыркнула Эрика, лукаво мне подмигнув. — Ты же так старалась, что каждого до костей пробрало, вон, даже Джексон примчался.

Только после этих слов я обратила внимание на то, что же происходит на пустынной улице за моей спиной. Хаотический танец бесплотных теней испугал, не позволив разобраться в том, кто же сражается этим вечером в неверных осенних сумерках, однако вот зрение немного привыкло к невероятной скорости противников, и я смогла рассмотреть уже знакомого русоволосого оборотня, который зло рычал и вертелся волчком, пытаясь одновременно отбиться от четверых противников, действующих невероятно слаженно.

Бешено рычащий Скотт впервые на моей памяти был в такой ярости, он действовал решительно и молниеносно, атакуя оборотня раз за разом, и его глаза полыхали жидким янтарем, пугая даже меня. Он бил яростно и в полную силу, а мой обидчик, едва успевая уклоняться от ударов МакКолла, тут же попадал прямо в руки Айзека, всегда такого солнечного и улыбчивого Айзека, который сейчас был похож на безумного зверя, скаля острые клыки и раз за разом запуская когти в тело упрямого оборотня, все еще не желающего сдаваться.

Рядом с парнями, не уступая им ни в ярости, ни в скорости, ни в силе, дралась Малия, ее густые волосы растрепались, а глаза, как и мои, горели ярко-голубым. Она зло рычала, то отступая на пару шагов, то вновь бросаясь в бой, а возле нее, пребывая в частичной трансформации и пугая длинным чешуйчатым хвостом, темнела фигура Уиттмора. Я очень сомневалась в том, что он решил помочь мне по доброте душевной, скорее всего, парень просто последовал за своей истинной.

Впрочем, сейчас мне было абсолютно все равно, я понимала только то, что эти ребята прибыли на мой зов, они не отвернулись, когда мне понадобилась помощь. И от осознания этого к горлу подкатывал горький комок.

— Они справятся, сейчас важнее тебя на ноги поставить, — заметив мой взгляд, произнес Стайлз. Парень был встревожен и взъерошен, взгляд карих глаз испуганно бегал то к моему лицу, то к дерущимся оборотням, и брюнет явно не знал, за что хвататься в первую очередь. От вида крови его, кажется, немного мутило, а лицо было таким бледным, что я опасалась, как бы Стилински не рухнул в обморок.