Ладонь легко скользнула по животу, и я словно пришла в себя, опустив голову и буквально чувствуя, как округляются от удивления глаза. Кожа на животе была абсолютно гладкой, не было видно и следа той страшной рваной раны, а мерзкое ощущение заливающей тело крови кануло в небытие. Поспешно оттянув широкий воротник футболки, я убедилась в том, что и плечо зажило, словно ни в чем ни бывало. Из груди невольно вырвался тихий, несколько нервный смешок, и я сокрушено покачала головой, приложив ладонь к шее.
Короткие ноготки легко царапнули бледную кожу, и я тут же шумно вздохнула, чувствуя, как внезапно перехватило дыхание. Беспомощно оглянулась, пытаясь найти любую отражающую поверхность, а после, не добившись желаемого, почти прижалась телом к огромному окну от пола до потолка, даже не заметив, как резко контрастировало холодное стекло с горячей кожей. Безумный взгляд выцепил расплывчатое отображение бледного перекошенного лица с полыхающими от волнения голубым глазами.
Острые ключицы резко выступали в широком вороте футболки, спутанные светлые волосы большими кольцами падали на плечи, почти не выделяясь на фоне длинной бледной шеи, и все было бы вполне обычно и правильно, если бы не ощущение странной, необычной пустоты.
Знакомого, абсолютно… привычного, что ли, ободка металла, который, кажется, просто въелся в кожу, больше не было.
Чертового ненавистного ошейника больше не было.
— Мы использовали болторез, — послышался где-то за спиной негромкий хриплый голос, и я, дернувшись от испуга, резко обернулась, чувствуя, как заходится в диком испуге сердце.
Деревянная дверь, до этого плотно закрытая, сейчас приоткрылась, а в дверном проеме, по-прежнему пугая своей мрачностью и подавляющей силой, виднелась внушительная фигура Дерека Хейла, привычно сложившего руки на могучей груди. Лицо мужчины было сокрыто тенью, хищно поблескивали темно-зеленые глаза, в глубине которых я, кажется, видела то и дело вспыхивающие алые отблески.
Под его тяжелым взглядом я почувствовала себя неловко и рефлекторно обхватила себя за плечи, невольно переступив по холодному деревянному полу.
— Дерек… — губы неожиданно пересохли, и я поспешно облизала их, пытаясь как можно скорее взять себя в руки. В компании альфы, даже не смотря на мою огромную благодарность за спасение, все равно было не по себе.
С шумным вздохом я попыталась воззвать к своему зверю, надеясь хотя бы на ее поддержку, однако меня ждало жестокое разочарование.
Дикая и неуправляемая волчица лишь мягко заурчала подобно домашней кошке, игриво перекатившись на спину и рассматривая Хейла внимательным взглядом.
— Другого выхода не было, хотя Стайлз на полном серьезе предлагал использовать циркулярную пилу, — в голосе мужчины скользнуло плохо скрываемое раздражение, однако он, не став акцентировать на этом внимания, лишь сделал шаг вперед, войдя в комнату и оставив дверной проем позади.
Я попыталась не замечать того, как невольно отступила к окну, не сумев справиться с внезапно охватившим тело волнением, а легкие с каждым вздохом все больше заполнял знакомый терпкий запах, от которого на мгновение закружилась голова. Кажется, теперь я поняла, в чьей одежде и в чьей постели очнулась этой ночью.
— Как ты себя чувствуешь? — поинтересовался брюнет, в излюбленном жесте склонив голову набок.
— Спасибо, мне уже лучше, — я дернула уголками губ в робкой улыбке, а после, втянув полной грудью пряный приятный запах, невольно расслабилась, чувствуя, как опаска медленно, но верно уходит, уже не заставляя изо всех сил вжиматься в окно. — Я, кажется, так и не сказала тебе спасибо за то, что ты спас меня. Если бы вы с волчатами не прибыли вовремя… — я запнулась, ощущая себя неловко, после чего покачала головой. — Кира могла бы пострадать.
— Ты думаешь о ней в то время, когда и сама могла умереть? — нахмуренный лоб мужчины вдруг разгладился, взгляд потеплел, и мне лишь на какое-то короткое мгновение показалось, что тонкие губы изогнула усмешка. Впрочем, она тут же сменилась странной маской, чем-то средним между недоверием и раздражением. — Что же творится в твоей голове, Тетти Роуз?
— Мне-то явно ничего не угрожало, — я пожала плечами, невольно поморщившись при воспоминании об острых когтях, разрывающих плоть. Судя по тут же нахмурившемуся Дереку, он подумал о том же. — Гордон хочет заполучить меня живой, в конце концов, тот парень не убил бы меня, просто побоялся бы, что альфа разозлится. А вот Кира… Кира всерьез была в опасности, и я очень рада, что вы успели вовремя. Что вообще откликнулись на мой зов.
Комок в горле помешал продолжать, и я опустила взгляд, рассматривая свои босые ноги и сжимая пальцами тонкую ткань чужой футболки. Светлые волосы густой пеленой завесили полыхающее от смущения лицо, я приглушенно кашлянула, стараясь справиться с волнением, а после вздрогнула, когда голос Хейла раздался гораздо ближе, чем я ожидала:
— Поступить по-другому мы не могли, — произнес мужчина и перехватил мой взгляд, когда я резко вскинула голову. От него веяло уверенностью и безопасностью, рядом с ним было спокойно и тепло, и почему-то даже мысли о том, что Гордон действительно ищет меня, и что он уже перешел к решительным действиям, сейчас отошли на последний план. Мимолетное убеждение в том, что рядом с альфой мне ничего не угрожает, оказалось куда сильнее эмоций, чувств и страхов. — Вы ведь обе члены нашей стаи, а когда моей стае что-то угрожает, — голос Хейла понизился до едва различимого рычания, от которого по телу пробежались мурашки, — я этого терпеть не стану.
Сказано это было с такой уверенностью, что я ни на мгновение не усомнилась в правдивости его слов, неожиданно отозвавшихся теплом где-то в груди. Пусть он говорил абсолютно правильные, логичные вещи, пусть он говорил спокойно и размеренно, не выражая никаких эмоций, однако прозвучало это все равно как-то…
Я и сама не могла понять, почему же так сложно скрыть изгибающую губы улыбку, которая то и дело порывалась озарить лицо.
Слишком внимательный взгляд по-прежнему не давал покоя, заставляя чувствовать себя несмышленым ребенком, и подобное ощущение мне совершенно не нравилось. От пряного запаха все сильнее кружилась голова, по телу то и дело пробегала дрожь, и я беззвучно молилась о том, чтобы Дерек не заметил, как быстро колотится мое сердце. Я не могла понять, почему так реагирую на мужчину, не могла понять, почему так страшно взглянуть ему в глаза, не могла понять, почему же никак не удается удержать рвущуюся из груди волчицу, и даже не замечала, что рефлекторно прячу за спину украшенную татуировкой руку.
Впрочем, все равно ведь это было бесполезно, Хейл наверняка ее видел за то время, что я пробыла без сознания.
— А что… там вообще произошло? — неуверенно спросила я, вновь взглянув на оборотня. Взгляд зацепился за колючую щетину, скользнул по тонким губам, а после надежно закрепился где-то на уровне переносицы брюнета. Почему-то по-прежнему не получалось смотреть ему в глаза. — Я ничего не помню после того, как ты… разорвал тому ублюдку горло. С ребятами все в порядке? Кажется, Кира была ранена. Скотт и Айзек… Еще там были Малия и Эрика, верно? Я помню, как Стайлз держал меня на руках… — я запнулась, нахмурившись и пытаясь припомнить события страшного вечера, а после невольно обхватила себя руками, пытаясь избавиться от неприятного ощущения липкой крови, обжигающей кожу. Тряхнула головой, отбрасывая ненужные мысли, и нервно огляделась, словно впервые увидев комнату, в которой находилась. — Я почему-то совершенно не помню, как оказалась здесь… И что это вообще за место…
— Я здесь живу, — произнес Дерек, прерывая мой сбивчивый монолог, от которого начинало мутить даже меня. Вздрогнув, я все-таки решилась взглянуть ему в глаза.
Хоть и на краткое мгновение.
— Да, это я уже поняла, — сорвался с губ шумный, нервный вздох, заставивший меня с силой смежить веки.
Ситуация была почти комичной, однако смеяться совершенно не хотелось, и единственное, что мне оставалось, это лишь неловко переминаться с ноги на ногу у большого окна, купаясь в неверном лунном свете. Хейл, стоящий в паре шагов от меня, был почти полностью скрыт в тени, черты его лица едва угадывались в ночном сумраке, и лишь порой на мгновение вспыхивали хищным светом глаза, когда где-то на улице мимо проезжала машина, отблескивающая яркими фарами.
Каждой клеточкой собственного тела я ощущала стоящего рядом сильного самца, собственного альфу, взявшего одинокую волчицу под свою защиту, и все отчетливей понимала, что рядом с ним выгляжу совершенно нелепо, по-прежнему переминаясь с ноги на ногу, сдувая со лба непослушную прядь светлых волос и теребя чужую, слишком большую футболку, которая едва доставала мне до колен и постоянно сползала с плеча. Отчаянно хотелось оказаться где-то подальше отсюда, в одиночестве и, желательно, под теплым, надежным одеялом, дабы не чувствовать, как скользит по телу пронзительный взгляд.
Впервые за все это время предавшая меня волчица ехидно скалила белоснежные клыки, словно потешаясь над нерадивой хозяйкой.