Он кивнул, отсалютовав мне банкой с пивом, и я вернулся на кухню, выкидывая свою в мусорное ведро.
В коридоре со мной столкнулась мама.
— Так он всё-таки был прав, да? — хитро улыбнулась она.
— Прав о чём? — я завис на углу, перед лестницей на второй этаж.
— Что у тебя действительно появился кто-то.
На мгновение в голову пришла мысль, что Триша могла проколоться и ляпнуть что-нибудь не то. Однако, я был уверен, что сестра не настолько наивна.
— Да, прав.
— Ты нас познакомишь? — лицо мамы расплылось в доброй улыбке.
— Чуть позже, обязательно.
Я взбежал по ступенькам и заметил, что на двери в комнату сестры висела табличка «Не входить». Решив, что нет смысла её беспокоить, я прошёл к себе и упал в кровать, вооружившись мобильником. Очень хотелось кое-что прояснить, но я боялся, что тороплю все возможные события и тем самым могу его отпугнуть…
«Твик, а ты бы рассказал родителям о нас?» — быстро сообразив, что составил неполный вопрос, я добавил. — «Не сразу, разумеется!»
«Со временем», — ответ последовал незамедлительно. — «Да».
Я улыбнулся, вновь ощущая вокруг себя аромат кофе и запах его волос.
«Твик», — начал писать я, но затем стёр.
«Всё нормально будет, не бзди», — наверное, он догадался, что я в замешательстве.
«Эй, это моя фраза!» — мои щёки заболели от улыбки.
«Должен же я выглядеть уверенным хоть в чём-нибудь».
Я прикрыл глаза и обнял подушку, понимая, что это немного странно — скучать так сильно. Я всю свою жизнь пытался мыслить рационально, прислушиваясь к голосу разума, но произошедшие недавно события показали, что всё может быть иначе. И сейчас я, будто аддиктивный, лишённый привычного хода вещей, страдал от обилия эмоций…
Казалось, я не смогу уснуть, однако, я отрубился прямо в одежде и проснулся лишь под утро, осознав, что раздеваться уже слишком поздно. Сна не было ни в одном глазу, и поэтому я поплёлся в душ.
Большой день начался с суеты и криков. Предки в одночасье забыли, где находятся их носки/галстук/вон те серёжки/ключи от машины… Триша наблюдала за родителями с недоумением поедая утренние хлопья. Я уже давно нацепил костюм, однако, то и дело поправляя воротник, который с непривычки давил на глотку. Выпускная роба, кажется, целиком и полностью состояла из синтетики, в которой становилось невыносимо жарко. Я был уверен, что с меня успеет сойти семь потов во время церемонии. Шапочка с кисточкой, непременно попадающая мне прямо в глаза жутко бесила, но снять её даже до начала церемонии не позволила мама.
Мы приехали за полчаса до вручения аттестатов. Мероприятие проводилось в спортивном зале, и я был удивлён, как много народу уместилось в помещении разом. Путь до трибуны с учениками пришлось прокладывать локтями. Найдя взглядом белобрысого, я сразу же устремился к нему, но был перехвачен довольным Клайдом. Он принялся хлопать меня по плечу, восторженно тараторя что-то о бухле, которое они с Токеном вчера приобрели для вечеринки. Его родители дали согласие на проведение сего мероприятия, что было довольно необычно с их стороны, и потому Донован радовался вдвойне.
— Чувак, мы сможем тусить целых два дня, пока его предки будут в гостях у какой-то тётушки! Нам удалось договориться, что это позволят за полную уборку дома и чистку бассейна после, но, согласись, мы отделались малой кровью за такую шикарную возможность?
Я улыбнулся, кивая, мягко отстранил Клайда от себя, и установил зрительный контакт с Твиком. Тот выглядел взволнованным, нервно переминался с ноги на ногу и теребил манжету рубашки, выглядывающую из-под выпускной робы. Я никогда не видел его в официальном наряде…
— Тебе идёт, — я улыбнулся, вставая рядом. Учителя начали выстраивать нас по рядам на трибунах.
— Иди ты, — проворчал он, однако, всё равно отвечая мне кривой ухмылкой.
Клайд подтащил Токена и Джимми, те дружно поприветствовали Твика и встали с нами в одну линию. Я пробежался взглядом по головам ниже, считая всех одноклассников, с которыми был знаком и хоть немного общался. Знаменитая четвёрка, Стэн, Кайл, Кенни и Картман расположилась во втором ряду, чуть левее от нас. На первом собрались одни девочки. Бебе постоянно оборачивалась и посылала Доновану воздушные поцелуи.
Учителя то и дело призывали к порядку, родителей пришлось едва ли не насильно оттеснять к стенам, чтобы те не мешали установить микрофон на небольшую трибуну. Школьный совет расположился на пластиковых стульях неподалеку.
Я слушал, как объявляли благодарности, краем уха. Твик слегка касался меня плечом, и мне вдруг подумалось, что не будет ничего страшного, если я возьму его за руку. Позади нас ведь не было не души.
— Нервничаешь, да? — улыбнулся я, переплетая наши пальцы.
— Ещё как… — прошипел он, крепко стискивая мою ладонь.