— А кому ты ещё рассказал про всё это? — полюбопытствовал Твик, слегка сжав мои пальцы.
— Токену, Клайду и Джимми… — признался я. — И сестре.
— И как, они поверили?
— Удивились… но их больше шокировало не то, что там были выстрелы и плавание в холодном озере. Кстати, об этом я предкам не докладывал!
— Само собой, — белобрысый кивнул, снова переводя взгляд за мою спину.
Это немного раздражало, но сейчас я был не в том положении, чтобы хотеть от Твика чего-то большего. Было приятно даже то, как он держал меня за руку.
— Так что же их удивило?
— Я про нас рассказал, — тихо заметил я, следя за его реакцией.
Твик сглотнул, и его ладонь выскользнула из моей. Я испугался, что чем-то обидел, и потому поспешно добавил.
— Не в подробностях! Не про то, как мы…
— Я понял, — белобрысый наклонился и пошарил под барной стойкой, поднимаясь с бутылкой воды. Он сделал пару глотков, прежде чем я виновато оправдался.
— Мне, наверное, лучше было у тебя сначала спросить?
— Что именно? — Твик выдохнул, и пластик хрустнул под его пальцами.
— Я сказал ребятам, что мы вместе.
Белобрысый поперхнулся, и я уже начал было переживать. Но он прокашлялся, вытер рот салфеткой и вздохнул.
— Крэйг…
— Твик, я дурак, надо было сначала спросить у тебя, — быстро затараторил я, но он наклонился вперед, снова взяв меня за руку.
— Я не против, — лицо белобрысого осветила робкая улыбка, и я подавил в себе жгучее желание перегнуться через столешницу, чтобы его поцеловать.
— Господи, когда уже закончится твой рабочий день?! — взмолился я, посмотрев в потолок, и Твик рассмеялся.
Я действительно просидел в кофейне до самого закрытия. А потом помог прибраться и попытался помыть полы. Вышло хреново, и белобрысый долго ржал, когда увидел, что я не могу разобраться с тем, как отжать швабру. Дьявольская конструкция из ведра и какого-то механизма, в котором нужно было крутить щётку, сбила меня с толку, но я не был против побыть объектом для шуток.
В конце концов, я помыл часть посуды, протёр столы и помог принести новый мешок с кофе из подвала.
Мы закрыли кофейню, немного прошлись пешком до дома Твика и условились, во сколько я его заберу.
Не доходя до участка, я неожиданно потянул белобрысого за рукав, заставляя остановиться. На улице не наблюдалось случайных прохожих, в окнах соседних домов горел свет, но уже опустились приятные сумерки. Я надеялся, что парень не будет против, и нас не увидят ненужные зрители.
Он обнял меня первым, я лишь уткнулся носом в его волосы, вдыхая запах шампуня и, как мне показалось, кофе. Твик усмехнулся, сказав, что ему щекотно, когда я неловко скользнул губами по его виску, а затем поцеловал меня в ответ. Пришлось делать это наспех, совсем не так, как представлялось в моих снах, но всё равно гораздо лучше.
Живой, тёплый и уютный Твик рядом, его губы, сладкие от жвачки, руки, стиснувшие футболку под моей курткой, и то, как он прижался ко мне на долю секунды… Я с трудом оторвался от него и вспоминал наш поцелуй всю дорогу до дома.
Он написал, когда я открыл входную дверь. Всего-то пожелал спокойной ночи и сообщил, что с нетерпением ждёт завтрашнего дня. Несмотря на банальное содержимое, его сообщение всё равно привело меня в бурный восторг.
— Ты такой довольный, солнышко! — меня встретила мама. — Завтра большой день, да?
— Ага, — я отстранено кивнул, намереваясь подняться наверх и лечь спать пораньше.
Но затем мой взгляд вдруг зацепился за силуэт отца. Он сидел на крыльце заднего двора: стеклянная дверь на кухне была немного отодвинута в сторону, свет от лампы частично падал на его рубашку и банку с пивом, стоящую рядом.
— Давно он там? — поинтересовался я, когда мама посмотрела в ту же сторону.