— Ничего, — скривился А-Яо, за что тут же получил хлопок от Цинь Су: та еще не закончила. — Может, хоть на этот раз заседание не затянется. Конечно, ожидать, что они меня пожалеют, наивно — но, возможно, им самим надоест смотреть на мое лицо…
Наконец последний штрих был наложен, и Цинь Су немного отстранилась, любуясь своей работой. И лишь после этого слегка нахмурилась.
— Сегодня мне пришлось изображать меньше, — заявила она. — Что ты успел сотворить с собой за ночь?
— Да вот… — уклончиво произнес А-Яо. — Когда в моем теле был еще А-Юй, он выпил парализатор, а затем умудрился успеть объесться сладостями… А потом он провел темный ритуал, на что потратил едва ли не половину моей крови. Словом, пустяки.
— Пустяки? — вскинула свои тонкие брови Цинь Су.
— Ну, меня же не проткнули мечом, — пошутил А-Яо. — И шею не свернули. Не беспокойся, А-Су, самое страшное уже позади.
Помолчав немного, он добавил:
— После Совета я поговорю с твоим отцом. Скажу, что ты хочешь поехать вместе с ним в паломничество.
— Но я хочу вернуться к А-Суну! — вскинулась Цинь Су.
— Я понимаю, — мягко возразил ей А-Яо. — Но если мы желаем, чтобы все прошло спокойно и максимально безболезненно для всех, надо все обставить так, чтобы комар носа не подточил. Ты съездишь с отцом в паломничество. При общении дашь ему понять, что они с твоей матерью были правы — родители это любят. Скажешь, что у нас с тобой неплохие отношения, но прежняя страсть давно угасла. Что ты мечтаешь о доме и семье, а я — законченный карьерист и трудоголик. Да еще и, по намекам врачей, больше не способный дать тебе нового ребенка. Не вываливай на отца все сразу, подводи постепенно к мысли о разводе. Будет даже лучше, если он сам подаст тебе эту идею. Если получится — поломайся для виду, скажи, что трудно взять и перечеркнуть столько лет брака, полного если не любви, то дружбы и уважения. Но потом все же согласись, и по возвращении твой отец уже сам поговорит со мною.
А-Яо взял свою пока еще жену за руки и ободряюще улыбнулся ей.
— Все получится, А-Су, — произнес он уверенно. — Это займет какое-то время, зато ты сможешь быть спокойна и уверена в том, что не оставила за собой подозрительных следов. Наш развод получится не скандальным и даже не выйдет за рамки самых обычных сплетен.
— Хорошо, — помедлив, вздохнула Цинь Су. — Ты всегда отлично плел интриги, дорогой. Думаю, я могу довериться тебе и теперь…
Затем ее глаза сузились, а голос стал тише, но гораздо тверже:
— Но только попробуй попытаться провести меня, Цзинь Гуанъяо! — заявила она. — Ты пожалеешь.
А-Яо покачал головой.
— Я боялся нашего брака с той ночи, как твоя мать рассказала мне все, — признался он. — Боялся его еще до того, как он совершился. Я искал выход из сложившейся ситуации — и не мог его найти. Но теперь, когда у меня есть все возможности исправить ошибки, причем, заметь, сделанные далеко не мною, как я могу ими не воспользоваться? Не беспокойся, А-Су. Я сделаю все, чтобы защитить тебя и А-Суна.
Цинь Су прикусила губу и кивнула.
— Ты… — начала было она и прервалась, чтобы сглотнуть комок, вставший в горле. — Ты всегда был добр со мною. Пожалуй, я все-таки люблю тебя. Люблю как хорошего старшего брата.
— Я тоже люблю тебя, — улыбнулся ей А-Яо. — Ты — давно моя любимая младшая сестренка.
— И вам обоим следует любить меня, — подлез к ним под руки Мо Сюаньюй. — Потому что я тоже люблю вас. А еще мы с Яо-гэ будем любить эргэ, но тебе, Су-цзе, его любить нельзя! Он слишком красивый, тебе его любить опасно!
— О, я бы никогда не посмела! — закатила глаза Цинь Су. — Как будто я не знала, чем Цзэу-цзюнь занимается с моим мужем по ночам!
Лицо А-Яо скрывал грим, а вот лицо Лань Сичэня предательски зарозовело. Кончики ушей и вовсе заполыхали.
— Работой! — покатился со смеху Мо Сюаньюй. — Су-цзе, ты не поверишь, но они и правда по ночам занимались только работой!
— Ты следил, да? — уточнил А-Яо обреченно, и Мо Сюаньюй радостно закивал.
— Я ревновал, — признался он. — Но, как оказалось, напрасно. Вы двое оказались чересчур порядочными.
— Что, серьезно? — Цинь Су изумленно посмотрела на своего мужа, а потом подняла взгляд на Лань Сичэня. Смутившись, она потупилась и вновь взглянула на А-Яо. — Я всегда была уверена, что между вами что-то есть! Что-то больше дружбы или братства… Другую женщину рядом с тобой я бы не потерпела, однако…
— Я не изменял тебе, — перебив ее, твердо заявил А-Яо, глядя ей прямо в глаза. — Ни разу за время нашего брака я не был с кем-либо другим: ни с женщиной, ни с мужчиной.
— Ладно, — расслабившись, заявила Цинь Су. — Раз у нас на горизонте маячит развод, то даю тебе разрешение: теперь можешь изменять. Но не вздумай меня позорить!
— Разумеется, — улыбнулся ей А-Яо. — Ты же знаешь, я умею быть осторожным. О нас с эргэ никто ничего не узнает…