— Мы не можем позволить тебе поехать на концерт. Я вычеркиваю его из твоего расписания.
— Что? — дыхание со свистом вырвалось из моих легких, когда я перевела взгляд с него на Квентина, чья гримаса подтвердила плохие новости. — Но билеты я купила давным-давно.
— Там Квентин не сможет спрятать оружие, — спокойно сказал Кассиан. — Он не может быть безоружным в людном месте, набитом пьяными людьми. Это ужасная идея.
— Да ладно тебе! — это должно быть наказание за ту историю с фальшивым бойфрендом. — Каковы шансы, что кто-нибудь меня узнает? — когда он не сдвинулся с места, я повернулась к Квентину. — Ты будешь стоять рядом со мной. Черт возьми, я обменяю свой билет на верхние трибуны.
— Они проданы, но это все равно не имеет значения, — Кассиан требовал моего полного внимания.
— Я купила их несколько месяцев назад. Я ждала этого целую вечность, — ярость закипела в моей груди.
Я была сыта по горло тем, что всем заправлял этот человек. Я повернулась к папе, который потянулся к дверной ручке.
— Папа, скажи ему, что все в порядке. Ради бога, это же концерт Гориллаз.
Он пожевал губу, ненавидя себя за то, что я поймала его прежде, чем он ушел.
— Извини, но я на стороне Кассиана. Я должен идти. Увидимся в следующую субботу.
Папа ушел. Дверь захлопнулась, и внутри меня все рухнуло. Емe не нужно было ехать в Вашингтон до понедельника, но он всегда уезжал рано. Он никогда не оставался дома ни на минуту дольше, чем это было необходимо, и это заставляло меня скрипеть зубами. Мой гнев вспыхнул, когда Кассиан направился к выходу.
— Куда ты идешь? Я еще не закончила.
Кассиан остановился.
— Ты не указываешь мне, как проводить свое свободное время, и я отказываюсь тратить его на капризного подростка.
Гнев обжег мне глаза. С каких это пор я стала уступать его нелепым требованиям?
— В чем твоя проблема?
— В тебе, — его взгляд метнулся к Квентину. — И тебе тоже.
Кассиан отступил и ослабил галстук, как будто от моего присутствия ему стало жарко.
— Чувак, хватит, — Квентин встал с кресла, его голос повысился. — Ничего бы не случилось. Я не подверг бы ее опасности.
— Заткнись к чертовой матери, — прорычал Кассиан. — Ты перешел все границы и забыл о своей цели. Она — твоя подопечная. Не твоя подружка.
— Она меня попросила!
— Тогда ты должен был сказать «нет», — Кассиан схватил Квентина за воротник и толкнул.
Квентин ударился спиной о стену.
Как быстро этот человек перешел к насилию.
Мое сердце стучало, как барабан. Квентин поднял руки. Его единственной защитой был сухой, бесстрастный тон.
— Ты слишком нагнетаешь. Она права. Большинство присутствующих будут настолько пьяные, что не вспомнят своего имени, не говоря уже о том, чтобы узнать дочь сенатора.
— Ты этого не знаешь, — кипятился Кассиан, пока Квентин поправлял рубашку. — Ты ведешь себя как гребаный новичок. Возьми себя в руки.
— Я просто не психую, — усмехнулся Квентин, глядя на сердитое лицо Кассиана. — Никто не знает, что она собирается на концерт. Она может надеть толстовку. Люди подумают, что у нас свидание.
Это слово заставило Кассиана напрячься.
— Нет. Мое решение окончательно.