– Не нужны мне его дворцы и жемчуга.
– Ты всегда была чудачкой, – сухо сказала Лазорилина. – Не пойму, что тебе нужно.
Помочь она всё же согласилась, решив, что это само по себе занятно. Молодые тархины подумали, что слуга из богатого дома с двумя породистыми лошадьми не вызовет никаких подозрений. Выйти же из города Аравите было много труднее: никто и никогда не выносил закрытые паланкины за ворота.
Наконец Лазорилина захлопала в ладоши и воскликнула:
– Ах, я придумала! Мы пройдём к реке садом Тисрока (да живёт он вечно). Там есть дверца. Только вот придворные… Знаешь, тебе повезло, что ты пришла ко мне! Мы ведь и сами почти придворные. Тисрок такой добрый (да живёт он вечно). Нас приглашают во дворец каждый день, мы буквально живём там. Я просто обожаю царевича Рабадаша. Значит, я проведу тебя в темноте. Если нас поймают…
– Тогда всё погибло, – закончила Аравита.
– Милочка, не перебивай! Говорю тебе: меня все знают, при дворе привыкли к моим выходкам. Вот послушай, вчера…
– Я хочу сказать, всё погибло для меня, – пояснила Аравита.
– А, ну да, конечно… Но что тут ещё можно придумать?
– Ничего, так что придётся рискнуть. Когда же мы пойдём?
– Только не сегодня! – воскликнула Лазорилина. – Сегодня пир… Когда же я сделаю причёску? Столько народу будет! Давай завтра вечером.
Аравита огорчилась, но решила потерпеть. Когда Лазорилина ушла, девочка вздохнула с облегчением: очень уж ей надоели рассказы о нарядах, свадьбах, пирах и нескромных происшествиях.
Следующий день тянулся бесконечно. Лазорилина не раз принималась отговаривать гостью, непрестанно повторяя, что в Нарнии снег, и лед, и демоны, и колдуны, да ещё какой-то деревенский мальчишка в попутчиках! Это же неприлично…
Аравита и сама порой так думала, но теперь, когда смертельно устала от глупости, ей пришло в голову, что путешествовать с Шастой куда веселее, чем вести светскую жизнь в столице, поэтому сказала:
– Там, в Нарнии, я буду просто девочкой. И потом, я обещала.
Лазорилина чуть не заплакала.
– Что же это такое? Будь ты поумней, стала бы женой визиря!
Аравита предпочла поговорить с лошадьми.
– Как только на землю спустятся сумерки, ступайте к могилам, но без поклажи. Вас снова оседлают, только у тебя, Уинни, будут сумы с провизией, а у тебя, Игого, – бурдюки с водой. Слуге приказано напоить вас как следует за мостом, у реки.
– А потом – на север, в Нарнию! – возликовал Игого. – Послушай, вдруг Шаста не добрался до кладбища?
– Тогда подождите его – как же иначе. Надеюсь, вам тут было хорошо?
– Куда уж лучше! Но если муж твоей болтуньи думает, что конюх покупает самый лучший овёс, то ошибается.
Через два часа, поужинав в красивой комнате, Аравита и Лазорилина вышли из дому. Аравита закрыла лицо чадрой и оделась так, чтобы её приняли за рабыню из богатого дома. Они решили: если кто-нибудь спросит, Лазорилина скажет, что собралась подарить её одной из царевен.
Шли они пешком, и вскоре оказались у ворот дворца. Конечно, тут была стража, но начальник узнал госпожу и отдал ей честь. Девочки прошли чёрный мраморный зал, где было много народу (но это и к лучшему: никто не обратил на них внимания), потом был колонный зал, за ним – два ряда статуй и колоннада, из которой можно попасть в тронный зал, медные двери которого были сейчас закрыты.
Наконец девочки вышли в сад, уступами спускавшийся к реке. Подальше в саду стоял Старый дворец. Когда они до него добрались, уже стемнело и в лабиринте коридоров на стенах зажгли редкие факелы.
– Иди, не трусь! – шепнула Аравита, хотя сердце у неё билось так, словно из-за угла вот-вот появится отец.
– Куда же свернуть? – услышала она размышления подруги. – Всё-таки налево… Как смешно!
И тут оказалось, что Лазорилина толком не помнит, куда свернуть: направо или налево.
Они свернули налево и очутились в длинном коридоре. Не успела Лазорилина сказать: «Ну вот! Я помню эти ступеньки», – как в дальнем конце показались две тени, пятившиеся задом, – так ходят только перед царем. Лазорилина вцепилась в руку подруги, и та удивилась, чего она боится, если Тисрок друг её мужа. Тем временем Лазорилина втащила её в какую-то комнату, бесшумно закрыла дверь, и они очутились в полной темноте.
– Охрани нас Таш! – услышала Аравита её шёпот. – Только бы они не вошли!.. Ползи под диван.