И точно – мортус врал. Чересчур скоро была сказана отговорка. А такие вещи архаровское ухо за версту чуяло.
– Ну, вру – с нас, с негодяев, какой спрос? – дерзко отбрехнулся мортус.
– Я не с негодяями, я с тобой говорю.
– А я кто же?
Архаров задумался, вспоминая. И вспомнил.
– Федька ты, – сказал он голосом взрослого, который устал от буйного вранья трехлетнего младенца. – Думаешь, дегтярный колпак тебе вместо рожи?
– Нам, негодяям, другой не положено, – отвечал строптивый мортус.
– Сами вы себе эту блажь сочинили. Нашли за что прятаться. Так вот, Федька. Поджигатели грабить дворец пытались, были драки. Кто из раненых и обожженных до утра дожил – вон, с собой везем, в лечебницы. Ну…
Федька молчал, как если бы это его вовсе не касалось.
– Ну, товарищам кланяйся, Господь с тобой.
С тем Архаров развернулся и зашагал прочь, несколько недовольный своим поведением.
Нужно было бы крикнуть, топнуть, пригрозить – трое мортусов знали, кто крутился вокруг Головинского дворца, иначе не стали бы их покрывать. И по крайней мере дело с поджогом хоть как-то бы прояснилось.
В конце концов, есть и такое орудие дознания, как плети. Крикнуть Левушке, что торчал за земляной стеной, Левушка бы поднял тревогу – тут бы и повязать вруна.
Но как раз это было невозможно. Лживый негодяй честно пытался спасти Архарова от заразы. И сам вышел на разговор, никто его не гнал.
Стало быть, не совсем пропащий.
И коли он знает правду – эта правда однажды откроется.
Чутье на правду и на ложь у Архарова было отменное.
Архаров уходил с бастиона, мортусы смотрели ему в спину. Он не слышал, как к Федьке подошел Тимофей и сказал недовольно:
– Сдурел ты, право слово! Куда ты полез?..
– Ох, Федя, хрен те в горло, чтоб башка не качалась, – добавил Демка Костемаров.
И еще не видел Архаров, как к Федьке подошел самый крупный из мортусов.
– Какого хрена к тебе талыгай прихандыривал? – гнусаво спросил он.
– Кто его разберет, – отвечал Федька.
– Ты мне верши! – нехорошо пригрозил собеседник. – Нам тут подлипала не надобны, а коли заведется… мы люди-кривизна…
– Стрема, – вдруг сказал Демка и мотнул головой.
Мортусы разом повернулись.
Гарнизонный сержант с инвалидами, приставленный к ним скорее для наблюдения (об охране речи уже не было, к каждой фуре солдатов с ружьями не приставишь), сбились вместе и, очевидно, ожидали, что сейчас среди мортусов начнется побоище.
– Затеете дерматься, а он тут же шум подымет, – быстро встав между Федькой и его противником, продолжал Демка. – А за стеной – трущей с трущовками до черта… Вон Скес вершал…
– Скес! – крикнул здоровенный мортус. – Что трущи?
Рыжий парнишка, все еще сидевший на валганге – коли встать, земляная стена окажется по пояс, а сидя, превосходно можно видеть окрестности сквозь кусты, оставаясь незамеченным, выглянул. Увидел преображенцев, увидел и Левушку, гарцующего впереди.