«Антология советского детектива-25. Компиляция. Книги 1-26»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Ну коли так, то предложения Гария Христофоровича можно утвердить. Из доклада видно, что начало сделано, но только начало. Предстоит громадный объем работы, большие психологические затраты, но все вы должны понять одно: дело расследуется необычное, а значит, и отношение к нему должно быть особое. В преступную группу входят сотрудники милиции — руководители высокого ранга, а это обстоятельство потребует более тщательного отношения к сбору доказательств. Продуманные, основанные на тщательном анализе нашей деятельности мероприятия помогут этому. Нельзя оставлять без внимания арестованных. Допросы, очные ставки, опознания и другие меры должны дать положительные результаты. Но прошу всех сотрудников, входящих в следственную группу, строго соблюдать положения закона. В противном случае Цердарь и Ситняк, имеющие определенный юридический опыт, ваши нарушения используют в свою пользу, а этого допустить нельзя.

— Спасибо, Иван Сергеевич. Вольдемар Александрович, ваши предложения.

— Есть, товарищ полковник. Докладываю. Мною просмотрены все оперативные дела и, к моему сожалению, обнаружено очень мало сведений, касающихся интересующих нас лиц. Но то, что установлено, нашло частичное подтверждение. В частности, доказана связь Ситняка со старшим прорабом Бастовым, который дал последнему люстру в качестве взятки. Необходимо и дальше проводить тщательную проверку этого направления. Одной люстрой там дело наверняка не ограничилось. Осьмак и Вишневский ведут себя замкнуто, но кое-что все же удалось выяснить. Поступают сведения о связи Цердаря с вором в законе Красным. Осьмак по этому поводу дает показания, но полной откровенности от него ждать не приходится. Мы будем и дальше вести разработку в этом направлении. Цердарь находился на денежном содержании Красного, и изобличить его как предателя — дело нашей чести. Имеются сведения о связи Ситняка и Цердаря с заместителем министра виноградарства и виноделия Позубом. Считаю, что им должен заняться Гарий Христофорович. Здесь нужны будут стопроцентные доказательства, в противном случае могут наступить тяжелые последствия. Санева и Бутовича необходимо перебросить в помощь Давидюку, а коньячный завод Вальково поручить сотрудникам управления БХСС: Гарию Христофоровичу одному будет трудно, поэтому я вношу свои коррективы в его предложение. Мне необходимо проехать в отделы милиции, где расположены предприятия, входящие в систему «Арома», и провести соответствующую работу. Вот та информация и те предложения, которые мне хотелось изложить на этом совещании.

— Доложенные вами данные, Вольдемар Александрович, должны превратиться в доказательства. Для решения этой задачи задействуйте подчиненных вам сотрудников и райотделы милиции. О результатах постоянно информируйте меня. У кого еще есть предложения? Кто желает высказаться? — Рыков посмотрел на участников совещания. — Санев, пожалуйста.

— Я согласен с внесенными предложениями, поэтому выскажу только одно замечание, требующее немедленного решения. Красный, защищая своего подопечного Цердаря, которого не хочет потерять, ведет массированную атаку на свидетелей. В частности, подверглись угрозам и избиению Кащенко и Милютина. Хорошо, что они своевременно сообщили Шамшурину о преследовании. С помощью сотрудников Измаильского отдела нам удалось выявить виновных — Громобоя и Малыша — подручных Красного. У нас нет возможностей по защите свидетелей, поэтому прошу, учитывая эти обстоятельства, выделить дополнительные силы для их охраны.

— Охрана нужна, бесспорно. Давайте и этот вопрос отметим в наших мероприятиях, а вы, Вольдемар Александрович, подключитесь к проверке заявления свидетелей по изобличению Громобоя и Малыша, совершивших хулиганство. Еще есть замечания? Нет. Тогда будем заканчивать. По отработке направлений предложения дельные. Их нужно изложить в наших мероприятиях и взять под ежедневный контроль. Хохлова, Иван Сергеевич, надо допросить нам с вами. Если не возражаете, то займемся этим завтра. Будем собираться раз в неделю для анализа проводимого расследования, и лучше всего это делать в субботу. Давидюк и Котов, отработанные мероприятия доложите к семнадцати часам. Остался еще одни вопрос. Кадровый аппарат плохо разворачивается и волокитит материалы на увольнение Цердаря и Ситняка. Я прошу вас, Станислав Михайлович, подключиться к этому делу. Их необходимо с треском вышвырнуть из органов внутренних дел, и побыстрее.

— Есть, Федор Федорович. Постараюсь в самый короткий срок доложить материалы служебной проверки министру с выводами об их увольнении, — не поднимаясь с места, согласился Кедров.

— Спасибо, Станислав Михайлович. Есть вопросы? Нет. Свободны.

Стояла середина лета, когда базарные прилавки уже ломились от изобилия свежих овощей и фруктов. В каждой семье зелень стала главным украшением стола, а жена Рыкова — Галина Николаевна все возмущалась:

— Ну что ты за человек, Рыков?! Все порядочные люди не обходятся без витаминов, а тебе подавай только щи да борщ…

Федор Федорович действительно очень любил эти блюда, которые столь искусно готовила жена, родившаяся и выросшая в одном из сел Хмельницкой области Украины. Конечно, Рыков не спорил с супругой о пользе витаминов. И сегодня за завтраком пожевал свежего хрустящего лука и моркови со сметаной. Потом пешком отправился на службу. Утром и вечером он всегда шел через парк Победы, останавливался у фонтана, наблюдая, как искрятся на солнце высокие струи воды, присаживался у роз, рассматривая ярко-алые бутоны и вдыхая их терпкий аромат. Но всегда в восемь часов Федор Федорович находился за своим рабочим столом. Нынче в десять часов Рыков должен был доложить результаты расследования уголовного дела, возбужденного против Цердаря, Ситняка, Хохлова и их компании, министру. Просматривая еще раз свои записи и дополняя их, Рыков пришел к выводу, что дело идет к завершению — появились доказательства вины обвиняемых, фигуранты начали давать правдивые показания о своей преступной деятельности. По его мнению, пришло время доложить в ЦК об успешном расследовании и снять дело с контроля, о чем он и собирался доложить Ивану Георгиевичу. В это время в кабинет заглянул Кедров.

— Федор Федорович, разрешите войти? Здравствуйте! — светлый костюм, белая рубашка и темно-синий галстук придавали Станиславу Михайловичу интеллигентный вид. Он больше походил на учителя, чем на сотрудника милиции.

— Приветствую вас, Станислав Михайлович, — ответил Рыков, а потом спросил: — Как здоровье? Как настроение?

— Пока все в порядке, Федор Федорович. Только думаю, что моя миссия здесь заканчивается. Преступники арестованы, уголовное дело успешно расследуется, а материалы на увольнение и Ситняка, и Цердаря утверждены министром. Мне делать больше нечего.

— Через несколько минут я должен доложить Ивану Георгиевичу результаты расследования. Давайте зайдем вместе, и вы изложите ему свои доводы. Как он решит — так и будет.

Когда пробило десять, оба руководителя находились в кабинете Ганчука. Министр, одетый в генеральскую форму, с улыбкой поздоровался с Рыковым и Кедровым, пригласил их сесть к столу.

— Докладывайте, Федор Федорович, что наработано вашей группой, — предложил он.

— Есть, товарищ министр. Расследование уголовного дела идет к завершению. Собранные доказательства говорят о том, что нами выявлена хорошо законспирированная преступная группа, занимавшаяся хищением коньяка с предприятий объединения «Арома». Прикрывали их, а также принимали активное участие в хищениях начальник милиции Ситняк и заместитель начальника отдела уголовного розыска города Светловска Цердарь. Арестованы Хохлов, Ляховец, Осьмак, Вишневский, Цердарь и Ситняк. Показания дают все, кроме наших милицейских руководителей. Они категорически отрицают свое участие в преступлениях, хотя доказательства говорят об обратном. Думаю, что и Ситняк, и Цердарь под тяжестью улик заговорят, чтобы смягчить свою участь. Мастера цехов Косенчук, Борталимов, Петрар и директора предприятий подробно рассказывают, как происходили хищения коньяка и каким способом он вывозился. Остались некоторые сложности — это изобличение заместителя министра виноградарства и виноделия Позуба и документирование связи Цердаря с вором в законе Красным. Оперсостав УБХСС и уголовного розыска под руководством Котова продолжают напряженную работу в этом направлении. Подойти к Красному мы смогли бы через его подручных — Громобоя и Малыша, однако они исчезли, но поиск их продолжается. Эти обстоятельства несколько затягивают наше расследование. Иван Георгиевич, считаю необходимым доложить ЦК о результатах проделанной работы и снять уголовное дело с его контроля.

— Пожалуй, преждевременно это делать. Шламов не согласится с нашим предложением. Дорабатывайте то, что вами еще не сделано. Надо принять необходимые меры по розыску и задержанию Громобоя и Малыша. Изучите их биографии — где, в каких городах они проживали. Не исключено, что ими получены паспорта на другие фамилии. Проверьте паспортные отделения города. Работа объемная, однако необходимая. По изобличению Позуба нужны неопровержимые доказательства. Показаний Хохлова и Ляховца нам недостаточно. Действуйте очень осторожно, скрытно, но результативно, — давал указания министр.

— Есть, товарищ министр. Постараемся действовать так, чтобы не дать повода для жалоб, — ответил Рыков.

— Вот-вот. Вы правильно меня поняли — чтобы не давать повода для жалоб. Потому что если они появятся, то проверкой их займутся сотрудники ЦК. А это может серьезно помешать дальнейшему расследованию. А почему Станислав Михайлович молчит? Хочу вам выразить свою благодарность за плодотворную работу в составе следственной группы, о чем сообщу руководству главка, — сказал министр.

— Спасибо, Иван Георгиевич. Я старался по мере сил и возможностей, а сейчас мое пребывание здесь совершенно бесполезно. Расследование продолжается, и я уверен, что преступники предстанут перед судом и понесут заслуженное наказание. Поэтому прошу вашего разрешения на отъезд в Москву, — заявил Кедров.

— Как считаешь, Федор Федорович, отпустим Кедрова? Или, может, оставим еще недельки на две? — заранее зная ответ Рыкова, пошутил министр.

— Нет, можно отпускать, Иван Георгиевич. Станислав Михайлович хорошо работал и по изобличению преступников в мундирах, и по подготовке материалов на их увольнение, и по организации работы нашего отдела кадров. От имени следственной группы я хочу тоже поблагодарить его, — ответил Рыков.

— Ну что ж, Станислав Михайлович, считайте, что ваша командировка закончена. Доложите Николаю Тимофеевичу ее результаты. В дальнейшем приезжайте к нам, буду рад вас видеть, — сказал министр, поднимаясь с места и пожимая руку Кедрову.

— Станислав Михайлович, подождите меня. Хочу переговорить с вами по некоторым вопросам, — попросил Рыков уходящего из кабинета Кедрова.

Федор Федорович обсудил с министром план дальнейшего расследования, тактику допросов основных обвиняемых по делу, особо остановившись на изобличении Позуба.

— Спасибо, Станислав Михайлович, что подождали, — поблагодарил Рыков терпеливо ждавшего в приемной Кедрова. — Зайдем ко мне. Что будете пить? Кофе или чай? — спросил Федор Федорович, когда они зашли в кабинет.

— Давайте лучше чай.

— Когда вы уезжаете? — спросил Рыков.