– Хоть на том спасибо, – произнес он удовлетворенно.
Я вновь подумал, что в пустопорожних разговорах он ищет передышку. Искрометный допрос, когда человеку не дают опомниться, ему не по нутру, и я не стал менять свой неторопливый тон, решил допросить в том ключе, который его устраивал, – так было интереснее.
– Но нет правил без исключения, – добавил я осторожно.
Он промолчал, ясными глазами обозревая стену.
– Так что же было в Краснодаре? – негромко спросил я.
– Откуда я могу знать о каком-то там убийстве да еще в Краснодаре? – немного повысил он голос.
– От Шоубы, например, – по-простецки улыбнулся я.
– А он что – поставщик информации? – Этот вопрос ему был нужен, как глоток воздуха.
– Не для всех.
– Я вхожу в число избранных?
– Да.
– Это мне льстит… А вы входите?
– Я – тоже.
– Так бы сразу и… – он, наконец, понял, что передышка дана была не для его блага. – Шоуба действительно говорил, что в Краснодаре убили его знакомого, портного. – Это полупризнание, скорее всего, было похоже на рапорт плутоватого подчиненного, который главное выложит в самом конце.
– Но это еще не все, – нанес я укол.
– Бог ты мой, а что еще? – Укол, видимо, был болезненный, и он вновь решил отойти.
– К богу обращаются верующие. Ты, надеюсь, не из их числа. – Я дал ему возможность прийти в себя.
– Рад бы в рай, да грехи не пускают.
– Свои?
– А чьи же еще?
– Разве нельзя жить без грехов?
– Пробовал…
– Ну и что?
– Ерунда получается. Грешным веселее… Вам, безгрешному, наверно, скучно?
Я улыбнулся:
– С такими, как ты, не соскучишься… Что еще говорил Шоуба? – Я решил приблизиться к нему.
– У него – ветер в голове. Выдумывает всегда всякое. – Хатуа изменила осторожность.
– Точно, – с готовностью подхватил я. – Выдумал какую-то старуху…
Хатуа промолчал.
– Так как же старуха?