Стояла какая-то нереальная южная ночь.
Казалось, запахи табачного поля, помидоров и сухой пыли вытеснили воздух. За спиной джунглями чернел виноградник. На бревне сидели двое связанных. Маслянисто поблескивали золотые браслеты. И золотом горела луна.
В этой странной ночи вдруг сипловато сказали:
- Закурить бы.
Бочкуха шевельнул плечом, готовый закурить.
- Потерпишь, - буркнул капитан.
- Мне б спросить кое о чем…
- О чем?
- За что стараешься, парень? - глухо, но напористо заговорил задержанный. - Премию хочешь в размере оклада? Иль дополнительный отпуск на шесть ден? Али приобрести за нас цветной телевизор?
- Не дадут? - полюбопытствовал Вадим.
- Шире варежку разевай, - почти весело вдруг вставил старый знакомый.
Петельников втянул носом воздух: кислый запашок обволакивал этого Олега, который, видимо, трезвым был только однажды - тогда на пляже.
- Неужели вы цветного не стоите? - развеселился и Петельников.
- Чего время терять да зубы скалить! - озлился Бочкуха. - Вон твое счастье лежит, в этих безделушках. Никто, окромя нас да придурошного старика, о них и не знает. Отпусти, сбежали, скажешь… А золотишка, мол, и не видел. Не будь дурнем, парень, такого фарта тебе не подвалит…
- И сколько дадите? - полюбопытствовал оперуполномоченный.
Надежда так и рванула Бочкуху вверх, как обескрыленную птицу:
- Кило хватит?
Он бы взял - показать ребятам в своем райотделе. А то ведь не поверят. Значит, так: он входит, вытаскивает из карманов изделия и кладет на стол начальнику. Что это? Золотишко, ровно кило. Откуда? Привез с юга. Как так? Заработал частным сыском. А вас теперь звать случайно не Монте-Кристо?
- Ну?! - остервенело спросил искуситель.
- А сколько тебе лет? - вдруг поинтересовался Петельников.
- Пятьдесят четыре.
- Ого! Уже можно звать «папаша».
- И что?
- А то, что пятьдесят четыре года прожил, и все зря.
- Почему же зазря? - насторожился плоскоскулый.
- Неужели за пятьдесят четыре года, дядя, ты не нашел в жизни ничего дороже золота?
- А и не нашел! - отрезал Бочкуха. - Ты ж дурило, тебе ж счастье прет в руки, а ты его пинаешь. С золотишком ты же царь жизни! Бабу какую хошь, товар какой хошь…
- И все?
- Чего все?
- Кроме баб и товара, больше ничего и не знаешь?