Йохан Кройфф. Победитель и тиран: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Cherif Ghemmour

Johan Cruyff, génie pop et despote

© 2015 Hugo & Cie. All rights reserved. This edition is published by arrangement with Tempi Irregolari, Gorizia

© Макарова К., перевод на русский язык, 2016

© Оформление. ООО «Издательство «Э», 2017

Предисловие

Когда тебе четырнадцать, тебя не принимают всерьез… Но когда сообщают, что в Лиссабоне парни из амстердамского «Аякса» ведут 3:1 в игре с «Бенфикой», проиграв им в первом матче со счетом 1:3, волей-неволей их берут в расчет. Кстати, третий, решающий матч состоялся здесь у нас, во Франции, на «Стад де Коломб»! Эту игру «Аякс» выигрывает 3:0 и проходит в полуфиналы Еврокубка 1969 года… Правда, в финале «Милан» закатает их в асфальт со счетом 4:0. Однако есть в «Аяксе» чудесный игрок, суперскоростной, неожиданно возникающий в любой точке поля, и это… Йохан Кройфф! Я вспоминаю о тех временах, как будто это было вчера. Нам в Лотарингии повезло: начиная с 1970 года мы ловили канал Радио-ТВ Люксембурга (РТЛ), благодаря чему у нас была возможность следить за всеми европейскими встречами «Аякса» и Кройффа. В период с 1971 по 1973 год то был просто восторг! И Йохан Кройфф становится моим кумиром. Он им остается и по сей день. Я его обожаю, мы с ним друзья-товарищи. При каждой встрече я ему говорю: «Ты был моим кумиром, ты будешь им до самой моей смерти. Вот так. С этим уже ничего не поделаешь».

В 70-е годы я концентрировал все свое внимание на том, кто выделялся на общем фоне, кто забивал голы. Этим как раз и отличался Кройфф. Он забивал, и у него были длинные волосы, а было ему всего лишь 14 лет, и носил он красно-белую, в цветах «Нанси», майку. Я был безоговорочным фанатом Кройффа, «Аякса» и, естественно, голландской сборной образца 1974 года. Я надеялся, что в финале победит мой фаворит – сборная Голландии, но победу одержали немцы.

Мне посчастливилось быть приглашенным на юбилей ФК «Барселона» в 1979 году. Стадион «Камп Ноу», 100 000 болельщиков на трибунах… Моими сотоварищами по команде были Румменигге, Киналья, Блохин, Ханси Мюллер и Йохан Кройфф. Перед матчем я пробормотал ему комплимент, что-то вроде: «Я восхищаюсь вами и очень рад сыграть с вами в одной команде». Ну, вот. Едва ли он обратил на меня внимание, полностью сосредоточившись на предстоящей игре. Но это было не важно! Быть там – уже счастье для меня.

Уже потом, в 1999 году, «Франс Футбол» выбирал лучшего игрока XX века, попросив всех лауреатов «Золотого мяча» назвать пять имен. Первым я назвал Пеле, вторым – Кройффа, и все. Я назвал тех, кто был для меня Историей, моими кумирами, моей страстью.

Мне как-то сказали, что однажды мы чуть было не сыграли друг против друга: 25 марта 1981 года в отборочном матче Чемпионата мира 1982 года. Тогда в Роттердаме «синие» играли против Нидерландов. В свои 34 года Йохан Кройфф уже почти согласился вернуться в сборную, но в самый последний момент отказался. Я же не сыграл из-за травмы. В общем, мы оба пропустили этот матч. Возможно, к лучшему. Так как мне было бы горестно устранить Йохана… (шучу, конечно) не пустив его на мундиаль в Испанию. Вот так. Мы остались добрыми друзьями, и я продолжаю им восхищаться.

Привет, Йохан!

Мишель Платини,

1 июля 2015 года

Пролог

YEAH! YEAH! YEAH! De Bietels приехали! Название группы «Битлз» на голландских компакт-дисках было написано именно так… 5 июня 1964 года «великолепная четверка» прибыла в город Амстердам, который также захватила битломания. Аэропорт Схипхол, где должна была пройти первая пресс-конференция, облепили полные экстаза фанаты. Толчея, истошные вопли, приветственное скандирование, обмороки, рамки из полицейских – так уже традиционно встречали их во всех европейских столицах. В Нидерландах Джона, Пола и Джорджа будет сопровождать барабанщик Джимми Никол, так как у Ринго начинался бронхит и он остался в Лондоне. Сверхмодный прикид битлов резко контрастирует с провинциальностью страны, в которую они приехали. Небольшая группа молодежи с приветственным «добро пожаловать» выглядит как шаблонная старая добрая Голландия. Ребята одеты в деревенские костюмы, на головах – традиционные нидерландские тульи, девушки же – в крестьянских платьях и кружевных чепцах. Затем «Битлз» отправляются бороздить амстердамские каналы на борту престижного Yacht Royal. Веселые безбожники приветственно машут огромной оголтелой толпе юных фанатов, наводнивших берега и мосты голландских каналов. Некоторые фанаты безрассудно бросаются в воду, чтобы хоть немного приблизиться к своим идолам, из воды безумцев вылавливают полицейские, с большим недоумением взирая на такую небывалую истерию. Из-за толп и сопровождающей их сумятицы битлы опаздывают на свой первый концерт в Алкмаре. Как это принято у селян, сцена украшена цветами, словно во время приходского праздника.

One! Two! Three! Four! Well she was just seventeen/ An’you know what I mean… Первые аккорды, взятые на гитаре, тут же вызывают сейсмические волны, кругами уходящие далеко за пределы Алкмара: вся округа оказывается буквально сметена бурным молодежным потоком, волнами бита и электрических огней. YEAH! YEAH! YEAH!

В 1964 году Нидерландов еще не существует. Страну называют Голландией, и она теряется в составе Бенилюкса, являясь на деле всего лишь скромным членом европейской шестерки. Голландия, страна кисельных берегов, продолжает тиражировать одни и те же открыточные стереотипы: тюльпановые поля, мельницы, сыры и сельдь, которую заглатывают целиком, не разжевывая. Все те же «Серебряные коньки» занимают неизменное почетное место на полке молодежной литературы. Лишь самые осведомленные слышали об ужасной оккупации нацистской Германией и о страшном голоде, который ударил по целому народу за границей. Почти всюду в мире начали зачитываться «Дневником Анны Франк». В 1953 году Европа проявила солидарность с народом Голландии, который пострадал от океанических наводнений вследствие разрушения зеландских дамб под напором вод Северного моря (1800 погибших). Традиционное духовное устройство регулируется кальвинистской церковью, а конституционная монархия управляет нордическим обществом, где царит полное согласие во всем. Polder Model (умение договариваться. – Прим. переводчика), напоминающий мягкое совместное управление на немецкий манер, приводит страну к застою. Что касается спорта, дзюдоист-гигант Антон Гесинк завоевывает «золото» на Олимпийских играх в Токио в октябре 1964 года, одолев японцев на их же земле. Гесинк становится таким же популярным, как и послевоенная спортивная легенда Фанни Бланкерс-Кун, многократная чемпионка в беге. Голландия также страстно увлекается велоспортом и каждое лето отправляет очкарика Яна Янссена достойно представить страну на крупных соревнованиях.

В великолепной книге, посвященной голландскому футболу – Brilliant Orange: the neurotic Genius of Dutch Soccer, – опубликованной в 2000 году, английский автор Дэвид Уиннер дал достаточно верное определение Нидерландам начала 60-х годов, основываясь на свидетельствах нидерландцев той эпохи. Такого, как Макс Ариан, работавший редактором в ультралевой газете De Groene Amsterdammer: «Скука была смертная. Царило удушающее уныние. Страна казалась ограниченной, старомодной, скучной, закрытой и серой… Маленькая пуританская страна, с постоянным чувством вины, строгая и кальвинистская. Чопорная музыка, да и вся культура в целом». Но дело сдвинулось с мертвой точки. Случилось что-то вроде культурной, политической и социальной революции, которая преобразовала общество, сделав его вскоре образчиком продвинутой демократии с прогрессивными общественными отношениями. В 1962 году страна заиграла всеми красками с выходом фильма «Вестсайдская история». А вскоре нагрянули «Битлз», а вслед за ними потянулись и другие британские поп-исполнители, чьи хиты транслировали по поп-радиостанциям, число коих множилось на радиоволнах в самых разных странах (Радио Каролин, Радио Вероника, Радио Лондон). Бит-группы, созревшие в Нидерландах, в свою очередь производят новую музыку, естественно ненавидимую старшим поколением.

Конфликт поколений будет планетарного масштаба… Расцвет экономики, и новое поколение работающих тинейджеров обладает покупательской способностью и растрачивает все средства начиная с 16 лет на диски, кино, шмотки и мопеды. Тогда как прежде «молодые» жили с папой-мамой, принося домочадцам с трудом заработанные деньги… Общественные события – предвестники беспрецедентных потрясений. В декабре 1962 года в Амстердаме проходят первые «хеппенинги». Поэт Симон Винкенуг запускает свой праздничный концепт под названием Open the Grave, который пророчествует, что победа над старым миром скоро начнется в «магическом центре Амстердама». Старый город становится одним из эпицентров новых веяний, которые активировало поколение беби-бума. В далекое прошлое канула та тоскливая вселенная, которую осенью 1964 года в деталях воспел Жак Брель в своей песне под названием «Амстердам». Дэвид Уиннер поведает о других событиях, которые были полностью блокированы полицией, но события эти зажгли первые огни протестного движения в Нидерландах. В Храме-К, занимающем старый гараж на Лейденской площади, Роберт Джаспер Грутвельд, руководитель движения молодых активистов-ситуационнистов и самопровозглашенный маг-вуду, организовывал странные хеппенинги перед своими учениками, певшими: «Брам-Брам! Угга-угга!»

Весной 1964 года в восточном квартале Амстердама у парнишки семнадцати лет по имени Йохан Кройфф была назначена встреча в футбольном клубе «Аякс Амстердам». Этот совсем молоденький, но многообещающий футболист годом ранее, в 16 лет, 25 апреля 1963 года, подписал свой первый профессиональный контракт с «Аяксом». Редчайший случай для того времени в Эредивизи (внутренний чемпионат Нидерландов по футболу). Несмотря на молодость, Йохан стал профессиональным футболистом номер 2 в своей стране. Размер его зарплаты равнялся 15 000 гульденов в год плюс премиальные, и контракт связывал его с клубом на 4 года. Подписать профессиональный контракт с этим парнишкой, невзирая на его возраст, посоветовал клубу главный тренер англичанин Вик Букингем. В 1963 году Букингем был покорен невероятным дарованием этого амстердамского мальчугана, вот как он описывает его позже: «Он был поистине зрелым. Маленьким мальчиком, тщедушным, но в то же время неимоверно выносливым. Он мог бегать по всему полю и решать все задачи: начать движение, просочиться на край, внезапно появиться на половине соперника, в прыжке сыграть головой. Левая нога, правая нога – он владел любой. А какая скорость!»

В помещениях клуба старого стадиона De Meer разговор между пареньком и пожилыми руководителями принимает неприятный оборот. Дерзкий малыш, блиставший весь последний сезон на острие атаки в составе молодежной сборной, чемпион Нидерландов 1964 года, сидит и просит пересмотреть всю сетку зарплат в «Аяксе»! В 2014 году уже пожилой Йохан Кройфф в ходе интервью еженедельнику «Экип» (L’Équipe) вспоминает о том бурном разговоре: «Это был очень серьезный момент: я тогда вошел в состав первой команды «Аякса», и это в 17 лет. Мне хотели назначить ту же зарплату, что я получал в молодежке. Я им сказал: «Я, значит, буду работать столько же, сколько другие, но при этом они будут получать в 10 раз больше, чем я? Да ни за что!» И я одержал верх. У меня не было отца. С ранних лет я должен был защищать себя сам. Что меня особенно раздражало, так это социальная несправедливость».

67-летний Йохан не стыдится своего крайне бунтарского характера, который у него был в юности, в 1964 году: «Я – послевоенный ребенок. Как «Битлз» и многие другие. Время вынуждало нас биться изо всех сил, чтобы двигаться вперед, менять ситуацию. В общем, да, бунтарство – у меня в крови…»

В 17 лет Йохан Кройфф присоединяется к Godenzonen, «Божьим сыновьям». Именно так называют себя игроки «Аякса». Из «Илиады» Гомера «Аякс» заимствует доблестного ахейского героя-воина Троянской войны. Находясь под тройной защитой – мистической («Божьи сыновья»), мифологической («Аякс») и рок-н-ролльной (ярый фанат «Битлз»), – Йохан Кройфф станет одним из катализаторов зарождения новой творческой энергии в молодежи поколения беби-бума… Он незнаком с Бобом Диланом, но так же убежден, что времена меняются. Your sons and your daughters/Are beyond your com-mand/Your old road is rapidly agin’/Please get out of the new one if you can’t lend your hand/For the times they are a-changin’. Песня The Times they are a-changing как раз вышла в начале 1964 года… У Йохана, восторженного поклонника группы «Битлз», возникает то же самое гениальное предчувствие, что и у их конкурентов – «Роллинг стоунз». Мик Джаггер и Кейт Ричардс угадали со странной американской сильной и черной музыкой – блюзом. Бизнес еще толком не завязан с роком в Англии, но разрушители традиционных форм Мик и Кит инстинктивно прочувствовали, что блюз станет вектором многих культурных потрясений в их поколении. И, в отличие от «Битлз», они в свою очередь вдохновлялись тоже американской музыкой, но более белой (кантри и вестерном), кстати, у Мика Джаггера была чуйка необыкновенная: еще в 1961 году он предчувствовал, что его производный от блюза рок станет вскоре суперпопулярным и что эта трехаккордовая и двенадцатитактная музыка обогатит его и его «катящиеся камни»… В 17 лет Йохан Кройфф твердо решил монетизировать свой спортивный талант, где понятие о профессионализме еще было неопределенным. Йохан Кройфф – молодой торопыга. Он хочет все и сразу. И, как и всегда поступал на футбольном поле, он твердо решил обогнать… время.

Глава 1. От Йопи до К.Р.О.Й.Ф.Ф.А

Хендрик Йоханнес Кройфф родился в пятницу, 25 апреля 1947 года, в час дня, в гражданской больнице на улице Линнаустрат, что в квартале Бетондорп, на востоке Амстердама. Его имя часто пишется на латинице Cruyff вместо Cruijff, как в Нидерландах, чтобы облегчить написание и произношение. Это трудновоспроизводимое имя с буквосочетанием ij сыграет за границей мистическую роль в его судьбе как футболиста, так и мужчины, как, например, это было с коротким обрывистым именем Хендрикса, которого все называли Джими, а не Джимми. Младше старшего брата Хенни на два года, Йохан – второй сын Хермануса Корнелиуса Кройффа и Петронеллы Бернарды Драйер, которую называли просто Нэл. И отец, и мать родом были из квартала Йордан, расположенного в центре Амстердама, но сразу после войны они перебрались в Бетондорп. Своего младшего сына они назвали в честь деда по материнской линии Хендрика Йоханнеса Драйера. Петронелла будет называть своего малыша Йохана просто «Йопи», прозвище, которое он сохранит до взрослого возраста. И сегодня иногда его по-дружески кличут Йопи. Небольшая семья Кройффов проживает на улице Аккерстрат, 32, в 500 метрах от стадиона «Де Мер» (De Meer), домашнего стадиона «Аякса». Бетондорп – это полноценный рабочий городок, отделенный от Амстердама, где располагаются всякие лавочки, библиотеки и просто жилые дома. Эта «бетонная деревушка» сильно напоминает наши прежние рабочие пригороды Иль-де-Франса: квартал левого толка, с антиклерикальными настроениями, построенный ex nihilo в 20-х годах, чтобы благодаря просвещению рабочих масс дать отпор окружающему фашизму.

Херманус Кройфф держит там фруктово-овощной магазин, а Петронелла помогает ему. Их малый бизнес, куда захаживают все жители Бетондорпа, быстро процветает, и семья Кройффа в то время чувствует себя довольно комфортно в статусе среднего класса. Йохан и Хенни не нуждаются ни в чем, и летом все семейство уезжает отдыхать на море. «Это была богатая и видная семья в Бетондорпе, – рассказывает в 2015 году мадам Сварт, 86-летняя соседка, проживавшая в доме напротив. – Политика городка заключалась в привлечении людей, занятых на хорошей работе, и Кройффы служили тому отличным примером. Они усердно трудились, чтобы дать детям достойное образование, так как сами не были выходцами из особо богатых слоев. Таким образом, в приоритете всегда были дисциплина и труд, а не футбол, несмотря на то что отец был от него без ума. Можно сказать точно: эти люди полностью отдавали себя детям…» Кройффы «жили в спокойном квартале… практически в двух шагах от расположения ФК «Аякс»!» – с настойчивостью будет твердить Йохан в 1997 году. Мальчишкой он очень рано начинает играть в футбол – с четырех лет, вместе с Хенни. Оба брата весьма спортивны и, можно даже сказать, гиперактивны. По воспоминаниям мадам Сварт: «Йохан все время пинал мячик. Он был совсем тощий, далеко не крепыш, что тревожило его мать. Но он был лучшим. Он играл то с другими малышами, то в одиночестве бил мячиком о стену».

Манус (сокращенно от Херманус) каждую неделю привозил фрукты и овощи в столовую «Аякса», а Нэл время от времени работала там волонтером – помогала в столовой стадиона. Йохан, если можно так выразиться, вырос в клубе, тренируясь с 8 лет у раздевалок. Служащие поля были друзьями его отца. Несомненно, поддержка отца, поклонника футбола, и ближайшее расположение стадиона «Де Мер» способствуют тому, что Йохан продолжает постигать футбольные премудрости с братом Хенни и другой местной детворой. В семье Кройффов все – завзятые «аяксовцы». Именно так называют игроков и болельщиков клуба. Черно-белые фотографии наглядно показывают раннюю привязанность Йохана к этим цветам. На футбольной площадке, прилегающей к стадиону «Де Мер», он уже в пять лет сфотографировался с отцом и братом. Йохан и Хенни одеты в форму «Аякса» – белые с широкой вертикальной красной полосой майки и белые шорты. В ногах у Йохана, словно верный товарищ, – большой коричневый кожаный мяч. Высокая, атлетического сложения фигура отца весьма впечатляет. Йохан идеализирует отца, он для него настоящий герой, одетый в белоснежный плащ-тренч, затянутый в поясе, а ведь он был еще совсем мальчишка, когда Манус хвастался за барной стойкой, что придет день и его малыш Йопи будет стоить 100 тысяч гульденов…

Йохан растет, и страсть к футболу его буквально поглощает. «В футбол я научился играть на улице, – рассказывает он журналу «Экип Маг» в 2014 году. – Худющий, на вид младше всех остальных, поэтому мне приходилось выкручиваться, чтобы выделиться. На улице все берется в расчет, характер футболиста закаляет любая мелочь. Во-первых, боль при падении на жесткую вымощенную булыжниками мостовую или асфальт. Это имеет значение, значит, в игре против взрослого я должен суметь проконтролировать мяч, передать его и увернуться при этом, чтобы избежать столкновения, которое может привести к падению. Малыши, не такие быстрые, не такие крепкие, оказываются на деле более техничны, ведь им надо спасти себя после передачи паса одним касанием или уйти от подката. На улице ищешь решения. Например, о бордюр тротуара можно сильно удариться и получить травму, или, наоборот, тот же бордюр может стать твоим партнером по перепасовке. Вся моя душа, вся тренерская философия будут основываться на этой уличной технике, адаптированной под современные тренировочные условия. Тем самым нам неизбежно приходится обращаться к прошлому. Для того чтобы вспомнить о тех методиках и техниках, которые давали результат, и просто усовершенствовать их».

В Бетондорпе играть в мяч было легко, так как не было машин, но были стены и портики. Аренд ван дер Вел вспоминает о маленьком Йопи-футболисте: «Он всюду таскал с собой мяч. Мяч был под столом, на столе, в школе, в ногах… Мяч и Йохан, Йохан и мяч». Аренд ван дер Вел играл в первой команде «Аякса» с 1950 года. Он стал другом семьи Кройффов и годами ходил к ним на семейные ужины перед тем, как идти в клуб на вечернюю тренировку. Он был одним из первых кумиров – «самых настоящих» – малыша Йопи. С Хенни они ходили к нему в гости, тем более что жил Аренд за углом. Виллем ван Лар, друг детства Йохана и такой же страстный маленький футболист, вспоминает в 1997 году навязчивую страсть Йопи к мячу: «Когда шел дождь, он тренировал забивание мячей головой в проем портика. С детсада мы каждый день играли вместе на небольшой лужайке в нашем дворе. На эту же лужайку мы возвращались вечерами после ужина. Это был отличный газон, где мы могли вволю тренировать подкаты. Единственная проблема была в клумбах, окаймлявших газон, так как старушки были недовольны, если видели, что топчут их цветы».