Йохан Кройфф. Победитель и тиран: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Ввиду иконического статуса их автора кройффизмы принимают часто за слова из Евангелия! В частности в той области, где эксперт в лидерстве, то бишь сам Йохан, мог плодить последователей. Последние добавят в учебники по менеджменту некоторые его глубокомысленные наставления, сделанные им в бытность футболистом, а позже – тренером («Если вы не выкладываетесь на 100 %, вы никогда не достигнете на 100 % ваших целей»). Йохан Кройфф сам впишет с автором Ситзе де Бур (Sytze de Boer) в книгу Johan Cruijff Uitspraken («Высказывания Йохана Кройффа») компиляцию лучших своих кройффизмов. Как бы то ни было, прошло уже 30 лет, а кройффизмы остаются ярким свидетельством психо-культурного влияния Йохана Кройффа, изначально «простого футболиста», на все нидерландское общество. В 2015 году Ян Пекельдер, голландский профессор синхронической лингвистики парижского университета Сорбонна, казалось, сокрушался по этому поводу: «Ввиду того что интеллигенция приняла эти фразочки, иногда весьма глупые, мы их проанализировали, словно это были гениальные высказывания. Хотя это совершенно не так. Да, часто они забавные, иногда абсурдные, но в устах Кройффа они приобретают статус магических выражений». Саймон Купер же восхищен попсово-футбольным остроумием Йохана Кройффа – настолько же богатым на детали, как остроумие Брайана Клафа в Англии или Роллана Курбиса во Франции, за которыми он следил в течение многих лет: «Он не умолкал, причем говорил с пролетарским акцентом, свойственным старому Амстердаму. Он вертел синтаксисом и грамматикой, как ему заблагорассудится, и выдавал чудные остроты («Эти справа, ну, чисто козий сыр»), пожимая плечами в качестве подкрепления своих аргументов». Гипнотизирующее остроумие Йохана Кройффа породило вызывающую беспокойство ответную реакцию в Нидерландах. В этой стране, когда Йохан выступает с речью, уже с давних пор произносят соответствующее выражение, в насмешку ли или из благоговения: «Johan heeft gesproken!» («Так сказал Йохан!») Почитающие его проКройффцы и насмешники антиКройффцы используют более радикальное выражение: «Johan heeft altijd gelijk». «Йохан всегда прав»…

Став капитаном «Аякса», Йохан неизбежно вовлечет клуб в свою войнушку с арбитрами. Легкораздражаемая суперзвезда задрал нос и мнит себя выше законов и игры. Его невыносимые придирки иногда доходят до патологической одержимости. Вот что думает об этом одна из его жертв, великий нидерландский арбитр Чарльз Корвер (судил полуфинальный матч в Севилье в 1982-м), работавший в период 1972–1983 гг.: «Йохан Кройфф ведет себя так, как человек, который плохо воспринимает поражение и который хочет защититься от атак на него: он взывает к арбитру еще даже до начала первой агрессии по отношению к нему! Если он узрит фол, то тут же набрасывается на арбитра: «Вы видели? Нет, вы видели?!» Думаю, что так он пытается защитить себя. Неумение молчать – это у него врожденное. К тому же в какой-то мере он сам – провокатор и мог также провоцировать соперников, которые задавали себе вопрос о том, почему у него есть право всюду встревать. И в определенных моментах я так к этому привык, что, когда игроки команды подбегали ко мне, у меня в голове свербила мысль, что я позволил Кройффу зайти слишком далеко». Потому что у Кройффа нет границ! «Убери свисток изо рта. Держи его в руках – так у тебя будет время хорошо все обдумать, прежде чем свистеть» – эта фраза, одна из сказанных им людям в черном, вошла в историю. В общем, нужно иметь навык, чтобы его угомонить, по словам Яна Кейзера, другого голландского арбитра: «Однажды он подошел ко мне и в бешенстве говорит: «Ты что, не видел? Там же чистый фол!» На что я сухо отвечаю: «Единственное, что я вижу, так это твой галдеж». И все прекратилось, он вернулся к игре. Он обращался не только к арбитрам, но и к своим игрокам, он всегда все знал лучше других, и ему необходимо было, чтобы все всё делали по-его… И ведь он был прав!» Йохан имел законное извинение: против него все чаще и чаще фолили на поле. Жестокие удары, оскорбления (иногда) и повторяющиеся провокации – все это было реальным, и к тому же не он один искал защиту, другие игроки, не такие талантливые, также ее искали… Его конфликты с арбитрами раскрывали одновременно и его невыносимую звездную паранойю, а также дерзкий игровой инфантилизм: он, словно малыш Йопи, грязный мальчуган из восточного квартала Амстердама, развлекался тем, что бросал вызов авторитету… Стоит сказать, что его горячность никогда не перерастала в жестокость ни по отношению к арбитрам, ни к соперникам. Но ему удалось своей личностью подавить весь штат арбитров и тем самым уберечь себя от множества желтых карточек, в результате чего он стал игроком, которому редко выносили предупреждения.

Для Кройффа в «Аяксе» осталось завоевать последний международный трофей: Кубок Лиги чемпионов УЕФА. Освобожденные от первого тура в качестве действующих чемпионов, аяксовцы во главе с бандитом с большой дороги, то бишь Кройффом, громят ЦСКА (София) (3:1 в гостях и 3:0 дома). В четвертьфинале перед аяксовцами на пути встает «Бавария» (Мюнхен). «Бавария» кажется первым серьезным противником, способным преградить дорогу «Аяксу» в Европе. И не без основания! Половина игроков самой лучшей «манншафт» всех времен, победителя Евро-72, родом из Мюнхена: Майер, Шварценбек, Брайтнер, Хёнесс, Мюллер и Беккенбауэр… Если Йохан – Амстердамский Принц, то Франц Беккенбауэр – Кайзер, император с горделивой осанкой и аристократичными манерами, он был похож на своего голландского соперника. Не только природный шик и мощный магнетизм сближают этих двух мужчин… Как и Йохан, Франц также был в середине 60-х годов одним из первых профессиональных футболистов, у кого был свой личный агент. Роберт Шван, теневой бизнесмен (он представлялся страховым агентом), по всем статьям походил на Кора Костера. Не особо разбираясь в футболе, как и Кор, он работает при Беккенбауэре – но больше, чем Костер при Кройффе, – одновременно как советник и как второй отец. Как и Йохан в Нидерландах, Франц был первым профессиональным футболистом в Германии, который записал диски. В 1966 году он записал Gute Freunde kann niemand trennen («Настоящие друзья никогда не расстаются»), затем медленный фокстрот Du allein («Только ты»), который стал небольшим хитом в ФРГ (№ 31). Франц был еще и первым футболистом, кто снимался в рекламе на ТВ (супы «Кнорр», товары «Адидас», начиная с 1967 года). Франц, которому в 1973 году исполнилось 28 лет, капитан – победитель в Евро-72, похитил «Золотой мяч» у Йохана в минувшем году… Что касается команд, то опыт встреч на международном уровне перевешивал в сторону баварцев. С той разницей, что в летнем товарищеском матче годом ранее «Аякс» разгромил «Баварию» со счетом 5:0 в Мюнхене! «Тот товарищеский матч, когда мы выиграли со счетом 5:0, стал на самом деле лучшим матчем великого «Аякса», – дал оценку Нескенс в 2005 году. – Учитывая существующее между нашими странами соперничество, этот матч имел действительно важное значение». Кроме красивой дуэли Кройфф – Беккенбауэр, специальная пресса развлекалась тем, что обсуждала тактическую доктрину, которая противопоставляла свободного либеро (Франц) и тотальный футбол (Йохан), то есть две последние великие инновации современного футбола…

Вечером в среду, 7 марта 1973 года, когда две команды появляются на поле Олимпийского стадиона Амстердама, Европа задерживает дыхание. Этот матч «Аякс» – «Бавария» – 73, представленный как досрочный финал, собрал у телевизоров 200 миллионов человек. В ярко-красной футболке Йохан лучится под вспышками телекамер. Он вылитый Мик Джаггер и Дэвид Боуи одновременно: в нем объединились сексапильный рок и крайняя изысканность. Аяксовцы излучают уверенность: за четыре дня до этого они победили «Фейеноорд» 2:1 по пути к национальному титулу 1973 года. Баварцев же ведет горделивый Кайзер. Его телохранитель Герд Мюллер не в лучшей своей форме. Он будет играть на одной ноге, что негативно скажется на игре баварского оркестра. После матча у него с ужасом диагностируют трещину в малой берцовой кости… 65 000 болельщиков на трибунах не обращают внимания на холод, а их оглушительные сигнальные дудки напоминают, что Амстердам – любимый портовый город Жака Бреля… На майках нет рекламы, ни имен на спинах, номера соответствуют позициям игроков на поле, исключение – Йохан. В то время вратарь может брать мяч в свои руки, когда игрок ему пасует назад, и у него есть столько времени, сколько он хочет, чтобы ввести мяч в игру. И в играх против «Аякса» голкиперы часто выжидают, словно больные, желая оттянуть время и дать возможность отдохнуть своим потрепанным командам. На скамейке два тренера дымят как паровозы: Штефан Ковач смолит сигареты одну за другой, тогда как Удо Латтек нервно потягивает свою трубку. Две команды играют по одной и той же схеме: 4–3-3. Привычный вопрос: кто возьмет на себя Кройффа? Во время предыдущего матча, завершившегося счетом 5:0, Йохан был буквально травмирован своим надзирателем, беднягой Шварценбеком… Теперь же Ули Рот, достойный полузащитник тридцати одного года, должен будет опекать Йохана Первого, занимающего обманную позицию в центре нападения.

Как и предполагалось, находящиеся в более выгодном положении мюнхенцы действуют лучше, активнее, а не просто обороняются и сопротивляются. «Бавария» отлично сгруппирована на 30 последних метрах, не оставляя свободных пространств, не давая подойти близко к воротам и не делая подарков сопернику. Кройфф нейтрализован, и его не видно в игре. Даже больше! Баварцы выглядят наиболее опасными в умелых контратаках, в связи с чем «Аякс» вынужден подчиниться и играть по их правилам. Но в действительности баварцев сдерживает блистательная харизма «Аякса»… Мюнхен чувствует себя не совсем уверенно, чтобы забить во время своих атакующих комбинаций. И «Аякс» их свирепо накажет после 30-й минуты. «Аяксу» не дают прорвать оборону, но он знает, как собраться и сыграть в свой тотальный футбол! Либеро, немец Хорст Бланкенбург, перемещается в десятку и начинает атаки, а полузащитник Нескенс отступает, прикрывая его. Кройфф отходит назад, чтобы запустить механизм, Кейзер занимает центр, оставленный Йоханом, и оставляет левый фланг боковому Руди Кролу: все перемещения проходят как по маслу… Аяксовцы продолжают свой удушающий прессинг всемером, оставляя позади только троих защитников. Конец первого тайма приближается, и очевидность бросается в глаза: «Аякс» дышит футболом, как ни одна другая команда до нее. У «Божьих сыновей» есть грация, которая проявляется даже в упущенных передачах… «Аякс» проводит с чуть отступившим Кройффом смелые комбинации и всаживает первые бандерильи: Кейзер (головой на 32-й минуте, пролет над перекладиной), Реп (в одно касание по летящему мячу, пролет над перекладиной, на 33-й), Хан (прострел издалека на 36-й минуте), Реп (мяч опасно покатился в центр, но Рот в последний момент убирает его с линии ворот, 38-я минута) и Крол (удар с полулета, касание мяча Майером, мяч попадает в левую штангу, 43-я минута). На перерыв команды уходят при обманчивом счете 0:0. «Бавария» выдержала, но на самом деле начинает уже тонуть.

Тем временем аякская волна развертывается, разбухает и потоками обрушивается со всех сторон. Кройфф не оказывает огромного давления на игру, но каждое его владение мячом пугает, при этом он оттягивает на себя двух игроков противника, тем самым создавая бреши в их обороне. Да и команда восполняет его нехватку. На поле идет постоянное перемещение, согласно английской теории swaping position (игрок уходит на другую позицию, а на его место встает другой): моментами левый боковой Крол играет на позиции правого крайнего нападающего, либеро Бланкенбург играет слева, полузащитник Нескенс смещается на позицию либеро, а полузащитник Ари Хан играет повсюду! Кройфф же всего лишь атом в этой молекуле, но атом активный, даже если это не бросается в глаза. Безумные перемещения «Аякса» сильно затрудняют индивидуальную опеку игроков противником. Но благодаря Беккенбауэру «Бавария» сдается не сразу. Странным образом, но именно в этом матче его гений равен гению Кройффа. Его понимание игры во всех ситуациях, его невероятное хладнокровие во всей этой кутерьме (безупречная активизация всякий раз под прессингом, ни одной потери мяча!) позволяют его команде провести еще несколько смелых контратак. Но «Бавария» все больше и больше опасно отступает…

Аякский прессинг усиливается, блок противника рушится, и на 53-й минуте Хайнц Шилхер наконец с удовольствием пробивает с 20 метров. Майер бросается в ноги к Хану, который забивает мяч в ворота – 1:0! «Аякс» инициирует тогда ускоренную передачу вперед, принимает позади баварских нападающих в страшной ловушке «вне игры». Фирменное домашнее блюдо. Мюрен-левша удваивает счет: одним касанием мяча на лету правой ногой отправляет его в девятку (2:0, 68-я минута)… Спустя две минуты Кройфф выполняет угловой, и Хан в высоком прыжке принимает мяч головой, бьет, и мяч залетает в ворота. Он опережает Майера, который вышел из ворот в надежде перехватить мяч (3:0, 70-я минута). Зепп Майер, как и Мюллер (несмотря на усилия), был еще одним слабым конечным звеном баварской защиты. После матча безутешный вратарь, охваченный досадой и бессонницей, выбросит ночью всю свою форму и бутсы в ледяные воды протекающего рядом с баварской гостиницей канала… На последней минуте встречи прибежавший чуть ли не из зоны своих ворот Крол с левого фланга, почти из середины поля, делает высокий навес, и Кройфф в прыжке, в борьбе на втором этаже, пробивает головой, счет 4:0!

Финальный счет был за гранью. Но все справедливо. Так как по игре наблюдалась огромная пропасть между этими двумя командами, превосходящий размах игры, весьма наглядный, но который невозможно воспроизвести. Создавалось головокружительное впечатление, что игроков «Аякса» на поле было больше одиннадцати, словно играли 14 против 11… Писатель из Ниццы Луи Нюсера повторит высказывание Наполеона, но уже по отношению к тотальному футболу 1973 года: «Искусство войны заключается в том, чтобы расположить свои войска так, чтобы они были одновременно повсюду». В качестве доказательства своей сообразительности Йохан буквально «блеснул» своим отсутствием… Зная, что его будут ждать, он сумел избежать эгоцентрической ловушки и не попытался исполнить свои обязанности в одиночку. Он растворился в коллективе, не напоминая о себе, в надежде избежать опеки. Он сверкнул, и луч пробил сумерки. Его позиция «держаться чуть позади» получила другую интерпретацию: он боялся схлестнуться непосредственно с Беккенбауэром? Не важно! Если в данном случае стратегия ухода смогла привести к победе… Тотальный футбол, вероятно, черпал идею из мудрой поговорки народа, которого часто захватывали другие, более сильные армии: «Голландец предпочитает найти способ победить врага своим умом, а не силой…»

На следующий день в «Экип» Жан-Филипп Ретакер посвятил передовицу этому футуристичному «Аяксу», который шел впереди многих современных достижений. Он восторгался «этой командой сегодняшнего и завтрашнего дня, которой был «Аякс» 1973 года. Его несокрушимым блоком, где одиннадцать индивидуальностей перемешиваются, походя как физически, так и технически один на другого, тем самым становятся только крепче и могут безжалостно смести с пути противника». В 2005 году матч «Аякс» – «Бавария»-73 был назван «Экип» лучшим матчем в истории кубков Европы, при этом описывая игру «Аякса»-73 как «лучшую демонстрацию тотального футбола».

Атмосфера в самом «Аяксе», однако, омрачилась во время ответного матча, прошедшего 21 марта… В минувшие выходные Йохан Кройфф получил легкую травму голени. Он посоветовался с личным врачом, который ему «рекомендовал» не выходить на матч с Мюнхеном. Врач «Аякса», доктор Ролинк, воспротивился этому решению и уведомил дирекцию клуба, что Кройфф должен быть в составе группы в Баварии. Боясь осложений, Йохан отказался туда ехать. Председатель ван Праг выказал на публике, через СМИ, всю свою ярость по отношению к Йохану. Для товарищей по команде это было уже перебором! Многие из них больше не могли выносить проделки и капризы своего капитана. Хуже того, из-за повторяющихся проблем с приводящими мышцами сезон был вконец испорчен: количество матчей, сыгранных им за «Аякс», свелось до 32, правда, число забитых мячей впечатляет – 19 штук. Однако и в его отсутствие команда выигрывала матчи, что навело игроков на мысль, что они могли прекрасно обойтись и без него… Что они и сделали, впрочем, в матче против «Баварии», обеспечив себе без особых проблем квалификацию на Олимпийском стадионе в Мюнхене (1:2). Но баланс сил в раздевалке явно пошатнулся. Опытного Васовича, уехавшего в Югославию, покинувшего «Аякс» в одно время с Михелсом, уже не было там, чтобы утихомирить восставшее эго игроков.

Величайшую команду мира и в самом деле охватило глубокое недомогание, и архилидер был не единственной его причиной. Вот что скажет Барри Хюльсхофф: «Сезон 1972 года был волшебным, а на следующий 1973 год нам предстояло все начать заново. Только с лидерством у нас был непорядок, полный швах. Отовсюду сыпались всевозможные противоречивые идеи. Все вдруг стали лидерами, и группа начала распадаться. Взаимная поддержка уже была не такой сильной. А уж если вспыхивали конфронтации, то они уже были куда как жестче, чем раньше. И вот каждый концентрировался на себе, выпячивал все свои чувства, вместо того чтобы поставить на первое место задачи коллектива. Больше не было общих целей, точнее говоря, целей не было вообще. Мы уже завоевали все трофеи… И затем о нашем капитане Йохане пошли всякие слухи, вроде того что он должен скоро уехать в Барселону». Шептались также, что Йохан считал, что ему мало платят… тогда как в 1971 году он продлил контракт на семилетний срок!

И вот все эти слухи усилились до такой степени, что Йохан стал объектом одной странной телевизионной мизансцены. Для передачи Brandpunt («Горячая точка») канал KRO решил сделать из него первоапрельскую шутку. Перед его домом поставили телекамеру, один журналист завязал разговор с Йоханом, который был одет в брюки с широкими раструбами, рубашку с открытыми верхними пуговицами и золотыми цепочками на шее. Он стоял там, у входной двери в дом, как спокойный отец семейства с малышкой Сусилой на руках и маленькой Шанталь, резвившейся у его ног. «Йохан, мы только что узнали от клуба «Барселона», что вы будете играть там в следующем сезоне», – набросился на него репортер. «Без комментариев», – ответила ему звезда… «Господин Михелс уже все уладил, и вы завтра подпишете контракт на стадионе «Аякса», – напирает парень с KRO… «На стадионе «Аякса»? Нет, нет, нет… Без комментариев», – скажет Йохан с чуть смущенной улыбкой и опущенными в пол глазами в знак досады… «Но вы же учите испанский, верно?» – настаивает интервьюер… «Да, но это из-за того, что я езжу на отдых в Испанию», – отвечает Йохан, и его улыбка уже не такая безоблачная.

Йохан вернется в расположение команды к полуфинальным матчам Кубка чемпионов, чтобы схлестнуться с великим «Реалом» (Мадрид). После их скромной победы 2:1 в Амстердаме 11 апреля аякские игроки по-залихватски объявили национальным СМИ, что едут на «Бернабеу», чтобы выиграть со счетом 1:0. Что они и сделали, одетые в наводящую ужас кроваво-красную форму. Гол забил Герри Мюрен. Совершенно непринужденно Герри завоевал невероятно бурную овацию, начав вдруг жонглировать мячом в разгар матча прямо в центральном круге! Со своим третьим финалом в Кубке чемпионов, назначенным на 30 мая, «Аякс», что символично, шел по следам «Реала», у которого на счету в Лиге чемпионов было шесть кубков. 20 мая «Аякс» стал снова чемпионом Нидерландов, одержав победу в финале против «АЗ-67» (3:0), опередив «Фейеноорд» на два небольших очка.

Аякские коммандос, высадившиеся в Белграде на финальный матч с «Ювентусом», считались ультрафаворитом. Даже несмотря на то что командный состав туринского клуба включал великих сборников (Дзофф, Капелло, Каузио, Беттега), исход битвы не вызывал сомнения. В момент жеребьевки капитан Йохан проделал свой обычный суеверный ритуал: пожевал жвачку и выплюнул её до стартового свистка на сторону противника… На удушающей средиземноморской жаре и перед восторженными 93 000 зрителей на трибунах Джонни Реп решил дело уже на 4-й минуте, забив головой с подачи из центра Бланкенбурга (1:0, финальный счет)… «Ювентус» был таким покорным, что не реализовал два своих редких опасных момента. Как и «Бавария», туринский клуб стушевался перед этим кроваво-красным отрядом с такими молниеносно-скоростными игроками, готовыми расщепить ювентусовские майки на черные полоски на белом небе… «Аякс» выиграл свой третий кубок чемпионов подряд, и это Йохан получал кубок с громадными ручками из рук Артемио Франки, президента УЕФА.

С этой третьей европейской наградой все думали, что «Аякс» будет удерживать этот титул много лет, как и «Реал» Ди Стефано. Но реальное положение дел в аякской группе, о которой не было известно широкой публике, являло перспективы не такие радужные, как об этом расскажет Барри Хюльсхофф: «Я и Йохан, мы сделали полукруг по стадиону, подняв над головой полученный кубок. Другие игроки уже вернулись в раздевалку. А мы… мы уже внутренне догадывались, что это конец. Все. Финал…»

После матча игроки «Ювентуса» пережили незабываемый момент, тождественный галактической бесцеремонности этого сошедшего с другой планеты «Аякса». Покидая белградский стадион, «черно-белые» увидели смотрителя аякского клуба, Дядю Яна, толкающего по направлению к голландскому автобусу бак на колесиках с грязным бельем чемпионов Европы. Среди шмоток туринцы увидели выступающую часть этого самого кубка с огромными ручками, небрежно воткнутого в красные майки. В «Аяксе»-73 ни с чем не церемонились…

Но аякские болельщики вернутся в Амстердам не совсем довольными, потому что их команда сыграла со счетом 1:0 и не сделала счет больше… Именно с этого дня голландский футбол заболеет неврозом: отныне болельщики будут понукать футболистов, чтобы те всегда играли в красивый и наступательный футбол и всегда забивали много голов. Одетые во все оранжевое фанаты сборной, так называемый Oranje legioen (Оранжевый легион), будут требовать отныне от своих футболистов на всех нидерландских матчах-встречах идти вперед: «Aanvalluh!» («Атакуйте!»). По примеру Бразилии Нидерландам придется взять на себя обременительную священную обязанность – дарить миру только блистательный атакующий футбол. А немцы, итальянцы, аргентинцы, да плевать они хотели на красивый футбол! У них намного более прагматичная концепция победы. Но «Аякс» придерживается иной этики, почти протестантской, финального итога футбола. Побеждать ради победы – считай, аморально, если при этом ты ничего не даришь публике. Издержки успеха – это не титулы, которые ты собираешь, а та радость, которую доставляешь простым людям, выполнив поставленную задачу. В 2005 году Йохан Нескенс разъяснит это футбольное Евангелие: «Аякс» хотел привлечь зрителей на стадион, играя в футбол, который не ограничивается результатом на табло. Да будет зрелище! В противоположность тем командам, которые только и ждут ошибок соперника и прибегают к итальянскому катеначчо. Наша публика не принимала такое поведение. Ринус Михелс всегда считал, что люди, которые платят свои деньги за билеты на матч, должны быть вознаграждены просмотром красивого выступления». Третий континентальный титул снова привлечет в Амстердам всех специалистов и учащихся тренеров со всего мира. Все приедут изучать секреты создания тотального футбола и все его методические премудрости. В 2015 году Академия «Аякса» de Toekommst («Будущее») продолжает оставаться одной из мекк образования молодежи, это одно из обязательных учреждений для всех наставников и учителей, приезжающих сюда, чтобы пройти курс повышения квалификации…

Белградский финальный матч – последняя игра Ковача с амстердамским «Аяксом». Он видел, что его влияние на команду сошло на нет, а счет последних побед снижается. Что не понравилось дирекции клуба. Штефан Ковач уехал во Францию, где стал тренером «синих». Его сменил на посту тренера неизвестный Георг Кнобел, голландский тренер пятидесяти одного года.

Никто не сомневался, что после такого урожая титулов, выигранных снова «Аяксом» über alles, летом 1973 года в клубе еще теплился огонек. Правда, лето станет смертоносным, когда тлеющий уголек разгорится в самый разрушительный в истории клуба пожар. В своей книге «Блистательные Оранжевые» (с. 73–84) Дэвид Уиннер скрупулезно приводит хронику быстрого сгорания, которое внесет разлад в самый крупный клуб в мире…

Георг Кнобел, новый тренер, не хотел показаться таким же мягкотелым, как Ковач, и понимал, что должен навязать свой авторитет в раздевалке, в частности потому, что прежде за ним особо не водилось репутации процветающего тренера (он пришел из маленького ФК «МВВ Маастрихт»). В начале сезона 1973/74 аяксовцы готовились к летнему предсезонному сбору в «Де Лютте», небольшом спокойном отеле, расположенном недалеко от границы с Германией. В первый день Георг Кнобел обратился к игрокам с речью, пространной и скучной. Свой спич он завершил таким обращением: «И напоследок… О капитанской повязке. Мы должны выбрать капитана». Кнобел сослался на мнимую клубную традицию, о которой ему рассказал Бобби Хармс, согласно которой каждый год игроки выбирают себе капитана. Однако Йохан Кройфф все еще оставался капитаном команды к июлю 1973 года, и ранее было вроде как решено, что он им и продолжит оставаться. Но тем не менее встал вопрос о проведении анонимного голосования, и Георг Кнобел уступил («Когда игроки голосовали, меня там даже не было»).

Атмосфера вдруг сразу накалилась… Для Йохана сам факт проведения ни с того ни с сего выборов был очень неприятным, он тут же ощутил психологический дискомфорт, стресс. Расспрошенный Дэвидом Уиннером Ян Мюлдер, прибывший из Андерлехта в 1972 году, на всю жизнь запомнил выражение лица Кройффа, когда Кнобел заговорил о выборах капитана: «По его лицу я увидел, что для него это стало полной неожиданностью. Что-то вроде переворота, страшного кошмара… Йохан был капитаном, и тут вдруг с новым тренером игрокам придется голосовать. Он был в шоке, его вера рухнула. Он был взбешен. Осмелиться бросить вызов его авторитету – все равно что наигнуснейшее оскорбление. Я прочел это по его глазам. Как только зашла речь о выборах, он захотел тут же покинуть «Аякс». В тот момент для него это было уже слишком. Возможно, сам он проголосовал бы за Кейзера! Говорю «возможно», так как Йохан был очень странным». Кроме Йохана кандидатами были назначены Барри Хюльсхофф и Пит Кейзер. Подобно Леннону и Маккартни, втянутым в разрушительную борьбу за лидерство в группе, Йохан и Пит разругались в пух и прах, пожертвовав даже своей старой дружбой.

Процедура голосования стала импровизацией. Имена трех кандидатов были написаны на доске: Барри Хюльсхофф, Йохан Кройфф и Пит Кейзер. Никаких речей, ни дебатов: игроки писали имя на кусочке бумаги и клали свой бюллетень в пустой цветочный горшок, стоящий на столе. Голосование продлилось 5 минут… Никто не проголосовал за Барри Хюльсхоффа. Пит получил 12 или 13 голосов. Йохан: примерно 3–7 голосов (его точный итог был три голоса)… В 2015 году Дэвид Эндт, бывший игрок и руководитель «Аякса», подтвердил результаты голосования: «Пит был выбран практически единогласным решением. Он был общительнее, не таким деспотичным, менее эгоцентричным, менее властным по сравнению с поведением Йохана на поле, которое уже достало его одноклубников. Йохан действительно мог сделать больно людям, он был до крайности высокомерным. По правде говоря, Кройфф верил в диктатуру и деспотизм. Он считал, что обязательно должен быть лидер и его последователи, и если последователь на деле не был верен, то его следовало отбросить за ненужностью! Он действительно в это верил, и даже вне футбола».

Кейзер стал капитаном. Ян Мюлдер продолжает свой рассказ: «После голосования Кройфф поднялся на второй этаж, чтобы позвонить. Я был с Хайнцем Стёйем, когда он набрал номер своего тестя, Кора Костера. Он всегда звонил в открытую, как обычно, так, что все всё слышали и всё видели. Тогда мы услышали: «Срочно позвони в «Барсу», я сваливаю отсюда». Несколько часов спустя после голосования менеджер отеля Герман Стриккер заметил, что в одном из номеров отеля до сих пор работает телефон. Единицы тикают, звонки идут как внутренние, так и из-за рубежа. «Это был номер Кройффа, – говорит Стриккер. – На следующий день приехал тренер сборной Франтишек Фадронк и провел тут весь день до вечера, прогуливаясь с Йоханом. Дело принимало серьезный оборот. Ринус Михелс позвонил в отель, так же как и тесть Кор Костер. Это было похоже на панику на борту».

Йохан Нескенс в интервью «Экип» в 2005 году поведал о начале катастрофы: «Мало-помалу группа игроков говорила себе: «Мы тоже звезды и знаем, что нам надо делать». Возникли трения. В основном опасные моменты и комбинации создавал Кройфф, но игроки хмуро дулись, считая, что тоже звезды и больше не желают таскать чемоданы Кройффа, причем ради его же славы». Они думали, что «Аякс» способен побеждать и без Кройффа… Дэвид Уиннер сообщил, что Георг Кнобел никогда не придавал такого уж огромного значения этому драматическому голосованию: «Когда я приехал, я думал, что буду работать вместе с замечательными профессионалами. Но игроки оторвались от земли. «Мы самые лучшие в мире! Мы можем победить кого угодно!» Самомнение зашкаливало. При этом все знали, что Кройфф был готов уйти. История с голосованием вовсе не была причиной этого внутреннего кризиса. У Йохана создалось впечатление, что игроки его не любят. И это не было неправдой… Да, они завидовали ему. Все медийное внимание в «Аяксе» было сосредоточено на нем, и немало игроков про себя думали так: «…но мы же точно такие же, как он»… Ян Мюлдер тоже считал, что вовсе не выборы спровоцировали уход Кройффа, а затем и big-bang (большой взрыв) в «Аяксе»: «Выборы, конечно же, были ошибкой. Команда находилась на грани развала. И это понятно… Три года на вершине обострили эго у некоторых. Да, игроки, как Хан и Крол, хотели зарабатывать столько же денег, сколько и Йохан. И в этом плане Испания и Италия выглядели очень и очень привлекательно. Как только представился момент, они обернулись против Кройффа, ратуя за свои собственные интересы».

В том же ключе высказался и Джонни Реп: «Проблема «Аякса» в том, что все стало слишком легко. В 1973 году ветераны-игроки выиграли все, что можно. Им нужен был новый вызов, новый клуб. Амбиции испарились». Герри Мюрен, в свою очередь, все еще лелеял надежду: «Не было традиции выбирать капитана. Это была идея Кнобела. Мы голосовали тогда впервые. Эта идея с голосованием была шоком для всех нас, для игроков. Если Йохан – наш капитан, зачем голосовать? Лично я голосовал за Йохана, потому что знал, что если не проголосовать за него, то он уедет в Барселону. Эти выборы стали последней каплей для Йохана, который уже получал очень заманчивые предложения. Если бы не было этого проклятого голосования, Йохан точно бы остался в «Аяксе» еще на два года как минимум». Герри справедливо сравнил случившееся с распадом «Битлз» – событие, которое повергло в ступор весь мир в 1970 году: «Битлз» были хорошим примером. Поначалу, как и они, все мы горели энтузиазмом. Но позже удовольствие улетучилось. Пропало желание играть вместе, не было «один за всех». У нас оставались все те же прекрасные качества, и на поле мы играли сообща, но после матчей каждый запирался у себя… Если бы мы удержали команду от распада, мы бы выигрывали Кубок чемпионов все следующие восемь лет подряд».

Джонни Реп проголосовал, естественно, за Кейзера… Как и Барри Хюльсхофф. Он объяснил Дэвиду Уиннеру, что Кройфф не понял смысл голосования: «На поле у нас не было никаких проблем с Йоханом. Но вне поля, в общении с дирекцией клуба и в других ситуациях, Кейзер был более квалифицированным, он больше пекся о группе, о коллективе». В «Аяксе» капитанская повязка предполагала, что капитан будет заниматься выбиванием премий. «Йохан всегда говорил: «Вы проголосовали против меня из нелюбви ко мне». Но это ничего не имело общего с голосованием, – сказал Хюльсхофф. – Я думал, что ему нужно было капитанство, чтобы выглядеть в глазах мира еще большей звездой «Аякса». Но он и так уже был суперзвездой!» Руд Крол также проголосовал за Кейзера: «После голосования мы поговорили с ребятами и с Йоханом. Он пообещал нам, что останется. Но две недели спустя он ушел». Руд называет также и другие причины разложения духа команды: «В эпоху супер-«Аякса» мы играли перед 15 000 зрителей на стадионе «Де Мер». Мы много говорили на эту тему, повторяя, что в Италии и Испании на стадионы приходило 100 000 человек. Нас это нехило расстраивало. На матчах кубков Европы дело обстояло лучше: мы играли на Олимпийском стадионе перед 60 000–70 000 болельщиков. Но половина этих зрителей была не из Амстердама. И они приходили не на каждый матч чемпионата».

А Йохан? Как он пережил этот переломный период? «После взятия третьего кубка Европы ликование было огромным, но, как только сезон завершился, дисциплины как не бывало. И вместо того чтобы радоваться тому, что у них есть, игроки такой закалки, как у меня, просто завидовали. И потом настал этот кошмарный день, когда другие игроки проголосовали за смещение меня с поста капитана. Это был ужасный момент для меня… Этот клуб – это половина моей жизни, и таким отношением они показали мне, что все кончено. Я должен был покинуть «Аякс» и уехать в Барселону. Я до сих пор не могу поверить, до какой степени игроки «Аякса» были такими глупыми. У нас была команда, которая могла брать кубок за кубком в Кубке чемпионов, как это сделал «Реал» (Мадрид). Йохан даже не упомянул, что Костер уже вел переговоры с «Барсой», что служило доказательством того, что он планировал свой уход еще до фатального голосования…

Всякий раз заводя речь об этих критических и даже болезненных для него воспоминаниях, Йохан продолжает сохранять характерное ему присутствие духа. Это выражается в категоричности его суждений или в том, как он уклоняется от неприятных вопросов, противопоставляя им релятивизм, граничащий временами с отрицанием. В 2005 году «Франс Футбол» опубликует со всеми деталями эту историю о выборах капитана. Как это часто бывает, когда ему задают трудные вопросы, он пожимает плечами и потирает нос: «Лично меня не интересует чужая жизнь, но зависть – это отчасти национальный вид спорта голландцев. Это правда, что я всегда защищал свои интересы, как и то, что я всегда бился за своих одноклубников. А сколько матчей я пропустил, выбивая страховку! Я бился-бился и добился в конце концов. То же самое и с премиями». Все же стоит снова упомянуть… о его стремлении к неограниченной власти, которое наверняка раздражало партнеров и руководителей… Не зря же бывшие игроки рассказывают о его капризах, о настроенческих выходках… Йохан отметает все эти истории небрежным жестом: «Обо мне много чего болтают, все это домыслы. Я всегда уважал своих тренеров, своих товарищей по команде. Я бы никогда так не поступил. Это невозможно!» Йохан никогда не ошибается. Другие – да.

В 2014 году «Экип Маг», интервьюируя Руда Крола, спросила у него, какими словами лучше всего можно описать Кройффа: гений, стратег, босс, дирижер оркестра, человек с трудным характером, шахматист, тиран? «Тиран – нет, точно нет. Остальное – все к нему, даже трудный характер и гений, обычно эти два качества идут вместе», – ответил Руд.

В то время, когда деловые хлопоты между «Барсой» и Кором Костером были в разгаре, стартовал чемпионат 1973/74. В ожидании исхода переговоров о контракте между смещенным капитаном и каталонским клубом Йохан соглашается выступать за клуб. В ходе первого дня Эредивизи, 12 августа, он принял участие в легкой победе «Аякса» над ФК «Гронинген»: счет 4:0. Ко второму дню турнира, 19 августа, когда «Аякс» принимал ФК «Амстердам», степень горечи и враждебности болельщиков клуба удесятерилась из-за неизбежности перехода Йохана в «Барселону». Они мало что знали об истории с голосованием, но прекрасно помнили об обещании Йохана быть верным клубу, которое он дал, когда два года назад продлил контракт с клубом, причем за весьма кругленькую сумму чистыми деньгами… Вот как Йохан рассказывает о своих последних днях в «Аяксе»: «Мой последний матч за клуб – это игра с ФК «Амстердам» на нашем домашнем стадионе. Пусть даже это был уже не «мой домашний стадион». Никто из официальных лиц не сообщил, что это матч прощания с «Аяксом». Но я-то знал, что он последний. Толпа меня освистывала, гудела, когда я вышел на поле. «Играй, Йопи, – сказал я себе. – Черт! Они тебе будут аплодировать, прежде чем ты уйдешь». И это был один из самых лучших моих матчей. Я забил за десять минут до конца встречи шестой гол при счете 5:1, но я не запрыгал от радости. Я остался сдержанным. Я слышал аплодисменты, единодушные, как будто они говорили мне «до свидания». Это было красивое прощание. Я принял душ, оделся. Затем, никому не сказав ни слова, не пожав руку, я покинул стадион «Аякса». Команда выиграла 6:1, а Йохан, с красивым загаром, был по-особенному великолепен: «Конфликты, как никогда, настраивают меня на игру. Свои самые лучшие матчи я провел как раз после крупных конфликтов», – скажет он. В самых волнительных ситуациях Йохан никогда не выдает своих эмоций на публику. Всегда сохраняет полный контроль над собой. Но когда чувствуешь, что он взволнован, ты никогда не увидишь ни слезинки на его щеках.