— Я сама жеребцов и предпочитаю, но вот привыкла уже. Хорошая она, не нравная, не шарахается, не закусывает. Выносливая.
— Мой закусывает. Поэтому обучил ходить вовсе без оголовья, ибо толку нет. В бой если — тогда железо на цепях.
— Мундштук?..
— Не понимаю, что речешь!
— Ну вот… с рычагами… рычажные удила, и с цепочкой?
— Ну да, они!
— И кстати, жеребцы жеребцами, но я думаю, что Зима побыстрее твоего…
— Азара.
— Побыстрее твоего Азара будет.
— Поскачем завтра?
— На что?
— Ну… на желание.
— Хм. Хорошо. Ты что желать будешь, коли победишь?
— А ты?
— Я буду желать твоего коня на денек — покататься.
— А я с тебя танец али песню.
— Уговорились!
Ветка призадумалась. Потом опомнилась — достала их с Ранком дорожные припасы. Поделилась с Тенгелем, хлебнула еще раз из его фляги.
Лошади подружились, и Зима доверчиво прислонилась к теплому боку белоснежного жеребца, покинув вороного, который сердито косил, поджимая заднюю ногу. Ветка уставилась на эту картину слегка зачарованно, сообразив, что она так запросто разговаривала с парнем, которого и видела-то единственный раз. Пять минут. Там, перед битвой, в невероятном прошлом, три жизни назад.
Первая жизнь — дома, в Москве. Те лунные сутки внезапного возвращения.
Вторая жизнь — ожидание следующего новолуния в Эреборе.
И третья жизнь, которая началась недавно — жизнь подданной Эребора.
Веткины свитки судьбы заполнялись лихорадочными, скачущими рунами, как будто айну, управлявший этой скорописью, спешил наверстать нечто очень важное.
Рохиррим встал, дожевывая половину доставшегося ему хлеба, оставив свой алый плащ на соболе на Веткиных плечах. Светлые волосы с волной, которые не закрывал шлем, осыпаны снежинками. Серо-голубые глаза ясные… и человеческие. Мужчина был, наверное, ростом с эльфийского короля, не меньше, и Ветка ощутила странное чувство — она так привыкла к гномам, которые все, как один, были много ниже ее. В памяти всплыли слова Барда о своем народе, сказанные когда-то.
— Проходит непогода, — сказал эорлинг, — да и варгов не слышно. Скоро доберемся до Дейла. Бард, кстати, так и сказал, что это ты — хотя разглядеть еще трудно было.
— Бард меня немного уже знает.
— Непоседа?
— Есть такое.
— Это видно. Да и вообще… есть у меня такое чувство, Ольва Льюэнь, что мы с тобой знакомы уже были. Ты в Гондоре не жила?
— Не довелось, — улыбнулась девушка, — но и у меня есть ощущение, что я тебя давно знаю, принц Рохана. Например, знаю, что ты сладкоежка.