***
Ветка ополоснулась с дороги, переоделась в одно из платьев, которые ей пошили гномки по ее собственному рисунку. На дворе уже была ночь, но Бард сказал, что ожидает Тенгеля и Ветку к себе на поздний ужин.
В зале, памятном Ветке, был накрыт длинный стол. Великолепное мясо, разные сорта хлеба, квашеные овощи, паштеты из птицы, салфетки, сервировка, кубки и бутылки с винами - Ветка поразилась разнообразию и гостеприимству. Тяжелые удобные стулья, покрытые бархатными чехлами, окружали просторный стол. Накрыто было на четверых.
В зале уже были Бард, его старшая дочка Сигрид и Тенгель.
Ветка уставилась на девицу с некоторым неудовольствием, природу которого не смогла бы объяснить. Что же, резонно - Сигрид теперь принцесса, по возрасту ей, похоже, лет шестнадцать-семнадцать, так что как не посадить такую за стол с красавцем рохирримом?
Собственно, Тенгель и беседовал с ней весьма оживленно. Ветка прислушалась - обсуждали древних авторов и отысканные девушками в библиотеке Дейла старинные манускрипты. С ума сойти, какая завлекательная тема, раздраженно подумала Ветка, и все-таки поставила зарубку – все же читать научиться.
Бард же стоял в другом углу зала недвижно и смотрел на Ветку. Та наконец восторжествовала - ну хоть кто-то! Платье!
Декольте, открывающее оба плеча - такого Ветка здесь не видела - смягчала полоска белоснежного меха. Узкий лиф в талию, узкие рукава - все простое, без отделки. От талии пышнейшая юбка в пол, поверх объемной нижней юбки. Коричневый шелк тек и переливался. Сзади - шлейф из той же ткани, расшитый золотой нитью, воланами спускался на пол - драконьим хвостом. Ну и диадема Дубощита - куда же без нее!
Местные дамы не носили настолько пышных юбок, узких лифов, и, тем более, не показывали плеч и ключиц. Ветка же сочла, что все это выглядит благопристойно, и местную моду можно и даже нужно рвануть культурно. Изнутри.
Увидел и рохиррим. Замолк на половине умного слова. Ветка мысленно гордо улыбнулась.
Правитель Дейла снова беззвучно хохотал.
- Что же, Эребор любит сокровища собирать. Да, Ольва?
- Ольва! - Тенгель наконец перевел дух и улыбался. Сигрид, как и в первую их встречу, столь памятную Ветке, смотрела злым лягушонком.
Ветка, вполне довольная эффектом, произведенным платьем, села - слуга подвинул тяжелый широкий стул так, чтобы было удобно.
Бард посмотрел на дочь, на молодого мужчину, на Ветку. И немедля завел длинный умный разговор об Эреборе, о здоровье (телесном и душевном) Торина Дубощита, о делах под горой, об озимых, флоте и Эсгароте.
Ветка отвечала и присматривалась - сколько же тебе лет? Думать о возрасте применительно к Торину или, скажем, какому-нибудь эльфу было бы неразумным. Но Бард же человек?
Тенгелю около тридцати. Бард выглядит заметно старше. Человеческий век здесь, как успела узнать Ветка, длиннее привычного ей - лет до ста, ста двадцати каждый мог дотянуть, а некоторые людские народы так и больше. Сигрид - барышня явно на выданье, и Бард, похоже, имеет политические планы, касающиеся Рохана.
А самому сколько же?
После ужина стол убрали, оставив сладкие вина, выпечку и сушеные фрукты с орехами. Ветка, которая давно не ела за праздничным столом, да еще двузубой вилкой, устала от светского застолья, и отправилась на балкон, прихватив теплую пушистую накидку.
Дейл спал, но над ним ярким светом горели сторожевые башни - как будто маяки для небесных кораблей. Да и некоторые редкие окна, освещенные огнями, говорили - люди живут, и город возрожден.
Бард неслышно вышел за ней.
- Город не столь и разрушен был, - сказал он тихо. - Доброе наследство моих предков. Все прочно, выстроено на славу. Расчистили, вымели, починили водопроводы и колодцы. Весной посадим деревья и кусты.
- Гномы тоже расчищают и выметают, - ответила Ветка. - Бард, ты же до лопатки обгорел. Я думала, сустав не будет двигаться. А ты вон какой. Кстати… ты же знаешь? Даина спасли. Двалин…
- Я знаю, Ольва. Мы правильно выбрались туда, на разведку. И то, что одно чудовище было без глаза, помогло лихолесскому королю, - задумчиво сказал Бард. - Тенгель мне рассказал о битве, подробно. Так что все правильно, жалеть не о чем. Эльфийка мне пела. Потом положила мазь и сказала, что заживет. И зажило. Что за тайну ты мне поведать хотела?
Ветка покосилась на короля Дейла. Тон, которым Бард говорил о Синувирстивиэль, указывал на то, что он и в голову не брал ничего такого… Такого!
Рохиррим прощался с Сигрид - ему еще надо было выехать из Дейла. Эорлинги так и стояли лагерем снаружи городских стен - в шатрах, при своих конях.
Вышел на балкон.
- До завтра, Ольва Льюэнь! Выезжай с утра на пустошь? Скакать, как условились?
- Выеду.
Эорлинг ушел, и Ветка улыбнулась ему вслед.