Читать книгу «Цикл романов "Отблески Этерны". Компиляция. Книги 1-15» онлайн.

– Господин Проэмперадор… – Бергер Райнштайнер любил говорить первым и много, но кто осмелится назвать болтливым водопад? – Нам удалось внести некоторую ясность в обстоятельства гибели Юстиниана Придда. Мое предположение подтвердилось полностью.

– Интересно. – Первородный Лионель поставил бокал на стол. – Госпожа Ирэна, вы позволите гостям сесть?

– Садитесь, господа. – Рука без единого кольца, призывая слуг, дернула витой шнур. – Сейчас вам подадут приборы.

– Взгляните, монсеньор. – Нареченный Валентином протянул Проэмперадору бумагу и повернулся к сестре. – Эмилия хранила письмо-пропуск к графу Манрику, а ее супруг – некое подобие открытого листа. Он успел его разорвать, но не избавиться от обрывков. Пропуск не пострадал. При внимательном рассмотрении обе бумаги вызвали у барона Райнштайнера серьезные сомнения.

– Но сначала, – голос барона был исполнен торжественности, – я должен отметить заслуги полковника Придда. Он не только придумал очень разумный план, но и лично проследил за Эмилией, поспешившей предупредить мужа о готовящемся обыске. Догадка о тайнике тоже полностью подтвердилась, хотя хранившиеся там письма вряд ли являются подлинниками. Во всяком случае, я никогда не слышал о подобных обязательствах как со стороны тессория, так и со стороны иных высших должностных лиц Талига. Бумаги составлены по образу и подобию гайифских открытых листов, выдаваемых шпионам, оказавшим империи серьезную услугу. Тем не менее подделка выполнена очень тщательно, Манрику будет непросто опровергнуть ее подлинность, если, разумеется, он в самом деле не имеет к ней отношения. Тот, кто задумывает убийство, должен озаботиться доказательствами своей непричастности, невиновному подобное просто не придет в голову.

– Согласен с вашими выводами. – Подобный Флоху посмотрел бумагу на свет. – Господин тессорий всегда пользовался именно этим сортом. Кто же и при каких обстоятельствах вручил сие приглашение?

– Некий господин с военной выправкой и ничем не примечательной, но приятной внешности. Никто из нас узнать его по описанию не смог. Скорее всего, это был чей-то доверенный слуга.

– Поразительное открытие! Что же в таком случае удалось прояснить?

– Обстоятельства убийства, но сперва я должен рассказать о некоторых предшествующих обстоятельствах. Для простоты я хотел бы называть дам Борн по именам. Герман, это тебя не слишком огорчит?

– Нет. – Похожий на первородного Робера был странно резок, и Мэллит это удивило. – Пусть будут имена.

– Спасибо, Герман. Эмилия – дочь камеристки матери Карла Борна. Ваша догадка, господин Проэмперадор, подтвердилась. Дамы Борн пытались заниматься магией, и слуги об этом знали. Прислуживать молодой графине Эмилия стала, когда Габриэла отослала прежнюю камеристку, свою молочную сестру, в Васспард.

– Она считала, что Беата слишком предана нашему дому.

Нареченная Ирэной смотрела на того, кого называли Германом, – наверное, она тоже была удивлена.

– Спасибо, сударыня, – поблагодарил Райнштайнер, – это все объясняет. Эмилия вышла замуж за доверенного слугу Приддов, особо привязанного к росшей у него на глазах Габриэле. Супруги сопровождали графиню в Васспард после убийства маршала Савиньяка; упомянутый человек с военной выправкой перехватил их в дороге. Эмилия и Эдуард, будучи допрошены по отдельности, показали, что им пригрозили Занхой за пособничество мятежникам, после чего предложили поступить на службу к графу Манрику. В случае согласия им обещали полное прощение и значительную для них сумму денег. Я, однако, склонен думать, что сговор произошел либо раньше, либо позже и что всё определяли деньги.

– Если раньше, то это было в Борне. – Первородная Ирэна поднесла руку ко лбу. – В окрестностях Васспарда слишком много преданных нам людей.

– Эдуарда могли уговорить в любом месте. – Первородный Валентин был задумчив. – Этот… человек всегда сопровождал отца в его разъездах.

– У них все решает Эмилия, – не согласилась сестра. – Хотя так ли это теперь важно? Что они сделали с Юстинианом?

– Ничего, Ирэна. – Нареченный Валентином поднял голову и теперь смотрел на Райнштайнера. – Господин генерал, я прошу разрешения досказать.

– Говорите, Валентин, – откликнулся вместо Райнштайнера Савиньяк. – Теперь мне окончательно ясен смысл пословицы «змей нужно искать в Борне». А господина с военной выправкой я поискал бы среди подручных Штанцлера.

– Юстиниан вышел в сад, чтобы отыскать и вернуть Габриэлу. – Первородного слушали шестеро, но говорил он лишь с сестрой. – Эмилия сказала ему то же, что и вам с дядей, только часом раньше. Больше от нее ничего не требовалось. Эдуард сделал больше. Он задержал отца, ему это было нетрудно, и привез приказ – выманить Юстиниана в сад ближе к полуночи и подстроить так, чтобы он пришел к дальней калитке, где к этому времени уже должен был лежать футляр с письмом. И муж, и жена думали, что граф Васспард просто найдет письмо, после чего с ним кто-то переговорит. Убийства они не ждали. Ирэна, я хотел и хочу их уничтожить, но они всего лишь предатели.

Глава 10

Гельбе. Нойемюнстер

Альт-Вельдер

Гельбе. Аффенталь

1

Руппи проспал. Осознанно – приоткрыл на рассвете один глаз, понял, что пора вставать, отвернулся к стенке и замотался в одеяло. Двухчасовая задержка ни отечество, ни армию не губила, зато исключала присутствие на трапезе, каковые у фельдмаршала начинались строго по часам. Лейтенант же хотел доложить об исполнении, когда свита расползется, а сам Бруно после опять-таки традиционного послеобеденного отдыха возьмется за бумаги. На сей раз разговор, если его не затягивать, вернувшись к «крылатому киту», обещал стать совсем коротким. Стоит ли снова колотить в замурованную дверь, Фельсенбург еще не решил. После истории с Рейфером новых поводов для тревоги не возникало, а демарш Плютта окончательно убедил Бруно, что ему противостоят обычные интриганы. Даже убийство Фридриха и Гудрун объяснялось трусостью будущего временщика, не рискнувшего вступиться за проигравшего покровителя. Трусость в самом деле была. Когда-то… К несчастью, Бруно слишком хорошо знал прежнего Марге, чтобы поверить в нового.

Руппи долго брился, обдумывая разговор, и еще дольше завтракал и проверял оружие, с которым, беря пример с Олафа, приучился возиться лично. Мающийся от безделья папаша Симон был отпущен прогуляться, что и определило ближайшее будущее офицера для особых поручений при особе командующего Южной армией. Фельсенбург стирал с рук оружейное масло, когда вернувшийся палач странным голосом попросил разрешения обратиться.

– Ну, что такое? – осведомился лейтенант, в голове которого начинал складываться некий хитрый переход от рутинного доклада к тому, что в самом деле было важным.

– Господин лейтенант, огородник здешний говорит – в Аффентале, это городок неподалеку, беспорядки. Он с утра капусту туда повез, глянул одним глазом, и назад. Так и не продал ничего. Испугался.

– Фрошеры?

– Если бы! В полку, что там стоит, беспорядки. Вроде драка большая была, и чуть ли не кого из господ офицеров положили.

В Аффентале набирался сил и отдыхал Лоуварденский полк, вернее то, что от него оставили буря и талигойцы. Туда же должны были подойти и резервы, но их ждали не раньше, чем на третий день, считая с сегодняшнего. Это Фельсенбург знал точно, так как инспектировать вновь прибывших надлежало ему.

– Драка, значит? – Руперт быстро вытер руки. – Что ж, поглядим.