– Но я не пытаюсь ничего изменить или предупредить о чем-то наших друзей, – возразила Сибилла.
Между ней и мужем действительно существовала договоренность не информировать Баттерфилдов о грядущих событиях. Они сознавали, что не имеют права этого делать. Сибилле и Блейку, например, было нелегко сдерживать себя, когда Джошуа ушел на фронт. Они ведь знали, что вскоре он погибнет на поле боя. Сибилла переживала, когда Беттина уехала в Париж, зная, что та останется во Франции, выйдя замуж. Но она ничего не сказала Гвинет.
– Если бы Баттерфилдам суждено было встретиться с потомками, они бы встретились без твоей помощи, – произнес Блейк. – А если они не захотят видеть Сен-Мартенов? Или эта встреча травмирует их? Берт понятия не имеет, что приближается экономическая катастрофа и скоро наступит Великая депрессия. Он думает, что его семья находится в безопасности. Если бы Берт услышал сейчас, что потеряет все деньги, то сошел бы с ума. А если информация ускорит его смерть?
Сибилла не подумала об этом и теперь запаниковала.
– Я предупрежу Самюэля о том, чтобы он не рассказывал своим предкам о грядущих событиях. Сен-Мартены и Баттерфилды могут и не встретиться. Если наши друзья не захотят появляться перед гостями, то те ничего не узнают об обитающих в доме призраках.
– Вряд ли у Баттерфилдов есть выбор. Ведь с нами они встретились не по собственной воле. Они были шокированы нашим появлением, это произошло по воле судьбы.
– По-моему, это случилось потому, что мы переступили порог дома с открытой душой. Наверное, Самюэль и его дочь более закрытые люди. Мы не можем предугадать, как все обернется.
– Ты играешь с огнем, Сибилла, – с недовольным видом промолвил Блейк, и она почувствовала себя виноватой.
Экономический кризис и Великая депрессия действительно губительно сказались на судьбе Берта и Гвинет. Финансовое разорение фактически убило их. До начала этих событий во временнóм измерении Баттерфилдов оставалось еще лет десять. Трагедия приближалась медленно и неотвратимо.
– То, что ты делаешь, очень опасно, – предупредил Сибиллу муж.
– Я не делаю ничего, что может причинить вред нашим друзьям. Я их люблю и отношусь к ним как к членам семьи. Я надеюсь ободрить их, немного приоткрыть завесу грядущего, показать им потомков. Они же знают и любят наших детей, которые для них являются посланцами будущего. И мне хочется, чтобы Баттерфилды увидели свет в конце тоннеля и поняли, что, несмотря на трудные времена, у их истории будет счастливое развитие. Их род не прервется, потери не станут фатальными.
– Сейчас Баттерфилды переживают вполне комфортный период, – возразил Блейк. – Вспомни, когда мы познакомились с ними, в их временнóм измерении шел 1917 год, в Европе полыхала война.
– Да, помню. Джошуа погиб на фронте. А Магнус умер еще до нашего знакомства. Мы не сумеем уберечь наших друзей от невзгод и бед, которые должны произойти, так же, как они не могут защитить нас.
– Но Баттерфилды многому научили нас, без них наша жизнь была бы не такой яркой и, наверное, не такой счастливой, – промолвил Блейк. Он не мог забыть, что Берт фактически спас его от финансового краха, от позора, банкротства и, не исключено, тюрьмы, дав ему мудрый совет. – Но я не хочу, чтобы ты нарушала правила, которые мы договорились соблюдать. Это может причинить Баттерфилдам непоправимый вред. Ты сильно рискуешь, и мне это не нравится. А если правнук Гвинет и Берта окажется мерзавцем и разболтает всем о том, что происходит в особняке? Он может превратить нашу жизнь в шоу фриков. Сюда нагрянет телевидение и начнет снимать «реалити-шоу в доме с привидениями». За деньги будут пускать разных недоумков, а дядю Ангуса в костюме призрака заставят играть им на волынке.
Сибилла рассмеялась:
– Самюэль не мерзавец и не придурок. Надеюсь, он напишет книгу о Баттерфилдах. Они заслуживают того, чтобы о них все узнали. Эти люди прожили достойную жизнь и не сгибались под гнетом невзгод.
– Почему бы тебе самой не написать о них?
Блейк знал, что Сибилла сделает это с большой любовью и тщательностью. Он больше доверял жене, а не потомку Баттерфилдов, которого не знал.
– Я думала об этом, но, боюсь, не справлюсь со столь сложной темой. Самюэль – историк, причем хорошо образованный, эрудированный.
Сибилла навела справки о Сен-Мартене в Интернете и прочитала переводы его научных работ, которые были написаны на высоком профессиональном уровне. В рецензиях на них отмечалось, что все они исторически достоверны и обоснованны. Такой автор, как Самюэль Сен-Мартен, не стал бы давать эмоциональные оценки событиям, происходившим в семье его предков. Он вплетал бы их в общую канву эпохи. Баттерфилды жили в ключевой момент американской истории, когда происходили кардинальные изменения во всех областях общественной жизни – социальной, экономической, промышленной, научной. Сибилла была уверена: Самюэль правильно расставит акценты и воздаст должное своим предкам.
– Может, ты и права, – в конце концов признал Блейк, – но у меня как-то неспокойно на душе. Не хочу, чтобы с нами или с нашими друзьями приключилась беда. Я забочусь не о Сен-Мартене и его дочери, а о благополучии обитателей дома, о тех, кого мы любим и с кем живем бок о бок уже три года. Нам выпало счастье познакомиться с Баттерфилдами, видеть их, общаться с ними, это щедрый подарок, который нам преподнесла судьба. И мы должны сделать все, чтобы не лишиться этого счастья.
– Не волнуйся, я постараюсь сохранить его, клянусь, – пообещала Сибилла.
Вечером за ужином она шепотом сообщила Гвинет о разговоре с Самюэлем и о реакции Блейка, подчеркнув, что муж опасается визита Сен-Мартенов и не хочет видеть их в своем доме.
– Берт отреагировал бы так же, узнав о визите незнакомых родственников, но я ему ничего не скажу. Пусть все произойдет неожиданно, как это было в день нашего знакомства, – сказала Гвинет.
Сибилла улыбнулась, вспомнив далекий вечер, когда она была шокирована появлением призраков, а те, в свою очередь, были потрясены неожиданной встречей с ней.
– Что вы намерены делать после разговора с мужем? – с беспокойством спросила Гвинет. – Отменить визит?
Сибилла покачала головой:
– Блейк разозлится, если что-то пойдет не так. Но мы должны довериться судьбе. Если Сен-Мартенам суждено увидеть Баттерфилдов, они увидят вас. Я знаю, что нами руководят высшие силы.
Алисия и другие люди, приходившие в дом Грегори, не замечали призраков. Только тот, кто мог общаться с ними, вступал в их круг с одобрения Баттерфилдов. Поэтому им не о чем было беспокоиться. В определенном смысле все они были защищены от посторонних глаз. Между Баттерфилдами и Грегори существовала прочная связь, она заставляла их чувствовать себя в безопасности. Об этом в самом начале истории с призраками Сибилле говорил Майкл Стэнтон. Посторонние просто не могли видеть Баттерфилдов. И Сибилла чувствовала, что ее семья принадлежала к кругу избранных. Неизвестно, кто их избрал для общения с призраками и почему так произошло. Будут ли Сен-Мартены включены в это число? Но даже если удача отвернется от них, они смогут обойти дом и познакомиться с историей жившей здесь когда-то семьи. Это все, на что они вправе рассчитывать, если не встретятся с призраками. Тем не менее Гвинет и Сибилла надеялись на лучшее.
За ужином дамы не шептались, по своему обыкновению, поскольку домой на каникулы приехали Энди и Каролина и за столом велась оживленная беседа. Обитатели особняка расспрашивали молодежь о высшей школе, о друзьях и романах.