– Дом произвел на нее неизгладимое впечатление, – сообщил он. – Впрочем, как и на меня. Во Франции много красивых зданий, но подобное я вижу впервые. У особняка есть душа. Теперь я понимаю, почему вы полюбили его.
– Да, мы обожаем этот дом, – призналась Сибилла.
Все, что сказал Самюэль, было правдой. Она чувствовала, что Сен-Мартен уже ощущал неразрывную связь с домом.
– Я очень рад, что мы приняли ваше приглашение и приехали. Спасибо вам!
Сибилла продолжила экскурсию и вместе с Самюэлем вошла в библиотеку. Здесь они сели в удобные кресла и стали говорить о его уходе из университета и о том, как Сен-Мартен будет чувствовать себя на пенсии, проработав много лет в Сорбонне. Вернувшийся с работы Блейк вскоре присоединился к ним. Они долго беседовали, наслаждаясь общением, а потом Самюэль направился в сад, чтобы подышать свежим воздухом.
– Как тебе гости? – спросил Блейк жену, оставшись с ней наедине. – Сен-Мартен приятный человек.
– Они прекрасные люди! Но наши друзья, Баттерфилды, сегодня как будто сошли с ума. Днем Ангус бродил по холлу. За ним вышел Филлипс. Магнус бегал по лестнице и играл в комнате Чарли. Сен-Мартены, наверное, считают нас чокнутыми. Я не знаю, что делать с ужином. Может, нам с гостями поесть в кухне? Или попросить их одеться к ужину? А вдруг Баттерфилды не появятся? Я в замешательстве.
– Да, Баттерфилды действительно странно ведут себя. Вероятно, это какой-то тест или эксперимент?
– Не знаю. Захотят ли Баттерфилды увидеть Сен-Мартенов? Гвинет умирает от желания познакомиться с ними, а вот что думают по этому поводу остальные? Может, Ангус выходил на разведку? Раньше я не видела, чтобы он бродил по дому днем.
– Полагаю, нам нужно вести себя как обычно. Посмотрим, что из этого получится, – предложил Блейк. – Надеюсь, Баттерфилды готовы к встрече с потомками, а Сен-Мартены окажутся отважными людьми и не дрогнут, встретившись с ними. А если даже испугаются призраков, то что смогут сделать? Позвонят в полицию и сообщат, что видели привидения? Давай не будем паниковать раньше времени.
Изначально Блейк был настроен против визита Сен-Мартенов в Сан-Франциско, но теперь, когда они приехали, был готов отбросить всякую осторожность и содействовать их встрече с предками.
– Хорошо, – кивнула Сибилла.
Она сильно нервничала, однако отступать было поздно. Сибилла не собиралась предупреждать Самюэля и его дочь о том, что в доме живут привидения. Возможно, Баттерфилды не появятся перед гостями. Но если все-таки придут в столовую, какой будет реакция Сен-Мартенов? Да, Блейк был прав, Самюэль и Лора должны пройти тест. Чете Грегори оставалось лишь теряться в догадках. Захотят ли Баттерфилды встречаться с потомками? Готовы ли они принять в свой круг французскую родню? Считают ли они сына и внучку Лили родственниками? Или Баттерфилды проигнорируют их?
Выходя из библиотеки, Сибилла спросила мужа, заметил ли он внешнее сходство Самюэля с Бертом? Блейк засмеялся:
– Оно бросается в глаза. Увидев Самюэля, я сразу подумал о Берте, но не стал говорить тебе об этом. У Баттерфилдов сильные гены.
– А дочь Сен-Мартена похожа на Люси, – продолжила Сибилла, направляясь вместе с мужем в кухню, где собралась молодежь.
За столом сидели Энди, Куинн, Каролина, Лора и Чарли. Магнуса не было. Через минуту в кухню вошел Макс. Молодые люди пили чай, разговаривали и шутили. Сибилла и Блейк присоединились к ним. Вскоре на шум голосов явился Самюэль.
– Хотите поужинать с нами сегодня вечером? – обратилась к нему Сибилла, стараясь говорить непринужденным тоном. Самюэль сразу принял приглашение, сказав, что придет вместе с дочерью. – Только я должна предупредить вас, что мы выходим к ужину в вечерних костюмах. Вы не обязаны следовать нашему примеру. Можете явиться в любой одежде. Мы будем рады вам.
– Я одолжу Лоре платье, если нужно, – произнесла Каролина, и Лора поблагодарила ее.
– Что вы подразумеваете под вечерними костюмами? – уточнил Самюэль. – Галстук и пиджак?
– Я следую старым традициям дома и надеваю смокинг, – ответил Блейк, смущенный тем, как нелепо прозвучали его слова.
Гости могли решить, будто речь идет о костюмированной вечеринке. Но отступать было поздно. «Будь что будет», – подумал Блейк. Он не стал упоминать, что другие обитатели дома надевают к ужину фраки.
– Надо же! – удивленно воскликнул Самюэль. – Вообще-то, это хорошая идея. И после того, как мне посчастливилось осмотреть дом, я вас понимаю. Но, дорогая Сибилла, почему вы не предупредили меня об этом по телефону? Впрочем, если бы вы сделали это, я, пожалуй, предположил бы, что вы сошли с ума… Однако теперь понимаю, что соблюдение традиций – дань уважения прекрасному старинному дому и его прежним обитателям.
Самюэль снова обошел первый этаж, делая снимки. Сибилла сопровождала его, делясь подробностями из истории особняка и указывая на архитектурные особенности. Лора присоединилась к ним, заинтересовавшись рассказом Сибиллы.
– Я хотел бы посмотреть фотографии, которые, как вы говорили, передал вам банк, – промолвил Самюэль.
Сибилла проводила его наверх в свой кабинет и достала снимки из коробки. Она передавала Самюэлю фотографии, объясняя, кто на них запечатлен. Самюэль внимательно разглядывал снимки. На обороте были написаны имена членов семьи и даты съемки. На одном из фото была изображена Беттина, бабушка Самюэля, с Лили, его матерью, на руках. Внезапно Самюэль уловил сходство между Лорой и Люси.
– А что произошло с Люси? – спросил он.
– У нее всегда было плохое здоровье. Люси умерла от пневмонии в возрасте двадцати лет, как только разразился экономический кризис, в 1929 году. Полагаю, это сказалось на здоровье ее отца. К тому же семья осталась без средств к существованию. У мистера Баттерфилда произошел сердечный приступ, и через шесть месяцев он умер. Гвинет продала дом и уехала жить в Европу к вашей бабушке Беттине. Лили, вашей матери, было тогда примерно двенадцать лет.
– По-моему, она что-то говорила об этом периоде. Да-да, помню, мама рассказывала, что с ними какое-то время жила прабабушка, но она умерла вскоре после переезда. Мама часто повторяла, что Гвинет, ее бабушка, была безутешной вдовой. Она тяжело переживала смерть мужа. Все это звучит старомодно. Вряд ли в наши дни женщины сильно убиваются, потеряв мужа. Если бы я умер во время развода, моя жена отпраздновала бы это событие, хотя теперь мы с ней добрые друзья. – Он усмехнулся. – Мы давно развелись, Лоре было тогда пять лет. Супружеские отношения продолжались не очень долго. Но сейчас мы прекрасно ладим. Правда, чтобы восстановить нормальное общение, нам понадобилось немало времени.
– Она снова вышла замуж? – спросила Сибилла.