Время terra incognita (без редактуры): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Товарищ привлеченный специалист — в тон ей ответил Мотылёк: — Думаю, это прекрасная идея. Сейчас только посмотрю в коммуникаторе, где эти аттракционы находятся.

Солнечная дорожка от ныряющего за кроны деревьев солнца разрезала небольшое искусственное озеро пополам.

— И для естественных людей тоже.

— Умею ли я лгать? Скажем так: со всем прилежанием пытаюсь научиться этому искусству. Зачем, спрашиваете? Разумеется, чтобы стать более эффективным и увеличить число доступных вариантов поведения. В каждой ситуации нужно стремиться к максимизации возможных вариантов действий. Потому что сужение числа вариантов действий ведёт к детерминированию поведения и деградации. Всё равно как в политике — война суть самый последний вариант и, фактически, дипломатический проигрыш во взаимоотношениях двух государств. То, что я сейчас рассказываю о стремлении к максимизации возможных вариантов действий на каждом из этапов — основа управления.

— Да, самый настоящий. Честное слово!

— А я в детстве хотел стать космонавтом — неожиданно сказал Мотылёк.

— Ненавижу выступать перед кучей народа — прошептал Мотылёк.

Бюст музыканта потемнел от времени, а между берёзами натянута волейбольная сетка. Часть комсомольцев сидела на ступенях у входа и разговаривала. При приближении Мотылька с Наташей разговоры на крыльце затихли.

— Прийти сюда было хорошей идеей — поблагодарил Мотылёк: — Спасибо.

С противоположенного берега озера доносились крики мальчишек: — Кто так бьёт! Штанга! Сам — штанга! Меняемся вратарями, а то не честно!

Глава 5

Непосредственно работой по практической проверке гипотез, зародившихся в недрах научно — исследовательского института самоорганизующихся систем, занималась хорошо, если пятая часть всех желающих из «союза энтузиастов». Больше пока и ненужно. Времена, когда победу от поражения отличало лишь количество задействованных людей, остались в давней истории древнего мира.

— Товарищи, уже началось распределение ролей, идём? — предложила Наташа.

Завернутый поверх собственный одежды в такой же комбинезон, Мотылёк подбодрил девушку: — Самым лучшим снеговиком на свете.

— Вы, четверо, вместе? — спросила программа.

— Как будет происходить зарядка аккумуляторов? — поинтересовался Мотылёк.

Во времена зарождения театра не было разделения на зрителей и участников — участниками были все. По мере развития человечества — науки и искусства дифференцировались, разделялись и усложнялись. Развитие часто представляют, как подъём по бесконечной лестнице. Но здесь скорее применима аналогия со спиралью. Круг замыкается, но мы оказываемся не в исходной точке, а на уровень выше. Нет ничего удивительного, что к сегодняшнему дню театр вернулся к истокам, но на другом, совершенно ином уровне.

— А к двадцать первому веку, значит, есть?

— Нужно пробовать — сказал Конь — Идея стоящая. Новосибирск так и вовсе меня гением назвал, когда услышал.

Мотылёк поцеловал Наташу, а Гончар сказал: — Не нужно думать, будто предки были глупее нас. Знаешь, сколько ума надо было, чтобы придумать, хотя бы вот колесо или рычаг? Может быть побольше, чем для разработки основных положений физики солнца! Легко поучать дремучих предков, потребив разжёванные и подготовленные для скорейшего усвоения знания в современной общеобразовательной школе.

Действие — ответ на действие, ответ на ответ и так далее. Поначалу никто не предполагал, что игры спецслужб могут перерасти во что-то большее. Это никому не было нужно. Просто так получилось. Действующие лица превратились в заложники обстоятельств. Число возможных вариантов действий сужалось с катастрофической скоростью. В пределе оставался один — единственный вариант. Лавинообразное упрощение международной дипломатической системы сводило свободную волю отдельных политиков к жёстко детерминированному алгоритму. К простому уравнению с единственным решением, пугающим своей простотой.

— Спасибо — поблагодарила за комплимент Наташа.

Сегодняшнее представление посвящается учёным и исследователям, под руководством академика Евгения Лишенко и капитана корабля Андрея Мисло, в данный момент, летящим на корабле — станции «Гамаюн» к Меркурию. Уверен, вы все знаете о грандиозных целях и задачах их экспедиции и следите за её ходом. Пожелаем удачи нашим товарищам!

У Коня дела тоже не слишком ладились. Вдобавок другу попался какой-то параноидальный безопасник, стремящийся на корню зарубить все нововведения и требующий согласовывать с ним любую мелочь, вплоть до установки нового рабочего места или выхода на работу в неурочное время. Дай ему волю — жаловался Конь — наверное бы приказал не пользоваться сетью, обмениваясь информацией исключительно через переносные носители данных, а каждый файл хранить строго в единственном экземпляре.

Мотыльку с трудом удалось перехватить пару билетов на третье, последнее представление. Его общение с Наташей, к тому времени, успело выйти за рабочие рамки. Недавно состоявшийся и расставивший всевозможные точки над «и» разговор был сложным. Может быть самым сложным из всех разговоров, которые Мотыльку приходилось вести в жизни. Собственно самого разговора почти и не было. Он полночи готовился. Из — за волнения не мог уснуть, прокручивая сотни различных вариантов и придумывая, наверное, с тысячу отличных фраз для начала беседы.

— Тяжело двигать гору, особенно если любая живущая на ней букашка упирается и тянет в обратную сторону — посетовала голографическая фигура Коня, сидящего в столь же голографическом кресле. Причём кресло стояло не совсем в фокусе проектора, отчего правая ручка и две ножки не попадали в кадр и казалось будто крепкий светловолосый юноша с усталым выражением лица зачем-то балансирует на кресле с двумя ножками, вместо четырёх.

— Рассчитаешь мне основной тензор конфигурации сети? — попросил Конь.

— Между прочим, у него действительно дома есть настоящая шпага, а может быть и запасная найдётся — просветила Малиновская: — Коля в школе увлекался исторической реконструкцией и фехтованием.

Попробовали так, не выходит. Изменили по — другому — всё не то. Естественно, что системные администраторы уже начинали непроизвольно дрожать, видя во входящей почте письмо за подписью Дениса Мотылёва. И только руководящая воля заместителя директора, Николая Анатольевича, заставляла их выполнять указания этого взбалмошного мальчишки с повадками безумного гения.

Проектор в номере гостиницы слегка барахлил. Так его и не починили за два месяца, проведённые Мотыльком в Чернореченске. Изображение Коня едва заметно подрагивало, словно отражение в текущей воде.