Хм… и почему мне совсем не претит слышать, что они мои?
– Я?!
Тим почему‑то все время оборачивался на Киду и эльфа. Словно они мешали ему. Интересно, что за тайны у этого паренька от спутников? Или только от драконицы? Но я не стал долго задаваться этим вопросом. Пока мальчишка вертел головой, Винс придвинулся к Шимшигалу. На лице вампира играла самодовольная улыбочка.
– Дурак ты, маркиз! – захихикал вдруг Аль. – Тебе повезло в цивилизованном, магически развитом мире родиться. А ты уж и решил, что везде так! У нас за всем Магистерия присматривает, силу распределяет, способности учитывает. А тот бедняга… какие уж в его мире апгрейды! Чему научился, если не помер по ходу, то и знаешь. Сколько силы урвал, то и твое. Вот так‑то!
– Упс! – сказал я и покосился на Зеркало. Мне почему‑то показалось, что оно кивнуло. – Ну‑с, посмотрим. А ты молодец, Творожок, вовремя книжку уронил.
– Георгор вы не могли бы заняться спонсированием моей экипировки?
Она обвела оторопело взирающих на нее собравшихся насмешливым взглядом и добавила капельку тепла в голос:
– Брейк, Сириус! – строго приказала она. – Успокойся и расскажи, из‑за чего ты так взбесился.
Моргана только теперь посмотрела по сторонам, пытаясь понять, где они оказались. Коридор не слишком отличался от того, по которому они попали в храм, если не считать отсутствия завалов. И оказался ненамного длиннее.
– Как это, исчезли? – удивленно перебил ее Скотт.
– Через несколько домов на другой стороне улицы есть оружейная лавка, они говорили что будут там.
На лестнице послышались шаги Аля, я едва успел спрятать шарик в карман и снова чуть не выругался. Вот ведь принесла нелегкая! Как же все некстати! Да что сегодня за день такой?! Что‑то многовато раздражающих факторов, особенно если учесть, что он только начался. То мышь, то Киса эта, то Сириус со своими измышлениями, апгрейдов уже парочка опять же. А теперь вот учитель вдруг до полудня пробудиться решил. А у меня, между прочим, какая‑то важная мысль в голове проклюнуться пытается, что есть явление редкое, а посему отношения требующее бережного и нежного.
Я снова оглянулась по сторонам и заметила относительно свободный от обломков путь на открытую террасу. Ладно, так уж и быть…
– Мяу, в" Ася, видел бы ты свое лицо, – увернувшись от четырехзубого снаряда, заржал этот гад. – Ну, дурачина, ну лопух!
– Изах, оторвись ненадолго от своих дел, мне нужна твоя помощь, – старик поднял всклокоченную голову и вопросительно на меня посмотрел. – Понимаешь, здесь такое дело, мне нужно зеркало.
– Я пока не понял, по какому принципу при перемещении выбирается место высадки, – задумчиво сообщил мальчишка. – В Эмире мы попадали именно туда, куда хотели. А здесь сбой какой‑то. Или ты сам хотел именно сюда?
– Ты впервые… назвал… а меня п… имени… – донесся до нее тихий голос Кевина, Прас‑с…ти меня за то… – Кевин вдруг дёрнулся, обмяк и закрыл глаза. На губах его застыла растерянная полуулыбка.
Хм, это значит что маг он первоклассный?
Пальцы зарылись в мягкую не очень длинную шерсть, и меня окатило ощущением уюта, которое может обеспечить только кошка. Сириус зажмурился и замурчал. Уж не знаю, кто из нас получал больше удовольствия от этой ласки, но она отвлекла меня, заставила расслабиться.
Сейчас же хозяин кабинета не казался ни великим, ни мудрым. В прожженной рубашке, с дымящимися волосами, он прятался за креслом от наскоков похожего на разъяренного облезлого петуха де Барануса.
Подняв глаза, вампир увидел как закатное солнце, окрасило верхушки гор в алый цвет.
– Херк тебе в печенку, маркиз, и проклятие Аргора до седьмого клена!..
Ну, да, выбрал… А что мне еще оставалось?
– Украли! Украли! Ограбили! – голосил Шимми, опустившись на пол и обхватив руками голову.
– Думаю, не всё так просто, – уменьшая дорос до привычных размеров прямоугольной пластины, задумчиво протянул Рик. – Ты всё прекрасно видел сам… один из Первых Узников…
Слишком красиво. Слишком ярко. Нельзя не заметить. Заметили. Фельст. Ну, здравствуй, старый друг‑враг. Узнаешь меня? Узнал. Обрадовался. И испугался. Изящное па менуэта – смертельное приветствие. Ничего не изменилось. Ты никогда не мог победить меня, Фельст. И ты достаточно умен, чтобы понимать, что, пусть я теперь не совсем вампир, но на моей стороне серебро. Бойся. Плавная мелодия дворцового танца сменяется буйством неистовой хабанеры. Скорость – главный аргумент вампира. Я больше не владею ей в достаточной степени, а ты всегда был быстр. Больно! Но тебе больнее. Звездочка, всего лишь с ладонь величиной, но с серебряным напылением, оставила на твоем боку незаживающую рану. И все, прощай, Тень! Тебе больше не спрятаться от меня. От меня? Какого?!..
– Тогда, может, сходим, погуляем?
Леринея проводила их задумчивым взглядом, но сама с места не сдвинулась. Винс, выглядевший, как ни странно, относительно бодрым, попытался повторить подвиг лорда, но был удостоен почти ненавидящего взгляда и хука в солнечное сплетение. Однако не сдался, быстро выпрямился, обманным финтом все же уцепил Леру за талию и небрежно закинул ее себе на плечо. Девушка дернулась, но через мгновение обмякла.
Но вот трапеза подошла к концу, и все уже начали переглядываться в ожидании, когда же господин ректор снизойдет до выплаты своего проигрыша, а Шимшигал все чирикал о чем‑то с драконицей. А ей‑то что? Она свое желание продула! Вот и не спешила теперь отвлечься от занимательной беседы. Более того, она, кажется, специально не желала отпускать внимание Шимми, чтобы подольше помучить остальных. Первым, как ни странно, не выдержал Аль, которому, сами понимаете, ничего не светило, но, видно совсем уж его любопытство заело.
– Слушай, – взъярился я, – эти штаны уже лет пять на ладан дышат. Это еще хорошо, я эту шлейку оторвал, а если бы она при Але прахом рассыпалась? Ворк! Я скоро вообще с голой задницей останусь, а этот сквалыга джинсы мои зажал!