– С добрым утром, леди Киниада. Сайрус просил передать, чтобы вы подождали своих спутников до обеда. Можете погулять по городу или провести время в библиотеке. Если пожелаете, я или моя супруга можем составить вам компанию.
– Я могу помочь? – вежливо спросила она.
– Не забывай, что я кот. Хочу бегаю, хочу – беседы интересные подслушиваю, – презрительно мяукнул кис.
Мне плохо… мне очень плохо…
– Я повторяю! Вы не имеете права! Я буду жаловаться в Магистерию! – визжал Аль, судя по всему, оглашая свои угрозы далеко не первый раз. В ответ что‑то бубнил равнодушный занудный голос, который я пока не мог ни узнать, ни разобрать.
– Ну меня‑у‑то жизнь изрядно покидала. Многое видеть довело‑усь, многому научиться… – кот ностальгически муркнул и, видимо, погрузился в воспоминания. Мне стало любопытно, но расспрашивать казалось ниже моего дворянского достоинства. Однако кис, судя по всему, и сам был не прочь поделиться жизненным опытом. Не снимая салфетки, он запрыгнул на стол, проковылял до меня и сел рядом с лимонным желе. – Вот ты‑у, марки‑уз, в жизни‑то своей недолгой, что видел? Только папенькин особняк, да башню эту кривобокую.
– Да не знаем мы, из какого он мира. Аль же не сказал, – вздохнул я. – А хорошо было бы. Прикинь, сильный маг, стал воином. С таким на Темного властелина идти – одно удовольствие. И вообще, мне кажется, мы бы с ним подружились.
Но Она решила иначе. Смех, похожий на звон эоловой арфы возвестил о ее появлении, и четверо застыли, в одно мгновение превратившись из хищников в напуганных детей. Кутаясь во мрак, из которого вышла, Она сделала шаг вперед и обвела их взглядом. Покачала головой, как недовольная мать, поймавшая отпрысков за недостойным занятием. Бросила мимолетный взгляд на меня и улыбнулась. Потом повернулась к женщине.
Да что это с пылью творится, взбесилась она, что ли? Только что не было, а сейчас настоящая буря поднялась. И откуда ее столько взялось? Пыль взмыла к потолку, потом резко опустилась на пол, и снова – вверх и в разные стороны, вырисовывая непонятные узоры, она кружилась в каком‑то безумном танце. В этих движениях можно было разглядеть некую закономерность, которая прослеживалась в периодичном повторении рисунка, создаваемого пылинками, будто кто‑то невидимой рукой правил этим представлением. Словно хотел кого‑то загипнотизировать, и этим кем‑то была я. Потому что, как ни странно, творящееся сейчас безумство никто, кроме меня, не видел, все продолжали заниматься своими делами.
– Пора?
– Вообще‑то, да, – признался я, но тут же спохватился. – Да ты не волнуйся. Если что Сириус когтями любую дверь открыть может. Не даст, так сами возьмем.
– П… – начал было совершенно сбитый с толку совместными нападками командира и Говорящей Кевин. К тому же его самым наглым образом игнорировали и прерывали, чего давно не случалось.
– Итак, господа, где мне лечь?
– Ну да, по крайней мере, четверо очень неплохих боевых магов сейчас сражаются верхом на драконах на нашей стороне. Как раз перед тем, как сюда пожаловали эти, – папа презрительно кивнул на труп Рея, – прибежал лысый мальчишка и сказал, что он пришел на помощь вместе с тобой. Или ты, как всегда, сама не ведала, что творишь? – усмехнулся родитель.
– Кто вы? – я чувствовал, что она вот‑вот сорвется с места и оставит меня здесь одного. Поэтому я попытался как можно дружелюбнее улыбнуться и ответил:
– Я Винсент. Из клана Торету. А вы, полагаю, Анита Йолик?
– Да тише ты! – заткнула его уже Киниада. – Дай хоть понять, из‑за чего они спорят!
Девушку била крупная дрожь – ей было не просто страшно, она испытывала чувство животного ужаса. И ещё – беспомощности. Сейчас перед ней умирал человек, который вытащил её из‑под удара, а Моргана ничего не могла сделать.
– Эрмот, мне очень не понравился тот мир. Лезть туда – большой риск. Если сейчас мы вернемся сюда хоть с одной царапиной, тебя белые доспехи, может и защитят от Винса, а вот на меня он набросится.
– Потому, что с ним приятней общаться, – просто ответил Тим.
В этой самой гуще оказалось на редкость сумбурно и суетно. Кто кого бил и зачем, понять было трудно, и, чтобы ненароком не поджарить кого‑то из своих, я начала метаться от одного, нуждающегося в помощи дракона без всадника к другому. Мой личный счет рос, а значит, повелителей становилось все меньше. Я как раз собиралась прицельно плюнуть в одного шибко активного противника, оседлавшего молодого и резвого синего дракона, как мне на спину что‑то шмякнулось, очень непредусмотрительно снова попав на рану. Плевок, разумеется, ушел в молоко, а я невольно крутанулась в воздухе. Снова он! Ах ты ж гад живучий! С пролетевшего мимо зеленого дракона мне помахал Георгор. Да что б вас!
Мирторгский рынок – это нечто неповторимое! Здесь можно найти абсолютно все! И абсолютно всех. Из самых разных уголков Эмира приезжают сюда, чтобы купить редчайшие зелья и артефакты, самое невероятное животное, а порой даже представителя старых рас. Шум стоял страшный! Можно было услышать и изящную эльфийскую ругань, и грубую людскую брань, и "нежное щебетание" сильфиек, грозящих убить какого‑то несчастного вампира. На человеческих рынках обычно страшно воняет, а вот в Мирторге, из‑за большого скопления магов на квадратный метр, лишь приятно пахло специями и духами. Да… люблю я Мирторг. Особенно, если у меня есть деньги.
– Ау‑а‑у‑ася‑а‑у! – рыдал кис, прижимаясь ко мне вместе с сапогами. – Это‑у коне‑уц! Моя‑у! Моя‑у! Жи‑узнь! Укра‑ули‑у‑у‑у‑у!
– Разве так здороваются со старшим, Лет? – насмешливо протянул я.
– Что ты только что сделал?! – взревел давешний низкий голос.
Я не сдвинулся с места.
Кот торопливо замахал лапами. Мне кажется, он был уверен, что я догадаюсь.
– Родственники что ли? – предположил я, чтобы что‑то сказать.
Кида успела спалить две катапульты, но защитники цитадели уже подтаскивали другие с флангов. Эти херковы штуковины оказались на удивление мобильны. Чуть правее полыхали еще несколько костров, зажженных, судя по всему, Эрри. В дыму, да еще мечась и уворачиваясь от снарядов, драконица никак не могла разглядеть лиловую. Лишь иногда мелькала ее тень, вроде бы совсем рядом, но тут же скрывалась из виду. Опять же, из‑за устроенных ими самими пожаров, Киниада не видела, что происходит в самом городе, а потому логично решила немного порушить цитадель. Нет, ну действительно, Эрмот, может, и убьет Императора, но херковы гвардейцы вполне могу здесь окопаться. Кому надо? Правда, для начала следовало разобраться со всеми катапультами. Уж очень много от них проблем. И драконша понеслась по периметру замка, поливая огнем все, что хоть немного отличалось от ровной поверхности. Видимо, гениальные идеи приходят в головы одновременно всем дамам драконьего происхождения, потому что очень скоро, в небольшом просвете в клубах дыма Кида разглядела, что огненное кольцо на крепостной стене весело разрастается сразу в обе стороны.
Никто из зрителей не сумел разглядеть того, что произошло потом на поляне. Схватка была более чем скоротечной, движения противников настолько быстры, что просто смазывались перед глазами. Через несколько секунд мелькания все снова остановилось. Хас застыл подвешенным в воздухе, изогнувшись в какой‑то нелепой позе. Плащ с него был сорван, черные щупальца безвольно обвисли. Хозяин же этого странного места ленивым вихрем, больше похожим на спиральную амебу, медленно тек вокруг.