Карабас и Ко.Т. Как исправлять ошибки (полная версия): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Кис задумчиво покосился на меня, помолчал. Я совсем уж было решил, что победа осталась за мной, и клетчатый надзиратель от меня отвянет, но Сириус вдруг заговорил снова. Тихо так заговорил. Проникновенно.

Сначала он заставил своего ученика выучить, скорее даже заучить, магический алфавит – основополагающую часть всей магии. Изаха мало интересовало, что сейчас на Эвиале уже никто так не преподает. Уже давно мало кто помнил значение рун и тот факт, что сначала создали семьдесят сем рунических знаков, а только потом складывали из них слова, словосочетания, предложения, которые отвечали, тому или иному магическому действию. Самой распространенной методикой преподавания, которую официально ввела Академия Магических Искусств, было заучивание готовых, давно сложенных и выверенных заклинаний, которые и состояли из рун магического алфавита. Маг учил Дога так, как когда‑то, очень давно, учили его. Ему говорили, что изучение алфавита открывает совершенно чистое, никем еще не вспаханное поле. И ты, конечно, можешь пойти по уже протоптанным тропинкам, а можешь проторить свою собственную, неповторимую. И видя, с каким азартом ученик заглатывает знания, Изах и сам вошел во вкус и старался побольше вложить в голову парня. Но если теорию старик изложил полностью – после алфавита, в изучение пошли основы стихийной и рунной магии, основы некромантии, основы магии других разумных рас, населявших Эгей и много других элементарных магических составляющих – то практика ограничилась только самым малым. Минимально необходимыми зачатками, которые развить и воплотить в жизнь должен был сам Дог. Таков был принцип обучения у Изаха, так учили его, и он считал, что это правильно: для того, чтобы стать воистину сильным, будущему магу достаточно знать немного теории и совсем мало практики, а до всего остального он должен дойти сам. Поначалу старик думал обучить Дога только основам, но потом не выдержал, и уговорил себя передать юному дарованию все те знания, которые у него были, уж больно сильно ему импонировал его ученик и то, с какой легкостью он проглатывает новую, доселе не известную ему информацию.

– Так я тебе и поверил! Ты придержал информацию из Магистерии!

– Уходи, Ася, – я легонько подтолкнул маркиза в спину. – Аретс не станет сейчас на тебя охотиться, он будет слишком занят нами. Но не пощадит, если ты подвернешься ему под руку.

Я осмотрелась по сторонам и подумала, что неплохо было бы немного заняться своей новой внешностью.

– Я?! Я… – до меня начало доходить. Я остановился. Я не выпил Леру "до дна". Я перестал быть Торету. Третья ступень отречения. Через месяц, когда я снова почувствую вампирский голод, я уже смогу устоять. Сама мысль о том, что я могу не выпить жертву "до дна", спасет меня от покушения на чью‑то жизнь. Чью‑то кровь…

Я застыл. Происходящее выходило за рамки моего скромного разумения. Великие маги не кидаются обниматься со своими несостоявшимися учениками. Да не люблю я с кем‑то обниматься! Ну, если этот кто‑то не девушка, конечно. Мне бы следовало отступить, чтобы избежать столь интимного приветствия, но, во‑первых, отступать в прихожей было особенно некуда, а во‑вторых, я просто растерялся. Положение то ли спас, то ли усугубил кот. Уж не знаю, что взбрело в его усатую башку, но Творожок вдруг шмыгнул Шимшигалу под ноги. Ректор запнулся, нелепо взмахнул руками и начал заваливаться на бок. Его правая рука попыталась найти опору, но уперлась в шаткую конструкцию, ощерившуюся сломанными зонтиками, обшарпанными тростями и посохами и ржавыми клинками. Подставка возмущенно заскрипела и плавно поехала вдоль стены вместе со всем своим содержимым и цепляющимся за нее магом. В то же время левая рука волшебника задела вешалку. Рогатый монстр, погребенный под немыслимым количеством пыльных плащей и поеденных молью шуб, удивленно вздрогнул и ласково потянулся к потрепавшей его ладони. Раздался оглушительный грохот, подставка рухнула, следом – маг, а сверху – вешалка. Воздух заполнился облаком вековых наслоений пыли и жадных до шерсти мотыльков.

– А не фиг было‑у штаны рвать, тогда и не увидел бы‑у, – хмыкнул этот гад.

– А девушка нам ни к чему. Нам только прислужник Ночи, что отступился от своей госпожи, нужен.

– Так вот, почему ты так уверен! – дошло до меня, наконец.

– Может, они просто поняли, что недооценили нас.

– Неужели они настолько тупы?! Даже если бы с нами не было Вас, почтенный Сайрус, орки обречены: их почти в два раза меньше. Глупцы! Можно было, по крайней мере, заманить нас в засаду, а так у них нет ни малейшего шанса.

– С чего бы это? – не понял я. – Мои, вроде, все при мне, убегать ко всяким сомнительным личностям кошачьей национальности не собираются.

На этот зов она кинулась, не раздумывая.

– Ага, утонул. Ну, почти. Спасла меня‑у одна русалка. Страаашная, как остатки египтянки, что меня‑у родила. Скользкая, зеленая, лысая к тому же. Рот от уха до уха, зубы острые в два ряда. Глазенки маленькие, как мышиный помет. Зато голос… мррр‑рр, Ася, покорил меня‑у ее божественный голос. Но самое интересное, была у нее ниже пупка такая маленькая…

– Как?!

И снова, второй раз за это утро, кровь ударила мне в голову. И снова я сам не понял, что произошло. Нет, джинсы на мне не появились, но о таких штанах, камзоле и кружевах на рубашке мог мечтать любой придворный щеголь. Тело мое ощущало все ту же щекотную бахрому обтрепанных рукавов, грубый шов заплатки чуть выше правого колена, но даже я сам видел на себе изысканный туалет столичного денди.

– Рей, любовь моя несостоявшаяся! Разве так нужно встречать даму, с которой делил тяготы долгого пути, вомпирюга ты мой ненаглядный? А я‑то надеялась…

Все‑таки сколько интересного в этом отрывке разговора. И с какой это стати, вампирюга решил, что я только притворяюсь такой… ну, такой, какой притворяюсь. Я удивительно прямолинейна и очень редко ношу маски, в отличие от Лиловых. Те красавцы действительно самые загадочные и таинственные существа, и я, по сравнению с ними, как раскрытая книга.

Так началось обучение землянки, то есть уже совсем не землянки и даже не землянина. Девушка вроде уже и привыкла к своему новому состоянию и думала о себе как о парне, но ее женская суть осталась, и ничто не заставит эту сущность исчезнуть. Именно она, в виде женской логики и интуиции, порой ставила Изаха в тупик, но потом он вспоминал, с кем имеет дело, и только тихо посмеивался себе в бороду, еще не раз этот парень со странным именем удивит Эвиальцев.

– Что это за место?

Я все так же тихо хмыкнул.

– Только то, о чем говорит легенда. А еще я знаю, что в ней заложено зерно истины. В доме моего отца хранился древний свиток Изеанда, – спокойно проговорил Делимор, повернувшись лицом к магу.

– Так же, как и призвал, – развел руками ушастый.

– Этернидад… – прошептал я Ее имя, моля всех богов, чтобы больше оно не ускользало из памяти.

– Но впечатление ты‑у произве‑ул! – солидно кивнул кис.

– А с чего нам его Зеркало показало? – в глубине души я надеялся, что Зеркало все же имело в виду девушку, с которой начался тот фрагмент, но понимал, что акцент был сделан все же на парнишке. – Впрочем, по твоей теории получается, что нам не он нужен, а та красавица, что на лекции засыпала… А знаешь что…

Конечно, они могли быстро и бесшумно скрыться в лесной чаще, но бросать коня Делимор не собирался. Пусть он погибнет, но оставлять такие важные улики, как лошадь из конюшен имперского двора, это все равно, что представиться этим господам полным именем. Борон, стараясь держатся за спиной графа, не задавая лишних вопросов, последовал за ним.

Кида тут же вцепилась мне в руку, а Эрмот положил свою на плечо Феллу.

– Конечно, но не они же играли в Звездный покер, – равнодушно пожал плечами демон.