Глава 15
— Если драконы на севере, отчего ваша мать их не приручила? — спросил Летар, когда карета покинула пределы города и резво покатилась по вымощенной дороге на север. Теперь они были вне досягаемости ушей гвардии и можно было задавать любые вопросы на любые темы.
Нирэйн встрепенулся и отвлёкся от созерцания вида за окном — раздольного луга насыщенного тёмно-зелёного оттенка и дремучей стены хвойных деревьев на горизонте. Зрелище было незаурядное, но порождало в душе Нирэйна смутное чувство, подсказывающее, что нет на свете места ближе для него. Ближе вовсе не в привычных для него технических величинах.
— Энергия не трётся о воздух, — раздражённо сказала Мэлоди. — Хватит уже проталкивать эту идею.
Летар вновь сосредоточил взгляд на пергаменте.
— Держи меня, — прошептала она и вскинула руки ещё раз.
Несмотря на все старания, приложенные Нирэйном к попытке перевернуть карету, — затея не удалась. Тогда он всё же подошёл к Летару и бегло осмотрел убийцу. Отсутствие лужи крови явно было признаком как минимум сносного состояния, и удовлетворённый результатом Нирэйн сел рядом.
Колдунья отступила на шаг и сделала знак остальным. Когда все убрались от холма подальше, она вывела в воздухе несколько замысловатых линий и выдала вспышку голубоватого света. Дракон стал стремительно выступать наружу — устилавший его белый ковёр таял.
— Разве драконья стая не была бы гораздо лучше в стратегическом смысле? — тихо пробормотал Летар, снижая громкость голоса с каждым словом, что прилетало в надменное лицо Нирэйна.
— Часть энергии теряется, если покидает тело мага. По-моему, очевидно, что это трение обо что-то в атмосфере. И здесь концентрация «этого» выше. Может быть, из-за температуры?
— Негласный принцип, — кивнул Летар. И про себя добавил, что принцип ещё и отчасти ложный.
— Ещё какой гласный. В гильдиях его первым делом учат, — возмутился Нирэйн и запоздало добавил: — Кажется.
— На миллионы квадратных километров? — ужаснулся Нирэйн. — Кто мог сотворить такое?
— Холодно бывает и вне Пустоши, — не согласилась Мэлоди.
— Как? Уже? — сразу вставил Нирэйн и отвлёкся от штурвала.
Летар не ответил на подначку.
— А зачем нам счищать снег? — вдруг задался вопросом Нирэйн.
«Иронично. Ведь будущее увидеть всё же можно».
Додумать он не успел — земля задрожала, и убийца почувствовал, как мир вокруг стал ничтожно маленьким, сжавшись, уступив место дракону. Зверь поднялся на все четыре лапы. Он был гигантских, чудовищных размеров. Весь хребет усеян ороговевшими пластинами с человека ростом, клыкастая пасть способна проглотить карету целиком, расправившиеся крылья затмили небо.
Нирэйн и Мэлоди ещё спали.
— Отчего же? И ей, и Лессе я доверяю всецело. Я не доверяю тем ушам, что могут ненароком оказаться в зоне слышимости. Конечно, я мог поделиться планом, когда мы оказались в карете, но… Ладно, честно говоря, я даже вслух-то его боялся озвучивать. Вся эта аура, исходящая от необходимости биться с всезнающим предсказателем отбивает всякое желание делиться размышлениями. Как будто в какой-то нити вероятности он может их услышать. Теперь-то я, наверное, расскажу Витилессе.
— Но почему не в Кьелзе? Ты не доверяешь собственной матери?
«Кто-нибудь хоть поинтересуется, как дела обстоят со мной?» — в такт неестественно расслабленному состоянию, мысли в черепной коробке Летара ползли со скоростью гусениц и не отличались глубиной.
— Что-то не так, — вдруг выдохнула Мэлоди и упала на одно колено. — Вся моя энергия…
Каждую зиму осадные мастера пытались придумать новые способы разобраться с драконами грубой силой, но лучший выход предложила магия. На железо звери реагировали с безумной яростью, тогда как на магию реакция разнилась… На этом изложенные в книге факты закончились, и началось слепое гадание автора. Дескать он, конечно, не помнит, но бытует версия, что с помощью некоей приманки всех драконов собрали в каком-то месте и там заперли. Но открытым остаётся вопрос, куда же их согнали? И менее важный по существу, но бесконечно важный для истории, что это была за приманка?
Летар прекратил подрагивать и ёжиться, плавая в озере путаных мыслей о своём комфорте, и с плохо скрываемой иронией скосил глаза на Нирэйна:
— Если бы план состоял в том, чтобы жечь западные подкрепления и натравливать гарпий на Край — несомненно, — кивнул Нирэйн. — Реальное положение дел несколько отличается.
По мере приближения к Холодной Пустоши становилось значительно холоднее, и Летар достал с крыши тюк с вещами. Никто даже не посмотрел, что берёт, и в итоге все уснули, укрывшись несуразными ворохами шерстяной одежды.
— Думаешь они сами додумались напасть на империю? Пернатые твари тупые, агрессивные, но не самоубийцы. Они не случайно напали на нас, не случайно остановили своё наступление на определённой черте… — на этих словах Нирэйна убийца скривился, ведь он старательно избегал любых новостей с юга. — … Их кто-то надоумил, предположим, условиями некоего пакта о ненападении. Причём ограниченного ума пернатых всё же должно хватать на осознание факта, что скоро их сожрут следом. Вопрос времени, на который мы дадим ясный ответ — жрать их собрались прямо сейчас. Драконья атака по новой границе людей и гарпий подойдёт для этого как нельзя лучше. Дерас, да и Макз, вряд ли собираются возиться с пернатыми, у них и так полно забот с новообретённым городом и всеми его соседями. Так что легионы взбешённых эдаким предательством тварей добавят им обоим целую уйму головной боли. Особенно, если одна из их акций отмщения прокатится по беззащитным землям Края.
Когда он разомкнул веки вновь, уже наступило полноценное утро, с востока вовсю светило солнце, а карету потряхивало. Несколько мгновений до Летара доходило, что она, при всей тряске, стоит на месте. В панике выглянув с окно, он увидел Нирэйна, закрепляющего на паре боковых колёс какую-то выгнутую продолговатую доску.