— Принял облик? — Онэс заинтересовалась. — Смена обличья, знание потайных ходов, отсутствие акцента… такие слухи о нём тоже ходили, но я считала их глупостью. Зачем архимагу навыки шпиона?
— Ты даже не знаешь, что правильным обращением к императрице будет Ваше Величество, какой с тебя спрос? Если, конечно, не будешь злоупотреблять фамильярностью на людях… Твоя удивительная бестактность однажды сослужит тебе плохую службу.
— А ты не отупел после всего произошедшего!.. Но ты все равно не поймёшь сути моего озарения, так что давай лучше следующий свой вопрос.
Летар выветрил боль из головы девушки одним взмахом.
— А нерасторопность может вынудить меня предпочесть завтрак рассказу.
— Это излечимо, — выдохнул Летар, обуреваемый страхом и злобой. Выдохнул бессознательно, не вдумываясь, лишь бы разбить затянувшееся молчание и не остаться в плену собственных проблем. — Но очень непросто. Под силу только мне.
— Это вторично, — прервала его Витилесса. — Ты всё ещё наш целитель. Нирэйн расскажет детали следующей миссии, когда проснётся.
— Ты в порядке? — по-деловому осведомилась она у убийцы и потянулась к откупоренной бутылке вина на столе. — Гвардия матушки на всякое способна ради безопасности, так что…
— Мой боевой дух при мне, — отмахнулся Летар.
— Ваш спутник, — отрапортовал стражник вслух и растворился.
— Слово в слово, я же не дурак.
«То есть всё произошедшее просто привлечение внимания по её меркам?»
— Достаточно! — Онэс вскинула взгляд, и там отразилось Летарово пламя. — Ты ещё не пришёл в себя после пережитого. Тебе нужен отдых.
— Мягко сказано. А ведь я ещё думала, что слухи врут про этого молокососа Дераса…
Графиня взмахнула ладонью, останавливая поток слов и отбрасывая шелуху, чтобы поскорее добраться до интересной лично ей темы.
— Должен же в истории Синномина появиться граф-инженер, — ответил Нирэйн, ёрзая на месте.
Впереди пары солдат сопровождения шёл зрелый, но всё ещё энергичный мужчина в идеально скроенном мундире неопределённо высокого чина местной гвардии. Летар машинально отметил чуть наклоненные вперёд мощные плечи и уверенный бычий напор в походке. В руках этот человек нёс шкатулку из красного дерева.
— За глаза Макза тоже знает вся аристократия.
— Почему ты хотел бы остаться там с Найррулом? — спросил Летар, но Нирэйн сделал вид, что не услышал вопрос.
— Ничего не утаишь, — Летар вздохнул. — Я собираюсь уехать. Вернусь неизвестно когда.
Нирэйна будто ударили под дых.
— Она сомневается, — объяснил Нирэйн. — Она не торопится передавать власть Витилессе, вполне обоснованно считая её неопытной. Её пугают рассказы о мощи западного архимага. Из сопоставимых по запасу энергии людей у нас лишь Мэлоди, а она… В общем, Мэлоди последняя, кому доверится моя мать. А мы не можем ждать, пока Край нагрянет в Кьелз и раздавит нас.
— Как будто ты смог бы вылечить такое, — голос был настолько мёртвым, что Летара будто окатило холодной водой. — Вот что действительно невозможно.
— Блюда принесут, когда придёт Нирэйн.
Нирэйн приблизился наперекор брезгливости и всмотрелся.
— Инженеры должны мастерить оружие, а не средства передвижения.
— Ужин едва начался, времени ещё много.
Убийца переглянулся с Витилессой. Та ответила взглядом свысока:
«Весёлый будет вечер».
На самом деле, про садизм противника Летар не мог говорить с уверенностью. Но ему никак не давал покоя тот факт, что архимаг принял обличье его немезиды, того графского сынка, что погиб от руки убийцы десять лет назад. Было ли это наваждением, уникальным для каждого смотрящего? Или он решил доканать конкретно Летара? А может это был сам пропавший граф? Или ещё кто-то из родственников, которых убийца не застал и не знал в лицо?