Волшебник Летнего сада: читать начало книги онлайн

Полковник сделал небольшую паузу…

– Для простоты примера возьмём игроков – профессионального и азартного. С какой целью оба сядут за ломберный стол? Первый садится с холодным расчётом – он представляет, на какую сумму выигрыша может рассчитывать и твёрдо знает, какой суммой готов пожертвовать. Такой игрок всегда закончит игру вовремя, в нужный момент. Игрок же азартный желает выигрывать, глаза его блестят, пальцы дрожат. В этом желании он забывает риски, и более того – воспринимает проигрыш как унизительное поражение и дальше его цель – отыграться, отыграться любой ценой. Поражение – позор, смерть лучше поражения… Но все дальнейшие попытки выбраться только углубляют яму. Когда же идея, вдохновляющая на поле боя, становится постоянным образом мыслей азартных людей, а жизнь – постоянной битвой, то итогом этому – полный разгром… Наша «героиня» как представляется из документов – натура не приемлющая поражений.

Он посмотрел на Николая Устрялова. Профессор подтверждающе кивнул.

– Николай Герасимович, – продолжал Муханов, – я с большим вниманием изучал часть вашего труда, так называемый «Дневник Марины Мнишек»…

Павел Александрович покачал головой.

– Извините, коллега, я не принял так называемый «Дневник» слишком серьёзно. Написан он не самой Мариной, а человеком из её свиты, и, как вы сами признаёте, – неизвестным человеком. Путь, которым сей документ попал в коллекцию некоего собирателя весьма туманен, да и сам собиратель – фигура сомнительная.

– Но позвольте! – возмутился профессор Устрялов, – я досконально сопоставил факты и сделал выводы! Описания событий в «Дневнике» не расходятся с другими источниками, разве что в мелочах.

– Допустим, – согласился Павел Муханов. – Но даже если эти записки, а по сути – хроники – подделка, то автор их, отдадим ему должное, проделал большую работу. Очевидно, что человек знаком с историей и подлинными документами. По сути дела, он облегчил нам задачу, сведя всё в одно целое. Пожалуй, согласимся с этим. Того, что сохранилось или получилось…

Устрялов только покладисто махнул рукой.

– …для составления образа царицы Марины Юрьевны достаточно. Тогда поставим непростой вопрос – а были ли этой женщины другие чувства, помимо только честолюбия?

Павел Александрович снова вопросительно оглядел слушателей. И сам же себе и ответил:

– Конечно, были. Ещё как. А теперь – в самых общих чертах, ради того, чтобы выделить главное… Итак, отец Марины воевода Ежи Мнишек, на русский лад Юрий, был приближённым короля Сигизмунда, причем влиятельным. Это особенно важно, ибо его ходатайство перед королём за будущего зятя сыграло решающую роль. Сигизмунд признаёт Самозванца, доверившись более Мнишеку, чем «царевичу».

Муханов выдержал многозначительную паузу.

– Пан Мнишек сделал опасный ход. Впрочем, тогда он рисковал ещё не слишком многим. В случае успеха – он близкий родственник царя Московии, в случае неудачи – возможная опала, но не неизбежная. И в самом деле – заблуждаться может всякий, а про злой умысел на лбу не писано.

Муханов обвёл глазами стол и, обратившись к Барановскому: «Вы позволите, ваша светлость?» – взял вазу с завёрнутыми в яркую фольгу конфектами. Одну конфекту положил в центре стола.

– Ставка сыграла! Ход оказался удачным. И вот отец с дочкой в Москве, где приняты с почестями. Да тут же венчание и коронация в заглавном храме, Марина Юрьевна объявлена царицей. Что ещё душеньке твоей угодно?

Павел Александрович развёл руками.

– А душеньке угодно праздновать, а душенька жаждет триумфа, господа! Красавица не хочет поступиться маленькой толикой всевластия и славы. Всего-то и надобно – облачиться в русское платье, принять православие. Ну хоть не затевать чуждые русским европейские балы. Немного скромности и здравомыслия. Куда там! Чай не в тереме сидеть приехали! Красотка в декольтированном платье и в корсете пляшет ночи напролёт, а в столице зреет возмущение. Не проплясала и недели. Мужа убили заговорщики. Сама с отцом чудом остались живы. Игра закончена. Только и остаётся – бежать при первой же возможности на родину. Покуда живы, хоть и биты… Однако! Не успели и добраться до границы, как судьба предоставляет следующий ход!

Полковник эффектно бросил на стол вторую конфекту.

– На сцену выходит новый завидный жених!

Михаил Павлович поймал себя на том, что увлёкся рассказом Муханова.

«Ай да историки, занятный народец! Однако не зря сюда пришёл, не зря. Знал, куда звал, прохиндей Барановский».

А полковник Муханов продолжил.

– О втором Самозванце известно гораздо меньше, чем о первом. Кто он таков, Тушинский вор? – рассказчик театрально пожал плечами и ответил с весёлой простотой: – А пёс его знает! Так, коллега Устрялов?

Николай Герасимович энергичным кивком коллегу поддержал.

– Все сведения противоречат друг другу. То ли он попович, то ли стрелецкий сын, то ли из семейства польского еврея. Уж какой есть – загадочный царевич…

Слушатели, кивая, рассмеялись.

– Но, по всей видимости, внешне второй Дмитрий был похож на первого. Этот факт и сыграл решающую роль. Поскольку сам-то паренёк, судя по делам его, был не высокого полёта птица. Не боец! Но в Тушинский лагерь, где он обосновался, стекались серьёзные силы. А значит, шанс был. И милейшие Мнишеки подзадержались в России. Уж очень не хотелось возвращаться к королю банкротами. У пана воеводы снова зачесались белы ручки!

Павел Андреевич изобразил красноречивый жест.

– И началась торговля безо всякой скромности. А взять захотелось не мало. «Тесть» затребовал от самозванца круглую сумму и северское княжество! Ставка пана Юрия всё та же – дочка-царица. В итоге сделка состоялась, и Марина отправилась в Тушино, где и признала «чудом спасённого мужа». Да только риски всё больше, а дело всё менее верное.