Книга погромов. Погромы на Украине, в Белоруссии и европейской части России в период Гражданской войны 1918-1922 гг. Сборник документов.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

33. Трегер, Эльман, Андроновский — портные; Конная [ул.], № 17.

26 июня на Конном базаре их остановили 2 милиционера и спросили вид на жительство. У Трегера и Андроновского при себе вида на жительство не оказалось. Милиционеры их трех передали солдатам, которые отвели в какой-то штаб, находящейся на Конной площади. В штабе их всех обыскали, отвели в коридор, где их истязали, били нагайками, прикладами ружья, ногами в живот, плевали в лицо и бросали в лицо дымящиеся окурки папирос. Потом под конвоем 3 солдат их отправили в Дроздовский полк^{120}, причем по дороге конвойный все время бил Эльмана, а одним особенно сильным ударом винтовкой по голове конвойный бросил Эльмана на землю. Вся задняя часть головы Эльмана была изранена и окровавлена. Чтоб прохожие не заметили крови, конвойный велел Эльману надвинуть шляпу на затылок. В Дроздовском полку Эльмана освободили, а остальных препроводили в 1-й участок. Стражник участка повел их во двор, где бил их железной палкой, а потом посадил их в погреб. Через несколько часов, благодаря вмешательству постороннего лица А., случайно бывшего в участке, их освободили.

34. Корабельников С.Л. — 51 г., рабочий — Чеботарская [ул.], № 58.

12 июня был ограблен военными в офицерской форме, о чем подал заявление коменданту. Его жену истязали нагайкой. Через несколько дней его заявление было ему возвращено из комендатуры с предложением заявить о происшедшем в милицию. 13 июня он был вновь ограблен 9 казаками. Один из них потребовал 500 руб. Проситель вынул из кармана бумажку, в которой было около 1 тыс. руб. Казак вырвал деньги из рук потерпевшего. Это видела русская соседка, в комнате которой это происходило. После этого казаки приходили еще 2 раза, но потерпевший больше их к себе не пускал, каждый раз поднимая тревогу. Казаки пришли в 5-й раз. Потерпевший с семьей бегством спаслись через окно. В нападениях принимали участие казаки, расквартированные в районе Чеботарской ул. Грабежи происходили на глазах русских соседей, которым казаки заявили, что будут грабить только жидов.

35. Левантович Л.С. — Клочковская ул., № 9.

В доме № 8 по Клочковской ул. расположены 16-20 казаков. В этом доме 11 квартир, из них еврейских — 7. Казаки расположились в еврейских квартирах. 15 июля человек 8 казаков расположились на дворе и распивали водку и играли на гармонии. В этом дворе живет старик-беженец, 65 лет, состоятельный почтенный человек. Казаки предложили ему выпить водки. Тот выпил. Потом они придрались к нему, что он украл у них бутылку водки. Они бросили его наземь, стали бить ногами, окровавили все лицо, и в бесчувственном состоянии он был внесен в дом. Казаки запрещали обращаться к врачу, угрожая убить всех жителей дома.

36. Сыркин — Рыбасовский пер. № 9, лавочник.

11 июля, вечером, в лавку явился поручик с плеткой в руке, стал ругаться и ударил плеткой 2 раза мать и сестру. На следующий день явился тот же поручик и стал требовать Сыркина к себе в штаб, где он ему дает 60 розог (причем поручик ударил мать Сыркина плеткой). Сыркин сообщил в милицию. Поручик заявил в милиции, что его здесь оскорбили, назвав сволочью. Милиция стала производить обыск, чтоб обнаружить Сыркина, успевшего скрыться. Поручик и мать отправились в участок, где был составлен протокол самим поручиком такого содержания: «Оскорбления нанесены ему в лавке. Отказались принимать украинские деньги. Тайная продажа спиртных напитков. Спекуляция деньгами и принадлежность к коммунистической партии». По требованию поручика милиция отправилась на квартиру Сыркина, чтобы обнаружить спирт, а сам поручик отправился к себе домой. Спиртных напитков не обнаружили, но обнаружили деньги в сумме 38 тыс. руб. Полиция забрала деньги с собой и арестовала мать Сыркина, которую на следующий день выпустили, а деньги возвратили.

37. Фишелев О.М. — 59 лет, Театральный пер., № 7.

27 июня, в 7 часов вечера, на квартиру явились 3 военных, из них один офицер, чтобы произвести обыск. На требование ордера они ответили: «Молчи, жидовская морда», — и стали избивать жену Фишелева нагайкой. Дали знать в комендатуру и грабителей задержали. Во время обыска грабители забрали из лавочки разный товар, как папиросы, конфекты, и спрятали в карманы. Когда офицер из комендатуры производил протокол, подошел другой офицер, участвовавший в грабеже. Потерпевший его узнал. Его арестовали. Офицер заявил: «Мало грабили, еще будем грабить». Через полчаса офицер, производивший дознание, явился в комендатуру и предложил подать заявление коменданту. Потерпевший ответил, что раз власть поставлена в известность о произведенном грабеже, то она сама должна заняться дальнейшим расследованием дела. Офицер заметил, что они сами могут дело совсем уничтожить и что для возбуждения этого дела требуется подать особое заявление.

38. Пекемпенер А.М. — 44 лет, лавочник — Чеботарский въезд.

29 июня к лавочке подошли 4 казака и стали угрожать, что изорвут меня нагайками на куски. П. отошел от лавочки, а в это время подошла его жена и хотела закрыть ее. Казаки потребовали ситро, выпили, а затем заявили, что жена продает «гадость», и стали тащить ее в участок. По дороге один из казаков сказал жене, что старший приказал ей дать 1 тыс. руб., а в противном случае ее отведет в участок и изобьют до смерти. Так как жена таких денег не имела, то она стала собирать деньги у соседей-лавочников и собрала 675 руб. Один из их соседей убедил добровольца взять эту сумму, а остальные 325 руб. получить завтра. Добровольцы деньги взяли и заявили, что сегодня же придут за остальными деньгами.

39. Масс И.А. — 27 лет, лавочник — Солянковский пер., № 12.

27 июня он на Петинской ул. ожидал трамвая. Подошедший офицер потребовал у него документ и передал его своему спутнику, тоже офицеру. Офицер заявил, что Масс ставил его к стенке в Чрезвычайке, и начал его бить. Когда подошел трамвай, офицер велел Массу ехать с ним. Он вышел на Молочной ул. и стал водить его по разным улицам, угрожая расстрелом. Бил несколько раз. Встретив патруль, отпустил.

40. Готлиб Исаак — 44 лет, Воскресенский пер., № 11, лавочник.

27 июня, в 6 часов вечера, явились 2 офицера. Не предъявляя ордера, они хотели арестовать Готлиба и отвести его в какой-то штаб. Готлиб без ордера отказался следовать. Офицеры избили его и удалились. Через полчаса явились 2 казака, которые на глазах толпы избили Готлиба и насильно отвели его в казармы Белозерского полка. Вызванной милиции казаки заявили, что они от контрразведки. Часов в 9 вечера явился один из ранее бывших офицеров, поставил у входа двух солдат в черкесской форме с обнаженными шашками и стал обыскивать квартиру. Забрал наличных денег 10 тыс. руб., разных вещей всего на сумму до 20 тыс. руб. Часов в 10 вечера сын Готлиба был в комендатуре. Туда заехал ограбивший Готлиба офицер. Мальчик узнал грабителя, и последний был арестован. На следующий день Готлиб был освобожден из Белозерского полка. В тот же день Готлиб в комендатуре видел арестованного офицера, который предлагал вернуть ограбленное, если Готлиб не будет против него показывать, в противном случае угрожал отомстить.

41. Миркин Г. — 20 лет, студент, Конная ул., № 7.

5 июля, днем, явились два офицера, желая арестовать его. Сестра Миркина выдала офицерам 2 тыс. руб., и они удалились. 8 июля, в 12 часов ночи, явились 3 офицера, 1 из них — уже посетивший Миркина: они были пьяны. Ордера не предъявили, требовали Миркина для ареста. Ушли, приказав быть ему дома на следующий день в 12 часов

42. Шухер — студент-технолог, Чеботарская ул., № 11.

16 июня явились 2 офицера, назвавшиеся агентами контрразведки Дроздовского полка. В отсутствии Шохера произвели обыск и забрали имущество, вещи, продукты и проч. Заявили, что должны арестовать Шохера, но, ограбив, больше не являлись.

43. Биргер Хаим и сыновья его Шлиома и Самуил — Мариинская ул., № 3, купцы-фабриканты.

В ночь на 20 [июня] арестованы в своей квартире и доставлены в комендатуру штаба 1-го армейского корпуса. Старик Биргер (70 лет) на следующий день освобожден из контрразведки. Через некоторое время были также освобождены бр[атья] Биргер. При аресте было взято много вещей и носильного платья. Производившие арест и обыск под угрозой расстрела взяли у Биргера расписку в том, что они будто бы никаких вещей не брали.

44. Стоклишский Мордух Мовшевич — Клочковская [ул.], № 31, коммерсант.

29 июня в 10 часов утра в квартиру Стоклишского явились: один казацкий офицер, 2 казака, 1 милиционер. Заявили, что ищут краденые вещи. Забрали кожевенный товар на сумму до 10 тыс. руб., часы и пр. вещи. Вызванный из комендатуры отряд троих арестовал. Очевидец грабежа Тилес зашел в комендатуру, желая дать показание. Офицер рекомендовал Тилесу не «путаться в это грязное дело». 30 июня Стоклишский отправился в комендатуру, дабы узнать о судьбе своего товара, но был там арестован.

45. Бурштейн И.Я. — Грековская [ул.], № 6, владелец пекарни, семейный, 46 лет. Во время большевиков подвергался реквизициям и платил контрибуцию.

19 июня к нему на квартиру в 11 часов вечера постучались 3-4 чел. военных. Их не впустили, и они удалились. 21 июня, вечером, к нему на квартиру вошли 7-8 вооруженных казаков. Не предъявляя ордера, они произвели обыск и забрали ботинки, 2 простыни, 2 полотенца, серебряные часы, наволочку и 8 тыс. руб. наличными деньгами. На вопрос потерпевшего: «Это уже конец?», — они ответили: «Нет, не конец, еще придут офицеры». Действительно, 22 июня, в 8 часов вечера, на квартиру Бурштейна явились 8 офицеров и произвели обыск. Бурштейна не было дома. Увидев издали офицеров, он пытался бежать, но был задержан офицерами, стоявшими у ворот. Часть пришедших офицеров отправилась с Бурштейном на Нетеченскую набережную. На вопросы Б., куда его ведут, ему ответили: «Всех жидов надо повесить, все евреи — коммунисты». А один офицер сказал: «Вы виноваты в том, что евреи». Б. привели в 12 часов на набережную, в пустынную и темную местность, его поставили к забору, направив на него револьвер, и стали требовать у него денег, причем закрыли у него рот, дабы он не кричал. За Б. пришла его жена с 13-летней дочерью, чтобы следить за происходящим. <Б. сказал офицерам, что у него есть 50 тыс. руб. и предложил жене отправиться домой и выдать офицерам деньги. 2 офицера с женой Б. отправились за деньгами. Б. с остальными офицерами остался на набережной. Когда жена Б. явилась на квартиру с офицерами, она застала там вызванный кем-то отряд из комендатуры, состоящий из 1 офицера и 3 верховых. Она обратилась к нему за помощью. Но прибывшие с женой Б. 2 офицера стали утверждать, что у него какая-то темная история с деньгами и что он имел дела с комиссарами. Жена отправилась с офицерами в погреб, где в коробке были спрятаны 86 500 руб. В подсчете денег, кроме пришедших 2 офицеров, принимал участие также офицер, прибывший из комендатуры. Получив деньги, офицеры возвратились на набережную, где все время находился Б., и хотели отвести его по направлению к Кузнечной ул. Они отвели его в гостиницу «Лондон», где был расположен офицерский партизанский отряд. Там ему заявили, чтобы он оставил деньги, иначе ему будет плохо. Утром жена отправилась к коменданту и в комендатуре встретила одного из офицеров, бывших у Б. ночью. Этот офицер подошел к дежурному офицеру, о чем-то с ним побеседовал, а затем сказал: «Идемте, я освобожу вашего мужа». Она пошла с офицером. Бурштейна освободили, отобрав у него расписку, что взятые при обыске деньги он получил обратно.>[240]

46. Соломон Ш.Л. — Фонарный пер., № 1.

7 июля Соломон и еще 2 его знакомых — Б. и М. сидели в ресторане «Тиволи». К ним подошел офицер, стал требовать документ, а затем другой военный, сидевший вместе с первым, потребовал от Соломона 1 тыс. руб. в пользу Добрармии. Соломон ответил, что таких денег у него не имеется. Военный, оказавшийся домовладельцем Гельмеровым, живущим по Дворянской ул. дом № 4, отобрал документ у Соломона и у его знакомых и предложил явиться за ним и принести 1 тыс. руб., либо [предоставить] квитанцию в уплате этих денег. Назавтра жена Гельмера возвратила оба документа без денег.

ГА РФ. Ф. Р-1339. Оп. 1. Д. 445. Л. 47-54 об. Копия.

№ 54. Запись представителями Харьковской еврейской общины свидетельств очевидцев о расстрелах подразделениями ВСЮР в июне-июле 1919 г. в г. Харькове. Не ранее начала июля 1919 г.[241]

[240] Текст, заключенный в угловые скобки, восстановлен по аналогичному документу (см.: ГА РФ. Ф. 1339. Оп. 1. Д. 445. Л. 7 об.-8).

[241] Датируется по содержанию документа.