Большой тракт, по которому ехали каджиты, начал слегка спускаться вниз с холмистого возвышения. Ниже по их курсу разлеглась небольшая деревушка, которая находилась у самого тракта.
Когда каджиты спустились и уже миновали первое строение Рорикстеда, Ахаз’ир осмотрелся. Деревушка была маленькая, даже меньше самой маленькой деревни, что есть в Скайриме. Каджит поначалу подумал, что на их пути показалось обычное селение людей, не имеющее стен. Деревня стояла на границе Предела и владений Вайтрана.
В Рорикстеде было всего четыре строения. Самое большое находилось на возвышении напротив тракта. Рядом свисала вывеска с надписью: «Мороженный фрукт». Слева от этого строения находилось поместье, возле которого сновали маленькие дети, громко крича и играясь; курицы, что по пути клевали тонкими клювами брошенный на землю корм; загон, окружённый тыном, за которым находилось две козы.
Справа от таверны стояла пристройка местной фермы. Через дорогу напротив находился небольшой дом.
По левую руку от большого строения находился загон с двумя коровами, что звонко мычали. Сейчас в загоне была женщина, сидевшая возле одной из коров на стуле, что доила молоко в деревянное ведро.
Когда путники проехали по деревне, местные приветливо осмотрели их. Все были заняты делом. Здешние земли являлись плодородными. Это постоянно держало Рорикстед на плаву, поэтому главным ремеслом рорикстедцев было фермерство.
Подъехав к большому зданию, Карджо спрыгнул с коня, подвёл его к заборчику, привязал.
– Вот мы и на месте, – сказал каджит голосом, наполненным жизнерадостности и хорошим настроением, увязывая узел.
Ахаз’ир слез с коня, подвёл его рядом с конём каджита. Старейшина осмотрелся. Вокруг деревни раскинулась степная равнина Вайтрана. Огромные тундрические просторы, от которых поселение не было защищено ничем. Хоть тут и находилась стража, что сейчас патрулировала по единственной улице, опасность могла поджидать Рорикстед со всех сторон. Старейшине не понравилось то, что лишённый защиты, Рорикстед находится на границе двух владений, вечно рискуя быть атакующим всякими разбойничьими и иными элементами.
Ахаз’ир прислушался. С востока, разнося эхо по бескрайним просторам и близлежащим горным перевалам, доносился звук взрывов снарядов и прерывистых криков, гул барабанов и шум бьющейся стали. Посмотрев в сторону восточного горизонта, откуда доносился непрекращающийся, тревожный шум битвы, каджит вышел на тракт, притаил уши, вслушиваясь.
– Ахаз’ир, – позвал его Старейшина, привязав своего коня рядом с двумя первыми, – идём. Надо выпить.
Старый каджит поднялся по деревянной лестнице ко входу заведения. Ахаз’ир простоял ещё некоторое время посреди широкой дороги, уходящей в ту сторону, откуда доносилось эхо войны. Неутомимое и громкое. А потом молча развернулся и потопал к таверне. «Хватит с меня на сегодня всего этого. Меня не интересует, что там творится.» – словно обозлившись на себя самого и на то, что эхо битвы словно идёт за каджитом по пятам, процедил Ахаз’ир.
Войдя в таверну, каджиты прошли по полупустующему залу и присели возле стены за один из свободных столов. Сейчас тут было не так много людей. И все они, практически, являлись пришлыми путешественниками, воинами и купцами.
К каджитам подошёл молодой русоволосый норд с лёгкой щетиной на лице, одетый в зелёную рубашку с чёрным жилетиком на нём.
– Доброго дня, друзья-каджиты. Что будете заказывать? – спросил он.
– Мёда, – ответил, повернувшись, Карджо. – На всех троих за мой счёт.
Молодой норд покинул их.
Ахаз’ир осмотрел интерьер таверны. Был один большой зал, заставленный со всех сторон у стен столами. Посреди горел небольшой огонь в каменном небольшом сооружении. Всё было обыденным.
Долго заказа ждать не пришлось. Молодой норд вскоре вернулся к ним с подносом, на котором находились три кружки. Расставив их, он опустил поднос и сказал:
– Приятного времяпровождения в нашей скромной таверне.
Карджо достал из кармана кошель и расплатился с нордом.
Поставив рюкзак у ног на пол, Ахаз’ир взял кружку и сделал два больших и жадных глотка. Спустя доли секунды он издал лёгкую отрыжку, сморщив свою мину.
– Согревает, – сказал он, после чего продолжил пить, но лёгкими глотками.
Старейшина пил осторожно и понемногу. Карджо же поступил так же, как и Ахаз’ир.
В таверне не было барда, поэтому были слышны тихие говоры других посетителей и их смех.
– Да, маловато что-то здесь людей, – сказал Ахаз’ир, осматривая всех присутствующих.
– Это поселение ничтожно мало, даже по сравнению с другими, самыми маленькими деревушками Скайрима, – ответил Карджо, выпивая. – По сути, население представляет собой всего несколько человек. Хозяин таверны, его сын, что сейчас подал нам выпивку. Вон тот дед в богатой одежде, что стоит рядом с трактирщиком и болтает с ним и ещё пара человек. Среди них и сам Рорик, в честь которого и названо поселение.
– Да ладно? – спросил Ахаз’ир, посмотрев на Карджо. – И кто же он? Бывалый воин? Герой? Изрядно богатый счастливчик, в честь которого назвали имение?
– Он изрядно богатый человек, что когда-то выкупил эти земли. Сейчас же поселение занимается земледелием. Сказать честно, это одно из самых богатых деревней в Скайриме, ибо фермерство здесь как начало процветать с момента образования Рорикстеда, так и процветает до сих пор, – ответил Карджо.
– Ежели богато оно и на плаву держится всегда, то почему плохо защищено? – спросил Старейшина. – Здесь и стен нет, и стражи мало, а кругом тундра, степные пустоши Вайтрана, на которых много хищников разных, а тут и козы, и коровы. Место весьма лакомое как для них, так и для бандитов, что обустроили свои лагеря по всему владению Вайтрана.