Когда ему явилась нужда ехать в Ахаию, столицей которой являлся в то время Коринф, ефесские верующие дали ему рекомендательные письма к тамошним христианам. Прибыв в Коринф, Аполлос много содействовал уверовавшим… ибо он сильно опровергал Иудеев всенародно, доказывая Писаниями, что Иисус есть Христос (Деян. 18, 27–28).
Значение проповеди Аполлоса для утверждения христианства в Коринфе было столь велико, что святой апостол Павел называет его поливателем насажденных им семян веры Христовой: Я насадил, Аполлос поливал, но возрастил Бог (1 Кор. 3, 6). Как долго Аполлос пробыл в Коринфе, неизвестно, но при написании Первого послания к Коринфянам мы опять видим его в Ефесе вместе с апостолом (см. 1 Кор. 16, 12).
Повод к написанию Первого послания к Коринфянам
Во время пребывания Аполлоса в Коринфе святой Павел, осуществив свой план посещения Иерусалима на Пасху, начал свое третье апостольское путешествие из Антиохии. Он проходил по порядку страну Галатийскую и Фригию (Деян. 18, 23) и прибыл в Ефес для утверждения здесь Церкви Христовой (см. Деян. 19, 1).
Тут до него стали доходить разные неблагоприятные слухи об оставленной им Коринфской Церкви. Он хотел было сам отправиться в Коринф прямо из Ефеса морем (см. 2 Кор. 1, 15–16), но, не решившись оставить Ефес, вместо себя отправил в Коринф своего возлюбленного ученика Тимофея, поручив ему пройти через Македонию и затем донести ему обо всем происходящем в Коринфской Церкви.
Между тем неблагоприятные слухи о Коринфской Церкви стали повторяться и умножаться. Будто бы один из коринфских христиан допускал такой вид блуда, какой и у язычников не допускается (см. 1 Кор. 5, 1). Затем пришли в Ефес домашние одной христианки Хлои и подтвердили апостолу этот слух, рассказав при этом и многое другое недоброе, особенно огорчив апостола рассказами о разных религиозных спорах и состязаниях (см. 1 Кор. 1, 11–12). Создавалось впечатление, что в Коринфе возникли отдельные религиозные партии или секты.
Прибывшие из Коринфа посланные от Коринфской Церкви Стефан, Фортунат и Ахаик несколько успокоили дух апостола (1 Кор. 16, 17–18), но все же подтвердили наличие многих нестроений. Подтвердив слухи о блуде и о распрях, они передали и многое другое вновь: о тяжбах в языческих судах, о беспорядках на вечерях любви, о непокровении женщинами своих голов в церкви, о неверии некоторых в воскресение мертвых. Апостолу были предложены также в особом послании и вопросы: о супружестве и девстве, о вкушении идоложертвенного, о даре языков и тому подобные.
Вследствие этого святой апостол Павел и решился отправить в Коринф свое Послание, чтобы уврачевать все нестроения и дать ответ на все недоумения. При этом он обещает и сам прийти к ним (см. 1 Кор. 4, 19–21). Дополнительным поводом к написанию Послания, как видно из последней главы (см. 1 Кор. 16, 1–4), было устройство сбора денежного вспомоществования для палестинских христиан.
Время и место написания Послания
Как это ясно видно из самого Послания, оно было написано в Ефесе. Я не хочу видеться с вами теперь мимоходом, — пишет апостол, — а надеюсь пробыть у вас несколько времени, если Господь позволит. В Ефесе же я пробуду до Пятидесятницы, (1 Кор. 16, 7–8). В Послании святой Павел пишет, что он отправил в Коринф святого Тимофея (см. 1 Кор. 16, 10), а в Деяниях мы находим, что он послал его из Ефеса уже перед тем, как сам собирался уходить из него (см. Деян. 19, 21–22). По расчету годов, это приходится на 58 или 59 год по P.Х.
Содержание и состав Послания
Содержание Послания, как требовал и повод к написанию его, весьма разнообразно: оно касается многих предметов, давая исчерпывающие ответы на вопросы, поставленные коринфянами. Состоит оно из шестнадцати глав. Начинается обычным надписанием и приветствием, кончается также передачей приветствий.
Экзегетический разбор Первого послания к Коринфянам
Первое послание святого апостола Павла к Коринфянам отличается от других его Посланий чрезвычайным разнообразием разрешаемых в нем вопросов. От ранее рассмотренного нами Послания к Римлянам оно отличается еще тем, что здесь святому апостолу Павлу приходится иметь дело не с иудейскими заблуждениями, а с греческой культурой и греческой чувственностью — с эллинизмом, опиравшимся на философию, не чуждым глубокого проникновения в духовно-нравственную область жизни.
Начинается Послание обычным надписанием и приветствием. Наряду с самим собой святой Павел смиренно упоминает и «Сосфена брата» (см. 1 Кор. 1, 1). Блаженный Феодорит и святитель Димитрий Ростовский полагают, что этот Сосфен был тот самый начальник синагоги в Коринфе, который подвергся побоям по случаю возмущения там против апостола Павла (Деян. 18, 17). Такого же мнения держится и епископ Феофан Затворник, который говорит, что этих побоев нельзя иначе объяснить, как какою-либо соприкосновенностью Сосфена к проповеди святого Павла.
Все дальнейшее содержание Послания состоит из двух частей. Первая часть (главы 1–6) содержит преимущественно обличения, вторая часть (главы 7–15) содержит преимущественно наставления и, наконец, последняя, 16-я глава представляет собой заключение, в котором святой апостол излагает соображения о сборе милостыни для палестинских христиан и о своем путешествии по дороге в Коринф, а также передает обычные приветы.
В первой, второй, третьей и четвертой главах святой апостол обличает коринфян за распри и разделения между ними. Сначала он хвалит их веру, выражая уверенность, что Господь утвердит их в этой вере до конца, чтобы вам быть неповинными в день Господа нашего Иисуса Христа (1 Кор. 1, 8), а с 10-го стиха (см. 1 Кор. 1, 10) начинает свою обличительную речь.
После святого апостола Павла в Коринфе проповедовал его ученик Аполлос; туда же прибыли христиане, обращенные святым апостолом Петром; были там и христиане из Палестины, слышавшие проповедь Самого Господа Иисуса Христа. Склонные к партийным распрям и держась, по-видимому, еще языческого взгляда на проповедников Евангелия как на философов, основывавших каждый свою школу, коринфяне стали делиться на партии по именам проповедников евангельского учения и называли себя «я Павлов»; «я Аполлосов»; «я Кифин»; «а я Христов» (1 Кор. 1, 12).
В начале в основе этого разделения лежало, конечно, лишь доброе чувство любовной привязанности к тому или иному проповеднику, но в дальнейшем такое разделение могло повести к опасным последствиям для самой чистоты веры. В нравственном же отношении это разделение и теперь повело уже ко многим недобрым явлениям в среде коринфского христианского общества, которые и обличает святой апостол в своем Послании.
Так как это разделение явилось исходной точкой упадка нравственной жизни и всех нестроений, святой апостол с особенной силой и энергией обличает его в целых четырех главах.
Глава первая
Ввиду того, что руководители отдельных партий, по примеру языческих философов, влияли на толпу красноречием и философскими рассуждениями, святой апостол в первой главе характеризует свойства евангельской проповеди, сравнивая ее с мирской мудростью — философией.
Проповедь о кресте для язычников, гордых своей ученостью, кажется слишком простой и даже безумием, между тем как для уверовавших слово о кресте — это сила Божия (1 Кор. 1, 18), дарующая спасение. В то время как мудрость мирская (философия), оторвавшаяся от источника мудрости — Бога и пытавшаяся самостоятельно разрешить все жизненные задачи, оказалась бессильной в устроении человеческой жизни, евангельская проповедь, кажущаяся для неверных юродством (безумием), дарует людям действительно все, что необходимо, как для благоустроения их земной жизни, так, что особенно важно, для их вечного спасения.
Ибо и Иудеи требуют чудес, и Еллины ищут мудрости; а мы проповедуем Христа распятого, для Иудеев соблазн, а для Еллинов безумие, для самих же призванных, Иудеев и Еллинов, Христа, Божию силу и Божию премудрость (1 Кор. 1, 22–24). Здесь важно отметить, что Божией премудростью («Софией»), в согласии со многими другими местами Священного Писания, именуется не кто другой, как Второе Лицо Пресвятой Троицы.
Далее апостол говорит: Потому что немудрое Божие премудрее человеков, и немощное Божие сильнее человеков, что видно из того, что Бог избрал немудрое мира, чтобы посрамить мудрых, и немощное мира избрал Бог, чтобы посрамить сильное (1 Кор. 1, 25, 27). Это наглядно сказалось в том, что бедные, незнатные и неученые рыбари, какими были святые апостолы, и большинство первенствующих христиан, тоже люди по преимуществу низкого звания и необразованные, силой своей веры и своей проповедью посрамили всю языческую мудрость ученых и философов и привели весь мир к подножию Креста Христова.
«Бог всяческих, — говорит блаженный Феодорит, — неучеными победил ученых, нищими — богатых и рыбарями уловил вселенную». Для чего это нужно было? Для того, чтобы никакая плоть не хвалилась пред Богом (1 Кор. 1, 29), — чтобы смирить всякую гордость и надменность, чтобы показать, что мы не можем спастись сами собой, что христианство — это путь спасения через смирение.
Глава вторая
В доказательство той же мысли о простоте евангельской проповеди, чуждой обольщения красотой внешнего построения речи и внешней мудрости языческих философов, но сильной только содержащейся в ней истиной, святой апостол во второй главе вспоминает, как он приходил в Коринф в смиренном виде с простым словом о Распятом, чтобы уверование коринфян ничем не было обязано мудрости человеческой, но лишь Богу: Слово мое и проповедь моя не в убедительных словах человеческой мудрости, но в явлении духа и силы, чтобы вера ваша утверждалась не на мудрости человеческой, но на силе Божией (1 Кор. 2, 4–5).
Для более совершенных по вере потом открывается вéдение истинной премудрости — премудрости Божией, превосходящей всякое разумение человеческое и недосягаемой для мудрецов мира сего. Проповедуем премудрость Божию, тайную, сокровенную, которую предназначил Бог прежде веков к славе нашей (1 Кор. 2, 7) — это образ устроения нашего спасения в Господе Иисусе Христе со всеми исходными его началами и с необъятными последствиями во всех областях тварного бытия.
Но, как написано: не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его. А нам, то есть истинным христианам, Бог открыл это Духом Своим; ибо Дух все проницает, и глубины Божии (1 Кор. 2, 9–10). Проповедуя о премудрой тайне спасения людей, апостолы имеют ум Христов (1 Кор. 2, 16), а потому принять их учение во всей глубине могут только люди духовные (см. 1 Кор. 2, 15), то есть утвердившиеся в духовно-нравственной жизни, переродившиеся духовно и принимающие истину не умом только, но и сердцем, и волей, то есть в полном проявлении своих сил и способностей.