Фанатизм иудеев, упорно отвергавших веру во Христа как в Мессию, заставил апостола обратиться с проповедью о Христе к язычникам.
И таким образом упорное ожесточение иудеев против апостольской проповеди имело своим последствием обращение ко Христу язычников (см. Рим. 11, 25). Успех веры Христовой среди язычников и те духовные блага, которые они получают, возбудит ревность иудеев, и в результате весь Израиль спасется (Рим. 11, 26).
Поэтому святой апостол внушает уверовавшим из язычников не кичиться перед иудеями своим спасением. Сравнивая иудейский народ с благородным садовым масличным деревом, у которого только некоторые из ветвей отломились неверием, но корень цел и свят, святой апостол уподобляет язычников дикой маслине, привитой к масличному дереву на место отпавших ветвей: Если ты, дикая маслина, привился на место их и стал общником корня и сока маслины, то не превозносись перед ветвями. Если же превозносишься, то вспомни, что не ты корень держишь, но корень тебя (Рим. 11, 17–18).
К тому же отпавшие ветви опять могут привиться, потому что Бог силен опять привить их. Ибо если ты отсечен от дикой по природе маслины и не по природе привился к хорошей маслине, то тем более сии природные привьются к своей маслине (Рим. 11, 23–24).
Величие Промысла Божия, премудро ведущего все народы ко спасению путем незримого для людей воздействия на исторические судьбы народов, вызывает у святого апостола восторженное восклицание: О, бездна богатства и премудрости и ведения Божия! Как непостижимы судьбы Его и неисследимы пути Его! Ибо кто познал ум Господень?.. Ему слава во веки, аминь (Рим. 11, 33–34, 36). Этим заканчивается вероучительная, догматическая часть Послания к Римлянам.
Главы с двенадцатой по пятнадцатую
Главы двенадцатая, тринадцатая, четырнадцатая и пятнадцатая по 13-й стих составляют нравоучительную часть Послания. Здесь святой апостол начертывает идеал нравственной жизни христианина.
В двенадцатой главе он говорит об обязанностях христианина как члена Церкви в отношении к Богу (см. Рим. 12, 1–2) и к ближним (см. Рим. 12, 3–5), о различных сверхъестественных дарованиях и обычных служениях, о чувствах и расположениях христианина (см. Рим. 12, 6–21).
В тринадцатой главе святой апостол говорит об обязанностях христианина как члена государства и общества. Здесь особенно важно наставление о повиновении властям: Всякая душа да будет покорна высшим властям, ибо нет власти не от Бога (Рим. 13, 1). Для правильного понимания этого наставления надо обратить внимание на мысль, заключенную в следующих стихах: та власть от Бога, которая поощряет добро и наказывает зло (см. Рим. 13, 3–4).
«Поэтому мы вправе сказать, — говорит преподобный Исидор Пелусиот, — что самое дело, разумею власть, то есть начальство и власть царская, установлены Богом. Но если какой злодей-беззаконник восхитит сию власть, то не утверждаем, что поставлен он Богом, но говорим, что попущено ему изблевать сие лукавство, как фараону, и в таком случае понести крайнее наказание, или уцеломудрить тех, для кого нужна жестокость, как царь Вавилонский уцеломудрил иудеев».
В четырнадцатой главе и первых тринадцати стихах пятнадцатой главы святой апостол дает наставления, как относиться к немощным в вере ввиду происшедших на этой почве разногласий в Римской Церкви. Большинство римских христиан из язычников хвалились своей христианской свободой в том отношении, что безразлично вкушали всякую пищу и питие, ибо христианская вера не налагала каких-либо воспрещений в этом отношении, как и различений между днями в году. Между тем христиане из иудеев продолжали некоторые виды пищи считать нечистыми и боялись оскверниться ими, так же как признавали общеобязательными некоторые ветхозаветные праздники.
Святой апостол увещевает прекратить раздоры на этой почве, так как к немощному в вере нужно относиться снисходительно. Частные мнения и убеждения должны быть предоставлены совести каждого. Главное же — не судить и не укорять друг друга и не подавать друг другу соблазна. Все для христианина чисто, но если брат твой соблазняется, то лучше не есть мяса и не пить вина, чтобы не соблазнить брата (см. Рим. 14, 1–21).
Об этом читается на литургии в Неделю сыропустную перед наступлением Великого поста (Рим. 13, 11–14, 4) в качестве указания, с каким настроением дóлжно проходить христианину дни великопостного подвига.
Заключение Послания
В заключение Послания (Рим. 15, 14–16, 24) святой апостол объясняет побуждения, по которым он обращается к римлянам со своим Посланием, рекомендует им диакониссу Кенхрейской церкви Фиву, с которой отправляется это Послание, и передает целый ряд поименных приветствий христианам, живущим в Риме.
Первое послание к Коринфянам
Основание Коринфской Церкви
Коринф лежит на перешейке, соединяющем Грецию с Мореей, или Пелопоннесом. Построен он за полторы тысячи лет до Р. Х. В 44 году при Юлии Цезаре он был восстановлен после разорения и стал цветущим первым городом римской провинции Ахаии — резиденцией проконсулов. Он славился науками, искусствами и веселой жизнью, что привлекало в него множество жителей. Отличием его были так называемые Истмийские игры и храм Афродиты. Можно сказать, что во времена апостольской проповеди Коринф был средоточием греческого легкомыслия, ветрености и чувственных наслаждений.
Церковь в Коринфе была основана святым апостолом Павлом во время его второго благовестнического путешествия около 53 года, после того как он прошел с проповедью Филиппы, Фессалоники, Верию и Афины. Оставив в Македонии для утверждения веры своих учеников Силу и Тимофея, святой Павел направился в Грецию и прибыл в Коринф после краткого пребывания в Афинах, как повествует об этом Книга Деяний апостольских (см. Деян. 18, 1).
В Коринфе святой апостол встретил добрых и гостеприимных людей Акилу и Прискиллу, иудеев родом из Понта, которые жили прежде в Риме, но переселились в Коринф по причине изгнания императором Клавдием всех иудеев из Рима. Акила был скинотворцем, то есть делателем палаток. Так как святой Павел знал это ремесло, то и поселился у них, чтобы трудами рук своих снискать себе пропитание. Если Аки-ла и Прискилла не были еще прежде христианами то, надо полагать, они теперь были обращены святым Павлом, крещены им и стали ему помощниками в деле евангельского благовестия.
Каждую субботу апостол проповедовал в иудейской синагоге, убеждая иудеев и эллинов-прозелитов, что нет иного спасения, как только в Господе Иисусе Христе. Когда пришли из Македонии Сила и Тимофей, святой Павел получил возможность усилить и расширить свою проповедническую деятельность и учил уже не по субботам только, но и в остальные дни недели.
У иудеев эта проповедь, однако, имела мало успеха. Они противились апостолу, злословя его и Господень путь, проповедуемый им. Тогда святой Павел оставил синагогу с вразумительным для иудеев действием и словом. Он отряс прах одежд своих и сказал им: Кровь ваша на главах ваших; я чист; отныне иду к язычникам (Деян. 18, 6).
Смысл этих слов: «Вина в вашей погибели на вас самих, я чист от нее. Я указывал вам путь спасения, а вы не хотите принять его. Оставайтесь в вашей пагубе».
Дальнейшие христианские собрания с проповедью о Христе святой Павел стал устраивать неподалеку от синагоги, в доме некоего Иуста, чтущего Бога. Сюда собирались и язычники, и дело благовестия пошло успешнее: многие уверовали и крестились. Среди уверовавших был и сам начальник синагоги Крисп со всем домом своим. Но все же успех проповеди, видимо, не был велик, так что святой Павел хотел было вовсе удалиться из развращенного Коринфа, в котором он стал испытывать даже покушения на свою жизнь (см. 2 Фес. 3, 2).
Поэтому Сам Господь явился ему в видении ночью, чтобы ободрить и воодушевить его на дальнейшее служение в Коринфе (см. Деян. 18, 9–10).
Укрепленный этим явлением, святой апостол остался в Коринфе на полтора года, и в этот период времени проповедь его произрастила в Коринфе обильные плоды, так что Коринфская Церковь стала знаменитой и прославилась обилием духовных дарований (1 Кор. 1, 5–7).
Когда Коринфская Церковь устроилась, святому Павлу предлежало направиться в другие места для проповеди. Отбытие его из Коринфа ускорилось в результате одного прискорбного происшествия. Раздраженные проповедью апостола иудеи схватили его и привели на суд к проконсулу Галлиону с жалобой, что он учит людей чтить Бога не по закону (Деян. 18, 13). Сущность этого обвинения состояла в том, что Павел, по их словам, стал основателем какой-то новой секты сверх дозволенных законами Римской империи вероисповеданий.
Галлион был братом известного римского философа Сенеки и дядей поэта Лукана, высокообразованным и благородным человеком. Он отказался разбирать дело, касающееся веры, а не гражданских отношений, и прогнал иудеев от судилища. Презиравшие иудеев эллины, услышав такое решение Галлиона, устремились на них тут же в той же судебной палате и, схватив главного вожака возмущения начальника синагоги Сосфена, били его перед судилищем; и Галлион нимало не беспокоился о том (Деян. 18, 17). Возможно, что этот Сосфен потом обратился ко Христу, и это о нем упоминает святой апостол в Послании к Коринфянам (см. 1 Кор. 1, 1).
Несомненно, по особому Промыслу Божию продолжателем Павлова дела в Коринфе явился некий иудеянин по имени Аполлос. Он родился и воспитался в Александрии, откуда прибыл сначала в Ефес, а затем в Коринф. Это, по словам дееписателя, был человек красноречивый и сведущий в Писаниях (Деян. 18, 24).
Отплыв из Коринфа, святой Павел на короткое время прибыл в Ефес, где оставил Акилу и Прискиллу, а сам отправился в Иерусалим и оттуда в Антиохию, откуда начал затем свое третье апостольское путешествие. По отбытии святого Павла из Ефеса туда прибыл Аполлос, бывший уже христианином и горевший духом, но знавший только крещение Иоанново. Он начал смело говорить в синагоге. Услышав его, Аки-ла и Прискилла приняли его и точнее объяснили ему путь Господень (Деян. 18, 26).