Исламская экономика. Краткий курс: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Формально не отменяя нормы, регулирующие порядок учреждения и использования вакфа, установленные шариатом, правоведы признали вакфы в новых провинциях империи (в Малой Азии и Европе) в качестве неистинных (вакф-и гайр-и сахих) на том основании, что они были созданы на завоеванных землях, принадлежавших государству. Подобные земли не могли отчуждаться на какие-либо нужды (в т. ч. благотворительные), поскольку не являлись чьей-то частной собственностью. Только султан мог передать такие земли в частное владение (мюльк), но государство сохраняло при этом верховное право собственности на них. Но даже после передачи указанных земель в частные руки казна получала с них такие налоги, как ‘ушр и харадж. В то же время, классические вакфы, учрежденные в арабских землях империи, признавались в качестве вакф-и сахих (истинных вакфов)[221].

Султан получил право упразднять некоторые вакфы. Кроме того, было установлено правило, что все вновь учрежденные вакфы должны были проходить регистрацию представителями администрации, а при восшествии на престол нового султана необходимо было обновлять документы, подтверждающие законность уже существующих вакфов. В XVI в. расцвела практика присвоения государством части доходов от вакфов.

Иными словами, можно говорить о том, что параллельно с подлинными вакфами в Османском государстве существовали структуры, не имевшие к вакфам никакого отношения, кроме названия. Дж. Р. Бэрнс определяет такие вакфы как имперские (эвкаф-и хумаюн), отличающиеся от условных пожалований лишь своим долгосрочным характером[222]. На этом фоне семейные вакфы (где все стороны договора вакфа были членами одной семьи) постепенно вытеснили благотворительные вакфы к концу XVIII столетия.

Еще к началу XIX в. в Османской империи примерно 1/3 всех земель относилась к вакфам. Однако начиная с 1826 г., когда была реформирована система управления вакфами, большинство подобных учреждений было ликвидировано.

Анализ опыта деловых отношений в мусульманском мире показывает, что полностью соответствующая требованиям шариата экономическая система, основы которой были заложены во времена Пророка и праведных халифов, так и не была создана ни в одном государстве. Отдельные государственные деятели пытались применить исламскую экономическую модель в масштабах целого региона или даже государства, но сталкивались с нежеланием участников рынка менять правила ведения бизнеса. Более того, в условиях дефицита бюджета и других экономических проблем в государстве они сами вынуждены были нарушать экономические запреты шариата.

Однако невозможность применить исламскую экономическую модель в отдельно взятом государстве отнюдь не свидетельствует о неэффективности ее институтов и элементов. Некоторые подобные институты и элементы были востребованы не только в мусульманском мире, но и за его пределами. Благодаря деловым контактам с мусульманским миром жителей Европы европейские языки обогатились такими терминами, как чек (араб. сакк, перс. шекк), аваль (араб. хавала) и др. Вобравший в себя особенности схожих институтов благотворительной собственности, существовавших в Византии, мусульманский вакф лег в основу концепции доверительной собственности, известной англосаксонскому праву.

Иными словами, невозможно недооценить то влияние, которое оказали законы и обычаи делового оборота в мусульманском мире на развитие предпринимательской деятельности в средневековой Европе. Многие из заимствованных Европой на Востоке механизмов ведения бизнеса практиковались на Аравийском полуострове еще в доисламские времена и были признаны впоследствии как соответствующие шариату.

Исламская экономическая модель в средневековом обществе не была реализована прежде всего по вине самих мусульман. На фоне увеличивавшегося дефицита государственного бюджета халифы и султаны не только не сокращали расходы на содержание собственного двора, но и порой увеличивали их. Многочисленные налоги, учрежденные во многих регионах алчными правителями, не позволяли мусульманам думать о соблюдении требований шариата в экономике — единственной их целью было заработать деньги любыми способами, чтобы прокормить себя и своих близких. В то же время богатым коммерсантам скрупулезное следование шариату не позволило бы получать такие прибыли, какие они имели, участвуя в ростовщических и иных запрещенных мусульманским правом операциях. Предприимчивые дельцы умудрялись извлекать прибыль даже из такого института благотворительности, как вакф.

Развитию ростовщичества в мусульманском мире немало способствовала откупная система, известная на Востоке с древнейших времен. Беспринципные коммерсанты, получавшие на откуп налоги, старались выкачать с территорий, подлежащих налогообложению, все что можно. Почву для распространения недозволенных коммерческих операций создавала также ставшая особенно популярной при ‘Аббасидах система конфискации и прямых вымогательств со стороны государства у людей, разбогатевших на государственной службе. В связи с этим в деловом мире приобрело популярность предоставление займов жертвам подобных конфискаций и вымогательств. Попавшие в безвыходное положение люди, столкнувшиеся с альтернативой «жизнь или кошелек», готовы были брать займы под 1000 процентов.

Ответом на фактическое несоблюдение запрета ростовщичества в деловом обороте была легализация процентных займов в Османской империи в XVI в. Богословы, лояльные к правящему режиму, вынуждены были оправдывать существование тех или иных видов не дозволенных шариатом отношений с позиции теории интереса, известной классическому мусульманскому праву. В соответствии с данной теорией, любые нововведения (в т. ч. формально противоречащие некоторым положениям шариата) оправдывались ‘улемами со ссылкой на интересы всей мусульманской общины государства, хотя порой речь шла об интересах узкой группы людей. Нецелевое использование собранных в виде закята средств, получение дохода от вакфов, участие в ростовщических операциях в качестве заемщика — это лишь некоторые примеры несоблюдения правящей верхушкой мусульманских государств требований шариата.

Байт ал-мал — казна мусульманского государства, где должны были концентрироваться все полученные в соответствии с мусульманским правом доходы государства,— очень быстро превратился в сугубо религиозный институт, в то время как государственные доходы давно уже формировались недозволенными с точки зрения шариата методами.

Вместе с тем отдельные институты и элементы исламской экономики продолжали довольно успешно функционировать в некоторых регионах мусульманского мира. Это прежде всего относится к различного рода партнерствам (мудараба, шарика aл-вуджух, мушарака и др.) и инструментам (суфтаджа, хавала и др.). Партнерства, созданные в соответствии с требованиями мусульманского права, вполне обеспечивали потребность мелких и средних предпринимателей в кредите для бизнеса, благодаря чему процентные кредиты не играли доминирующей роли в экономике, как, впрочем, и в Европе на тот момент. Отдельные виды партнерств долгое время выполняли важную функцию в экономике некоторых мусульманских государств уже в Новое время (Османская империя).

Большой проблемой на пути реализации экономических норм и принципов шариата на практике явилось отсутствие единого мнения по многим экономическим вопросам среди мусульманских правоведов (факихов). Дискуссии факихов относительно легитимности того или иного договора оставляли почву для применения других, не всегда соответствовавших шариату, механизмов ведения бизнеса.

Необходима была систематизация и стандартизация норм шариата, регулирующих экономические отношения. Только в таком случае можно было говорить о наличии какой-либо последовательной программы по применению исламских принципов в экономике. Однако фактически в ходе реформ по созданию в том или ином государстве экономической системы, соответствующей исламу, имела место спонтанная и не всегда продуманная реализация отдельных положений шариата — без учета сложившихся на тот момент в обществе экономических отношений.

Предпринятая в Османской империи попытка кодификации норм шариата, регулирующих гражданско-правовые отношения («Маджалла»), носила половинчатый характер. Кодекс вызывал возражения как западников, считавших его недостаточно вестернизированным, так и консервативных ‘улемов, полагавших, что его положения расходились с взглядами представителей ханафитской правовой школы[223].

В Новейшее время серьезная работа по систематизации норм мусульманского права, регулирующих экономические отношения, стала осуществляться лишь со второй половины XX в.

Глава III. Современные исламские хозяйственные структуры и институты: специфика функционирования

3.1. Исламские банки

Потребность в мусульманском мире в развитии национальных банков и необходимость соблюдения при этом положений шариата предрешили создание исламских банков. В свете запрета ссудного процента в исламе презюмировалось, что исламские банки должны были работать исключительно на беспроцентной основе.

Один из ключевых вопросов, на который пытались найти ответ основатели первых исламских банков: смогут ли новые структуры работать как полноценные банки, то есть предоставлять комплекс банковских услуг, необходимых клиентам, или же им придется довольствоваться ролью благотворительных учреждений, работающих если не в ущерб себе, то по крайне мере без прибыли?

Очевидно, что механически перенести договоры, известные мусульманскому частному праву еще в раннем Средневековье, в реалии XX в. не представлялось возможным. Требовалась работа по адаптации указанных договоров применительно к текущей банковской практике.

В качестве посредника при осуществлении платежей между хозяйствующими субъектами исламский банк не имеет принципиальных отличий от банка традиционного: и здесь, и там за предоставление услуги взимается комиссия — как правило, в виде процента от пересылаемой суммы. Другое дело — роль банка как финансового посредника. Выступая финансовым посредником для юридических и физических лиц, банк рассчитывает не только покрыть все издержки, но и получить прибыль.

Решить указанную проблему был призван целый ряд модернизированных механизмов, известных в деловом обороте в мусульманском мире многие столетия. Одним из наиболее известных является мудараба, который наряду с механизмом мушарака составляет основу инвестиционного финансирования в деятельности исламских банков.

Однако, как известно, любая инвестиционная деятельность невозможна без привлеченного капитала, который является одним из источников формирования банковских пассивов.

Обязательства исламского банка складываются из средств клиентов на текущих, сберегательных и инвестиционных счетах.

1. Текущие и сберегательные счета.

Разница между текущими и сберегательными счетами в исламском банке та же, что и в традиционных банках. При открытии текущего счета клиент, не претендуя на какое-либо вознаграждение со стороны банка, имеет возможность свободно распоряжаться средствами на счете. Для банка главная цель при открытии и ведении текущих счетов — привлечение средств мелких вкладчиков, которые используют подобные счета для проведения расчетов. Иногда условиями договора может быть предусмотрена комиссия, взимаемая банком за проведение расчетных операций[224].

Открывая сберегательный счет, клиент в первую очередь претендует на получение вознаграждения. Однако в соответствии с требованиями мусульманского права данное вознаграждение должно быть не в виде фиксированного процента от суммы вклада, а представлять собой часть прибыли, заработанной банком при участии капитала клиента. При этом клиент, как и в традиционных банках, не может свободно распоряжаться средствами на счете и должен заботиться о поддержании на нем минимального остатка средств.

Средства клиентов на текущие и сберегательные счета могут привлекаться либо в форме безвозмездных займов (кард хасан), либо на условиях ответственного хранения (aмана или вади’а[225]).

Кард хасан (араб. — добрый заем) представляет собой беспроцентный заем, предоставляемый как в благотворительных целях, так и для кратковременного финансирования проектов, могущих принести прибыль. В данном случае получателем беспроцентного займа является банк.

[221] Barnes J. R. An Introduction to Religious Foundations in the Ottoman Empire.— Leiden, 1986.— P. 38-46.

[222] Ibid.— P. 44.

[223] Фадеева И.Л. Концепция власти на Ближнем Востоке.— Москва, 2001.— С. 167.

[224] В большинстве исламских банков комиссия за оказание услуг по текущим счетам не взимается.

[225] Если рассматривать аману и вади’а как синонимы. Подробнее об этом см. далее.