— Я пришёл к Ллойду по работе. Нужно было кое-что выяснить по поводу происшествия двухгодичной давности, оно к нынешнему делу отношения не имеет. И никто не заговаривал о Химике, понимаете? Он сам внезапно сказал о нём… Если вы заинтересованы в зацепке по делу Химика, то устройте ему допрос с пристрастием, как вы это умеете. Расспросите о гибели девушки, Кристины, из-за которой он и попал в тюрьму, и выйдите на неуловимого Химика.
— Энди. — Детектив схватила меня за локоть, когда я поднялся на ноги.
— У вас есть право меня задерживать?
— Я не буду вас задерживать. Лишь хочу уточнить, что вы выглядите не очень-то и обеспокоенным, как для человека, которому угрожают. Я думаю, вы не глупый парень и слышали о процессуальных тонкостях; а если не слышали, то я вам скажу, что нам нужны доказательства, чтобы поднять дело. Пустяковое дело, по которому найден виновный, ваших слов недостаточно.
И тут я вспылил.
— Детектив Уолш, вы ведь тоже кажетесь умной женщиной, если вам в руки попадает определённая информация, её стоит проверить, правда? А теперь, извините, мне надо идти.
***
Я вылетел из участка, боясь, что Уолш не то погонится за мной, не то позвонит; но из издания никто не выбежал, а телефон продолжал молчать. Мой поход в полицию, стоящий стольких нервов, оказался абсолютно бесполезным. Полицейские не всегда оказывались проницательными добряками, готовыми нарушить правила, чтобы выйти на негодяя-преступника.
Надо было продумать спич, составить список, а не идти с пустыми руками. Я не ожидал, что детектив поступит так по-свински, надумал лишнего: что в отделении все буквально будут плясать вокруг меня с информацией.
Пока я добрался домой, почти убедил себя, что Ллойд поприкалывался над нами. Разозлился, что Ким записал его в «типичные заключённые», и решил отомстить. А под душем снова пришёл к выводу, что тот был связан с Химиком. Во время чтения книги меня посетило краткое умиротворение — зачем Химику общаться с отбросом вроде Ллойда? Заключённый наверняка захотел привлечь к своей персоне внимание, да и только. И так весь вечер…
***
Звонил телефон. Показалось. Нет, всё-таки он звонил.
Я со стоном перекатился на спину и дотянулся до мобильника. Мокрый, взвинченный, старающийся прогнать из сознания сон, в котором призрак сначала кормил меня помидорами, затем распорол живот и начал доставать помидоры оттуда, чтобы снова запихнуть в рот.
— Алло?
— Надеюсь, ты выспался, Энди. Судьба та ещё сучка: у нас выезд.
— Который сейчас час?
— Довольно-таки неудобный для звонка, полагаю, — рассмеялся Ким и следом чертыхнулся. Наверное, бегал по своей квартире в поисках одежды. — Я захвачу камеру из офиса, а потом мы со Стенли заедем к тебе по дороге к месту преступления. Ты там встаёшь?
— К месту преступления? — Эта фраза здорово взбодрила.
— О да. Но не просто к месту преступления, а к особенному месту преступления. Помнишь девчонку, которую ФБР не уберегло от Химика? Наверняка помнишь. Так вот, её дом сгорел дотла. — зазвенел голос Кима. — То есть ужасно, конечно, но такое пугающее совпадение. Словно на самом Химике лежит какое-то проклятие и он распространяет вокруг смерть…
— Он и так распространяет смерть — через записки.
Я опёрся о локоть, пытаясь взглянуть на часы.
— Тесла, отстань! Ладно, поговорим позже.
— Окей.
Надо было сказать Уолш больше. Едва мой мозг стал способен соображать, как я вернулся к событиям вчерашнего дня, и в голове вспыхнула мысль. Надо было рассказать всё. Теперь получалось, что я предал доверие Кима, не добившись результата. Я покрутил в руках визитку детектива, а потом спрятал её в прикроватную тумбочку на тот случай, если решусь на повторный звонок. Восприняла ли она мои слова всерьёз? Поговорит ли с Ллойдом? Господи, а ведь мне раньше не приходило в голову, что привлечение полиции приведёт к возможному ускорению нашей казни. Пару секунд я размышлял над тем, чтобы вывалить это на Кима, но пришёл к безутешному выводу — его и это не остановит; к тому же мы поссоримся.
В дверь постучали, когда я натягивал брюки.
Я поздоровался со Стенли и пропустил его внутрь. Наш водитель накинул куртку на что-то напоминавшее пижамную футболку и постоянно зевал, заставляя меня делать то же самое. Он взял в руки купленные в Нью-Йорке часы, покрутил их так и эдак и положил на место.
— Симпатичная квартирка.
— Спасибо, вы серьёзно? Не различаю сарказм спросонку.
— А сам как думаешь? Этот слой пыли настоящее произведение искусства.
Я скорчил гримасу.