По раскисшим огородам они шлепали на сдвоенную травологию, ветер раздувал и трепал их мантии. Речь профессора Стебль была едва слышна — дождь барабанил по крыше теплицы так, что граду впору позавидовать.
Буря продолжалась и после обеда, уход за магическими существами перенесли с воздуха в свободный класс на первом этаже, а в обед, к всеобщему облегчению, Анджелина объявила членам команды, что тренировка отменяется.
— Отлично, — тихо сказал ей в ответ Гарри, — нашлось место для первого занятия по защите. Сегодня в восемь, восьмой этаж, напротив гобелена с Варнавой Глупым, которого лупят тролли. Можешь передать Кэти и Алисии?
Она слегка удивилась, но пообещала известить остальных. Гарри набросился на сосиски с пюре. Оторвавшись на секунду, чтобы взять тыквенный сок, он увидел, что на него смотрит Гермиона.
— Что? — спросил он с полным ртом.
— Затеи Добби не всегда безопасны. Помнишь, он оставил тебя без костей в руке?
— Эта комната — не просто дикая выдумка Добби; Дамблдор тоже знает о ней, он рассказывал про нее на Святочном балу.
Лицо у Гермионы посветлело:
— Дамблдор сказал о ней?
— Вскользь. — Гарри пожал плечами.
— А, тогда хорошо, — бросила она и больше не возражала.
Большую часть дня они с Роном разыскивали ребят, записавшихся в "Кабаньей голове", чтобы сообщить им место встречи. Гарри был несколько огорчен тем, что Чжоу и ее подругу нашла Джинни, а не он; но к концу ужина все пришедшие в "Кабанью голову" двадцать четыре человека плюс Дэннис Криви (Колин Криви позже попросил его принять), были оповещены.
В половине восьмого Гарри, Рон и Гермиона вышли из гостиной; у Гарри в руке был старый лист пергамента. Пятикурсникам дозволялось ходить до девяти часов, но все трое, поднимаясь на восьмой этаж, нервно озирались.
— Стоп, — сказал Гарри, когда они одолели последний марш лестницы. Он развернул пергамент, постучал по нему волшебной палочкой и произнес: — Торжественно клянусь, что замышляю шалость, и только шалость.
На пустом листе появилась карта Хогвартса. Черные точки с именами показывали, где находятся разные люди.
— Филч на третьем этаже, — сказал Гарри, поднеся карту к глазам, — а Миссис Норрис на пятом.
— Амбридж? — взволнованно спросила Гермиона. Гарри показал.
— У себя в кабинете. Порядок. Пошли.
Они заторопились к тому месту, которое указал Добби, — голой стенке напротив громадного гобелена с изображением Варнавы Глупого и его дурацкой затеи обучить троллей балету.
— Так, — сказал Гарри, когда траченный молью тролль перестал дубасить палкой учителя танцев и оглянулся на них. — Добби сказал: три раза пройти мимо этой стенки, сильно сосредоточившись на том, что нам нужно.
Так они и сделали, поворачивая назад у первого окна, а на обратном пути — у вазы вышиной в человеческий рост. Рон от напряжения сделался косым; Гермиона что-то бормотала себе под нос; Гарри смотрел прямо перед собой, сжав кулаки.
"Мы должны уметь сражаться с силами зла, — думал он. — Дай нам место, где двадцать восемь человек смогут учиться… где нас не найдут".
— Гарри! — вскрикнула Гермиона, когда они повернули после третьего прохода.
В стене появилась полированная дверь. Рон смотрел на нее с опаской. Гарри взялся за медную ручку, открыл дверь и первым вошел в просторную комнату, освещенную факелами вроде тех, что горели в подземелье восемью этажами ниже.
Вдоль стен тянулись книжные полки, на полу лежали большие шелковые подушки — вместо стульев. На стеллаже в дальнем конце стояли приборы — вредноскопы, сенсоры скрытности и большой треснутый Проявитель врагов — тот самый, был уверен Гарри, который он видел год назад в кабинете Лжегрюма.
— Эти пригодятся, когда будем делать Оглушение. — Рон с энтузиазмом пнул подушку.
— А сколько книг! — воскликнула Гермиона, водя пальцем по кожаным корешкам. — "Путеводитель по практическим проклятиям"… "Как превзойти Темные искусства"… "Самооборона чарами"… Ух!
Сияя, она обернулась к Гарри, и стало ясно, что книжные сокровища наконец-то убедили Гермиону в правильности задуманного дела.
— Чудо, Гарри! Здесь все, что нам нужно!
И без дальнейших разговоров сняв с полки "Прочь от порчи", уселась с ней на ближайшую подушку.